Нелюбимая внучка. Хватит: Любимая! (СИ)
— Дедушка король, — заговорщически зашептал Ивар, когда его величество наклонился к ребенку. — Магические животные никому не принадлежат, нельзя так говорить.
— Но… они же из моего зверинца, значит, мои.
— Да, конечно, но так уж получилось. Теперь их разлучать нельзя, потому что… — малыш усердно подмигнул сначала одним глазом, потом другим и зашептал ещё тише, словно открывая немного постыдную тайну: — Вы же видите, хороший дедушка король, они — парочки. Встретили друг друга и всё!
Навеки вместе. Поженятся, наверное, деток заведут.
Понимаете, да? Ну, типа любовь и все такое… Нельзя разлучать.
Мудрый король Тарзании, прекрасно осознавая, что имеет дело с малышом не стал гневаться, а просто огорченно вздохнул, потрепал пятилетку по волосам и совершенно неискренне произнес: — М-да… Совет им да любовь, конечно… А мне что делать? Я лишился мантикора и леопардоссы… А они мне нужны!
— Нужны? Тогда позови других, — пожал плечиками мелкий слышащий, легко сбиваясь с формального обращения на неформальное. То есть он чисто по — детски ответил взаимностью. Дедушка хороший, чего ему "выкать"?
— Позвать? А разве так можно? Как?
— Ой, да легко, я тебя научу! — сверкая глазенками, пообещал Ивар и приложил пальчик к губам. — Но это секрет, только тебе скажу.
Заинтригованный его величество подхватил мальчика на руки и направился к креслу. Я аккуратно обошла принцев, знакомящихся с пополнением, и отправилась следом за вчерашними проекциями, чтобы ничего не пропустить. Сэму с Нилом повезло: король, действительно, хороший дедушка, видно, что любит детей. Даже с чужим ребенком очень бережно возится. Жалко, что живет далеко, но зато у ребят всегда будет веский повод чаще приезжать в Тарзанию.
— Я вам сейчас открою тайну, — проникнувшись особым вниманием к своей маленькой персоне, начал говорить Ивар, но машинально провел рукой по голове короля и, забывшись на минутку, заявил невпопад: — У папы тоже такие волосы: черные с белым, ты похож на моего папу немного… Наверное, поэтому мне захотелось открыть тебе тайну.
А-а-а… вот эта секундочка, когда мне показалось, что у правителя Тарзании увлажнились глаза. Не мудрено, момент трогательный. У меня самой екнуло сердце, но сейчас я не почувствовала щемящей тоски, ведь уже восполнила пробел в памяти сына. Мой малыш теперь любуется на целую картинную галерею портретов отца, и больше не спутает его седую шевелюру со слегка посеребренными волосами другого немолодого мужчины.
Ивар, тем временем, быстро спохватился, ойкнул и начал говорить по делу, ради которого его посадили на колени: — Магические животные умные и все понимают. С ними можно разговаривать, задавать вопросы. Если ответ "да" — они кивают, а если "нет" — вот так головой трясут. А еще они знают о других животных и могут их позвать. Вот, например, придешь ты в зверинец, пообщаешься с ними, а потом скажи: "Как мне нужен леопардос" или мантикора… Мол, ребята, у меня же хороший курорт, позовите, пожалуйста, пусть прибегут.
Например, из соседней страны можно позвать, тут же рядышком. От вирланского короля уйдут, а к тебе придут.
Просто пообещай, что будешь кормить лучше и все такое… В общем, понял систему?
— Ха! От вирланского короля уйдут, говоришь? Понял, — радостно кивнул его величество, рисуя в голове коварные планы, и заверил: — У меня и, правда, хороший… погоди, почему курорт? Зверинец же…
Дальнейшие объяснения сына слушать не стала — он все делает правильно: разумность магических животных, с появлением в мире слышащих, перестала быть тайной. И, кстати, переманивать их из другой страны, особенно если она — Вирлан, можно. Почему нет? Это единственная страна, с которой меня связывают только плохие воспоминания. Думаю, слышащие вправе устанавливать свои правила на основе предпочтений. А иначе, какой смысл в нашей индивидуальности? В любой компьютерной, да и обычной игре, существуют бонусы для сильного игрока, а игры, как известно, отражают нашу жизнь, просто слишком утрированно.
Вот и поиграем, мы — сильные. Ивар, сам того не понимая, уже начал первым. Подспудно он недолюбливает вирланцев, потому что все эти двоюродные дяди, встреченные утром на пути — вирланцы — обижали маленькую маму. Мантикорой, конечно, оказалась милая Скубли, но обижали ведь! Поэтому мальчик неосознанно подкинул "хорошему дедушке королю" заманчивую идею.
Вот кому надо становиться дипломатом!
Я облегченно выдохнула и отправилась обратно к подруге, хваля себя за то, что вовремя догадалась и раздобыла портреты отца. Ну, хоть что-то сделала правильно! Это вчерашний день, а завтра Ивар точно будет помнить лицо любимого папы и перестанет проецировать с ним внешность других пожилых людей.
*** Лера уже ждала в коридоре и, увидев меня, перестала замечать других.
— Осторожно! Сзади слуга! — крикнула я девушке и успела оттолкнуть ее с траектории пути работника дворца. Ничего бы с ним, скорей всего, не случилось, но неприятно, когда через тебя проходит вчерашняя проекция человека.
— Да, блин, как тут людно, — возмущенно пробурчала землянка и увернулась от очередного прохожего. — Не дворец, а оживленный перекресток.
— Утро, что ты хочешь, у всех полно дел. Идем в нашу комнату, — предложила я, подхватывая блондинку под руку. — Там сейчас пусто, все в столовой.
Вернувшись в выделенные моей семье покои, мы облегченно выдохнули, и подруга принялась эмоционально делиться полученной информацией: — Слушай, Беата, как время летит… Я же помню Мальсона мальчишкой! Ты еще котенка ему подарила, мне тогда очень понравился этот психологический ход. Возможно, твое воспитание сыграло роль: сейчас он рассудительный, приятный юноша. В общем, Мальсон на брата очень зол, выговаривал ему всю дорогу, что тот обижал беззащитную девочку, сестру. Вильсон огрызался, оправдывался, ссылался на деда, но выглядел виноватым. Похоже, с возрастом и он изменился в лучшую сторону.
— Но мне от этого не холодно, не жарко, Лера, — заявила я, покачав головой. — Ивар подрастет и сам решит, общаться с этим семейством или нет. У меня подобного желания не возникает и других проблем полно. Завтра еду в поселок и с ужасом жду этого часа. Представляешь, придется пару суток трястись в карете с магами. Ну, ладно, незнакомые представители общества, но мэтр Мирсавель! Всю дорогу знать, кто он и бояться слово лишнее сказать. А ещё Жорж…
Ρешил с чего-то, что поедет со мной. Нормальная перспектива намечается, да?
— Ты будешь ехать и думать: "Это наш котик, как бы себя не выдать" и "Это мой Жоржик, как бы не влюбиться", — азартно подхватила подруга, включая воображение. — А они будут сидеть напротив и каждый думать: "Это моя Беатка, вот бы обнять, к сердцу прижать…".
— Фу на тебя! Еще хуже стало.
— А может, попросишь отдельную карету?
— И как это будет выглядеть? "Царица слышащая" игнорирует коллектив? Я же тебе не грифон Фелист, высокомерием не страдаю.
— Тогда коня. Точно, у вас же средневековье, ты можешь скакать верхом!
— Гениально! — с особой язвительностью воскликнула я. — Точно смогу? Уверена? Дети учились держаться в седле, и я как-то разок попробовала. Лера, эта лошадка безмозглая меня чуть не скинула. С магическими животными общаюсь прекрасно, а с обычными плохо выходит. Мне все время хочется договориться, а они меня не понимают. Ладно, переживу я эту поездку, ничего страшного. Но только без Жоржа! Сразу нет! Я ему еще такое ляпнула…
— С этого и надо было начинать! — алчно сверкнула глазами Лера, как первая сплетница на рынке и потребовала подробностей.
Излив дорогой подруге душу и перемыв косточки блондинистому советнику, я спохватилась: — Ой, завтрак давно закончился, нам пора в зверинец. Я же в город вчера ходила, и что происходило на "курорте" не знаю.
— Зачем в город? Шопинг?
— Да ну, скажешь тоже. Чего у меня нет, чтобы идти по лавкам? Иди сюда, смотри, — я, помахивая пальчиками в призывном движении, подвела подругу к стене с портретами, и землянка ахнула в восхищении.