Палые листья лета (СИ)

— А что, мы можем выбирать? — глаза Дениз зажглись маниакальным огнем.
Умела бы властительница кабинета шутить, обязательно сказала что-нибудь едкое, но, рожденный сухарем и начальником отдела кадров шутить не умеет, поэтому дама строго ответила:
— Нет, не можете, это я сама с собой разговариваю.
Дениз шутить умела и любила, но сейчас промолчала. Все же, не в том она положении, чтобы шутить, а то ведь мечта может и помахать ручкой. Что же касается Санайи, ей очень хотелось, чтобы строгая дама сообщила, что в столь серьезном заведении нет места для неумехи, окончившей жалкие бухгалтерские курсы.
— Пр-р, пр-р, пр-р, — так и не представившаяся дама зафыркала наподобие лошади, — что же с вами делать?
Как будто в ее компетенции было распределение кадров в столь серьезной конторе. Любят некоторые люди придать себе значительности на пустом месте.
— Кто из вас счетовод? — отвлекшись от вороха бумаг, вопросила она.
— Я, — кажется, надежды Санайи, что работы для нее здесь не найдется, развеялись как дым.
— Поступаете в распоряжение коменданта иера Трунича. У них как раз идет инвентаризация, поможете. Вот, — новой работнице были протянуты несколько исписанных листов. — Договор о найме и магическая подписка о неразглашении. Надеюсь, вы понимаете, где будете работать? — холодные глаза-буравчики строго глянули из-под круглых очков.
— Да, конечно.
Что уж тут не понять, ни один шпион не должен прознать, сколько в Управлении имеется стульев, шкафов и графинов для воды. Санайя принялась тщательно изучать документы. В них уже были вписаны ее имя, фамилия и должность. Надо же, а дама жаловалась, что не знает, куда же их пристроить. Ну-ну.
Стандартный договор найма был подписан сразу после прочтения, договор о неразглашении отложен. В дочери торговца было крепко вбито знание: не подписывай не только полностью непрочитанные документы, но и те бумаги, смысл которых до конца непонятен. В таких случаях нужно посоветоваться со знающим специалистом. В качестве такого придется привлечь Дениз. Уж кому разбираться в магических договорах, как не магу.
— Что такое? — дама попыталась изобразить непонимание и обиду.
Мелькнула мысль отказаться подписывать это нагромождение непонятных заклинаний, но Дениз… она так редко просила что-то для себя. А тут же видно, человек получил то, о чем мечтал всю жизнь.
— По поводу подписания этого договора я хочу посоветоваться с моим консультантом, — спокойно ответила Санайя.
Еще немного, и очки хозяйки кабинета самостоятельно уползли бы на лоб. А она что, думала, только одна может здесь умничать?
Дениз приняла игру и, важно кивнув, взяла протянутые бумаги.
— У нас это не принято, — пыталась воспрепятствовать дама.
— Не принято согласно какого параграфа? — вкрадчиво поинтересовалась магичка, вступив в игру.
Похоже, параграфа, запрещающего проверять договор найма и неразглашения знающим консультантом, не было, или же дама его не знала, потому как она горделиво промолчала. Пока Дениз читала, в кабинете воцарилась тишина, изредка прерываемая недовольным шелестом перелистываемых его хозяйкой бумаг.
— Подписывай, все стандартно, — успокоила подруга.
Не доверять суждениям Дениз причин не было, Санайя подписала свой комплект бумаг и протянула его даме.
— Сейчас вас проведут на рабочие места, — строго начала вещать представительница нанимающей конторы. — Это ваши пропуска, — она протянула две небольшие бляхи, — каждой в свой отдел. Бесцельно по коридорам и кабинетам не шастать, это вам не ярмарка. Как временным стажерам, обмундирование вам не положено, но это не значит, что вы можете являться в серьезное учреждение в легкомысленных одежках, — и с чего она так решила? Одежда на обеих подругах была достаточно скромна и вполне подходила случаю. — Рабочий день не нормирован, отпуск и подъемные, как временным стажерам, вам не положены. В чужие дела нос не совать, романов на рабочем месте не заводить! На службу являться вовремя. О любых задержках и отсутствии на рабочем месте вы должны предупредить непосредственного начальника или меня. Вопросы есть?
 
— Как к вам обращаться? — решила выяснить Дениз то, что полагалось бы сделать при знакомстве.
— Можете обращаться ко мне иерина Ляля, — иерина Ляля строго впилась взглядом в девушек, желая удостовериться, уж не желают ли они посмеяться над ее именем. Смешков от подруг не последовало. — Можете отправляться на рабочие места, — она нажала на кнопку под столешницей, и вскоре в кабинете появился тот же охранник. — Эту, — последовал кивок в сторону Санайи, — к иеру Труничу, — эту, — теперь кивка удостоилась Дениз, — к курьерам.
Как, их определили в разные службы? Санайя, пока читала свой договор, прослушала, что иерина Ляля говорила подруге. Но что-то менять и, тем более, возмущаться, было уже поздно. Документы оформлены, да и дверь за ними уже закрылась.
— Будете служить у нас? — охранник все же начал разговор. — Как насчет совместного обеда? Меня сменяют через три часа.
— Иер Тирох, вы опять за свое?! — иерина Ляля выглянул из своего кабинета.
— Обед — нерабочее время, — отрезал орк. — Кто-то же должен показать новеньким, что здесь и как.
Дверь кабинета шумно захлопнулась.
— Обижается, что ее никто не приглашает, — пояснил новый знакомый.
— Спасибо вам, иер Тирох, но мы как-нибудь сами, — Дениз изобразила одну из своих самых очаровательных улыбок.
— Как скажете, я всегда готов помочь.
— Мы учтем, — улыбка так же быстро исчезла с губ магички, как и появилась. — Так вы проводите нас к месту службы?
Первую к «месту службы» довели Санайю. Кабинет коменданта Управления находился на том же этаже. Подруги договорились встретиться к обеду возле главного входа и расстались.
— Значит, на стажировку к нам? — иер Трунич — въедливый пожилой гном долго и внимательно читал протянутые ему бумаги. — И что мне с тобой делать, стажер?
Санайя неопределенно пожала плечами. Такого энтузиазма, как Дениз, она не испытывала. Не найдут ей применения? Нисколько не расстроится.
— Писать умеешь?
Хочет обидеть? Похоже, гонор — преобладающая черта здешних работников. По крайней мере, тех, которые непосредственно не связаны с выполнением основных функций сего серьезного заведения.
— И писать, и считать, — спокойно ответила Санайя.
Фыркнул. Видимо, достойно оценил ответ.
— А красиво писать?
Пришлось взять лист бумаги и вывести на нем каллиграфическим почерком: «Санайя дин Тиаграсса обучена чтению, письму и счету».
— Тэк-тэк-тэк, — иер Трунич очень внимательно изучил написанное. — Это хорошо. Будешь писать! Нам переписчики нужны, а то накалякают, не разберешь потом, что же там такое описано: стол, стул или вещдок какой. Твое рабочее место будет здесь! — он указал на небольшой стол в углу у окна, что находилось ближе к входной двери.
Писать, значит писать. Спасибо, что за преступниками гоняться не отправили, как некоторые размечтались совсем недавно.
Санайе выдали пухлую брошюру по правилам поведения в столь серьезном учреждении и велели ознакомиться, чем она и занималась до обеда. Все то же самое, о чем предупредила иерина Ляля, только написанное сухим канцелярским языком.
В тринадцать тридцать иер Трунич оповестил, что настало время перекусить. Он лично проводил новую сотрудницу до главного входа, не преминув поинтересоваться, почему именно сюда, и, удостоверившись, что ее и правда там ждала подруга, удалился по своим делам.
Серьезный вид Дениз испарился, как только они скрылись за поворотом.
— Санька, и-иии! — счастливая магичка была готова прыгать, как неразумный щенок. — Как же здорово! Я буду заниматься магкопированием документов и магпочтой! И это только начало, вот увидишь!
 
Как хорошо находиться в компании такой Дениз. Она восторженно расписывала перспективы своей работы на Управление и совсем не лезла в душу и не мешала мечтать о встрече с Ричем. Достаточно было улыбаться и кивать в нужных местах.