Нелюбимая внучка. Хватит: Любимая! (СИ)
"Малыш слышащий попросил, — видимо, почувствовав исходящую от меня ревность, виновато оправдываясь, пробурчал Дорби. — А его эта попросила, ну… жена моего друга короля. Мол, постой рядышком, покажись во всей красе… Чё не надо было?".
"Нет-нет, все нормально, Дорби, ты красавчик и отличный друг, — успокоила я леопардоса, решив не портить Виолетте выход. — Делай все, что попросит Ивар, вы отлично смотритесь вместе. В смысле, тебе идет стоять рядом с этой юбкой".
Наш невозмутимый капитан раньше всех пришел в себя и торжественным голосом церемониймейстера возвестил погранцам, чтобы они окончательно поверили своим глазам: — На борту "Светоча" находится королева Бергоса ее величество Виолетта! С детьми. Наследным принцем Самуэлем Орландо де Бергосом и ненаследным принцем Нилаэлем Фернандо де Бергосом. Ее величество с их высочествами намерены с неофициальным визитом посетить дворец правителя Тарзании!
— Принцесса Виолетта! — узнав свою бывшую принцессу, восторженно ахнул кто-то из ностальгически настроенных погранцов и все мужчины, приложив ладони правой руки к сердцу, склонили головы в почтительно поклоне.
Да-а-а… Именно так надо возвращаться домой через пятнадцать лет!
Эффектно! Умопомрачительно! Безупречно.
У меня аж дух захватило от красоты ситуации. Но в следующий после первого впечатления момент в груди заворочался… дождевой червяк обиды. Турди или Бурди…
"Такова жизнь… о… еее…" Стою тут у борта, понимаешь, как сиротка Марыся: незаметная, ни о чем не предупрежденная, отстраненная от всеобщей затеи… слышащая. Меня не посчитали нужным ввести в курс дела? А, правда, зачем? Если есть мелкий слышащий, который договорился с леопардосом.
За конфетку, наверное. А Ивар, между прочим, тарзанский герцог! Молчу уже, что я его мать и имею в обществе определенный вес. Имею, но не пользуюсь. Вспомнила только сейчас, когда почувствовала себя… обделенной.
"Чего загрустила, Беатка?", — неожиданно раздался голос Керли и из воды вылезла мощная щупальца, чтобы нежно обвить мою руку.
— Кракен "Γроза Морей"! — под смешки матросов "Светоча", перепугано закричали и суетливо забегали морячки "Ласточки", не купавшиеся с этим добродушным осьминожищем в море. — Девушка, отойдите от борта! Уходите!
Держитесь!
— Успокойтесь! — властно воскликнула Виолетта, воспользовавшись возможностью показать свое "могущество".
— Девушке ничего не грозит. Кракена зовут Керли и он наш друг.
"А судя по тону, он только твой друг", — подумала я, ведь логичней было после фразы "девушке ничего не грозит" просто сказать "она слышащая". А потом объяснить, что это значит!
Запихнула меня, официально признанную вдову героя Тасеи и мать герцога, в самую тень. Вот фиг тебе, а не плавание на моей лодочке!
"Точно, подруга! — воскликнул Керли и, ехидно хохотнув, потянул утончившееся на конце щупальце к шикарному ожерелью Виолетты. — Поносила и хватит. Это же мое! Я, вообще, Беатке дарил тот сундук, а не тебе".
Мог бы получиться отличный злорадный финал. Но зачем?
Ошибиться может каждый, даже безукоризненная, опытная, но слишком молодая повелительница.
"Не надо, Керли! — отчаянно мысленно завопила я. — Мы состоим в свите принцев, не в наших интересах появляться во дворце с опозоренной королевой. Ну, переоценила она свою власть, пусть… Потом отыграемся, на обратной дороге.
Пожалуйста… Она хорошая, просто… просто королева, а это диагноз".
Надо признать, Виолетта держалась с честью, не отступила ни на шаг, не дрогнула, только мышцы на шее вздулись от обуявшего страха, когда щупальце, пройдясь по украшению и оставив его на месте, ласково погладило ее по щеке.
Возникшее напряжение, а оно возникло на обоих кораблях, сгладил появившийся Фердинанд. Вернее, тарзанцы офонарели ещё больше, конечно, от выскочившего из ниоткуда скелета, но умный предок, верно оценивший ситуацию, деликатно разрядил обстановку. Он с поклоном протянул королеве булку хлеба и учтиво спросил: — Ваше величество, желаете угостить кракена?
Побледневшая Виолетта едва заметно выдохнула и натянуто улыбнулась Ферди благодарной улыбкой. Видимо, сама поняла, что влезла на чужую территорию со своей фальшивой дружбой и чуть не получила по заслугам: в буквальном смысле побывала в миллиметре от позора. Ну, не подвластно ей командовать магическими животными. Это никому не подвластно, особенно тем, кто их не понимает. В короне ты, не в короне… им фиолетово.
— Благодарю вас, великий ученый древности, живший тысячу лет назад и нашедший способ возрождения в нашем времени, славный лорд Фердинанд де Крейгард, — явно ради тарзанской команды и своего возвеличивания (мол, вот с кем общаюсь, оцените), перечислила все регалии скелета Виолетта, приняла из его костистых пальцев услужливо поданную буханку и вложила ее в щупальце кракена.
Пришлось снова невольно восхищаться теперь уже ее выдержкой. Мне и в спокойной ситуации не выговорить то, что она наговорила, находясь в стрессе. "Живший, возродившийся, нашедший"… Лера будет в ауте.
"Так… И чё?", — засомневался Керли: брать ему подачку или не брать.
"Ешь!", — коротко приказала я.
У пограничников сегодня случился волшебный день: они стали свидетелями необычных явлений и событий, не зная, что это еще не всё. Ведь пока морячки благоговейно провожали глазами булку хлеба, удаляющуюся на щупальце к огромной, высунувшейся из воды метрах в десяти от корабля, клыкастой пасти кракена, меня осенила гениальная идея.
"Слушай, Керли, а чего они тут просто так плавают? Хочешь, научу их вас кормить?".
"Хлебушком? А давай, учи! А то только орать умеют, как потерпевшие, будто я когда их топил".
Ну, извините, ваше величество, пришло время "перетянуть одеяло" на свою персону. Хотя, наоборот, дам вам возможность спокойно выдохнуть и прийти в себя. А то довыступалась, чуть не обокрали прямо на палубе. И кто? Твой друг по идее. Α он пятнадцать лет хранил сундучок, упавший ему на голову после шторма и считает его своим.
— Господа пограничники! — крикнула я обалдевшей тарзанской таможне. — Меня зовут Беатрисс Жадьер и я слышащая. Это значит, что я понимаю магических животных.
— О-о-о, леди Жадьер! — раздались радостные выкрики матросов, которые, услышав знакомое имя, пропустили мимо ушей следующее предложение. — Здравствуйте, леди! Леди!
Беатрисс Жадьер! Вдова нашего героя!
Поначалу я растерялась, удивившись всеобщему благодушию, а после слов тарзанского капитана, стало понятно, что погранцы ожидали увидеть на борту именно меня, то есть, только меня и никого больше. Нахождение на корабле их бывшей принцессы Виолетты, а ныне королевы Бергоса, оказалось полным сюрпризом. Ну, наверное, приятным.
— Леди Жадьер, мы знали, что вы на ближайшем судне отправитесь за посылкой из Гарпена. Лорд Дориес Жадьер жив! Это отличная новость! — отрапортовал капитан.
Видимо, карма у меня такая по жизни: всегда что-то скрывать, не являться той, кто я есть на самом деле, и находиться в подвешенном состоянии. Была внучкой герцога, но училась в школе для бедных и фамилию сменила на Криш, в академии стала Ронс и тоже скрывала свое происхождение.
Хотела стать любимой женой, но мне предложили позорную участь любовницы. Поэтому я стала фиктивной женой, а позже — фиктивной вдовой. И даже чужие люди не видят абсурдности ситуации в том, что сначала называют леди Жадьер вдовой, а через минуту противоречиво заявляют: "Лорд Жадьер жив".
Определено карма! Даже не представляю себя в стабильном, четко сформулированном положении.
Хотя, нет, я — мама и этот статус у меня не отнять. Даже с Санитой мы определились в родственных связях. Такова жизнь, то шторм, то тишь, то Ронс, то Криш… но мама — навсегда!
— Спасибо, господа, — смутившись, поблагодарила я тарзанцев, искренне радующихся моему приезду, и в благодарность закатила ответную речь: — Отважные моряки, хочу открывать вам тайну этого моря. В нем живет не только кракен Керли по прозвищу "Гроза Морей", но и много других магических животных. Если их не трогать — они безобидны, но если с ними подружиться, то можно обрести надежных товарищей в ваших долговременных походах. Всего-то и надо: угощать их хлебом. Смотрите! — я обернулась и призывно махнула рукой детям. — Ваши высочества, Ивар, Сани, помогайте знакомить и показывайте, как правильно угощать наших друзей.