Последний вальс

— Кухонные склоки, — произнес граф с улыбкой, — исключительно ваша епархия, миледи.
— Может быть, — согласилась Кристина, проходя мимо него к двери. — Еще и дирижер оркестра, милорд, вел себя по прибытии весьма подозрительно. Словно он выше Биллингса по чину. И нашему управляющему это ужасно не понравилось. Я в спешке покинула танцевальный зал, так как боялась, что у кого-нибудь возникнет мысль обратиться ко мне с просьбой рассудить недовольных.
— Иногда, — произнес Джерард, следуя за графиней, — я очень жалею о том, что позволил выманить себя дальше, чем на одну милю от Монреаля.
Кристина рассмеялась в ответ.
  
Глава 17
 
Кристина нарядилась к балу рано. Она обещала Рейчел, что та увидит ее в бальном платье, но ведь этим визит в детскую не ограничится. Тесс непременно пожелает поговорить с ней и послушать привычную сказку на ночь, да и Рейчел захочет пообщаться, хотя обычно и не требовала к себе внимания.
А еще Кристина была слишком взволнованна. Рождественский бал в Торнвуде — ошеломляюще восхитительное событие. Она чувствовала себя так, словно вновь стала полной надежд восемнадцатилетней девушкой и вернулась в тот вечер, когда должен был состояться ее дебют.
Трудно поверить, что еще две недели назад она крайне неодобрительно отнеслась к идее Джерарда устроить в Торнвуде бал. Трудно поверить, что целых девять лет она жила под строгим надзором Гилберта и была настолько запугана, что потребовалось целых полтора года, чтобы освободиться от его власти.
Она свободна! Спускаясь вниз по лестнице и боясь, что все же опоздала, Кристина старалась думать только об этом. Для нее было важно оказаться в танцевальном зале одной из первых и принимать гостей вместе с остальными обитателями Торнвуда. Это было важно не потому, что ее обругают или побьют, если она опоздает хоть на минуту. Просто Кристине хотелось быть идеальной хозяйкой бала.
А еще потому… да потому, что она просто не могла дождаться того момента, когда встанет рядом с Джерардом у дверей танцевального зала. Мысль о том, чтобы пропустить хоть одну драгоценную минуту этого вечера, когда она сможет смотреть на Джерарда или просто ощущать его присутствие, была для нее невыносима.
Она едва не сбила с ног Маргарет, стоящую у дверей зала. Кристина улыбнулась.
— О, Мэг, — восхищенно выдохнула она, сжимая руки золовки, — какая же ты хорошенькая.
Маргарет хотела выбрать яркое платье, но мисс Пенни тактично убедила ее надеть белое. У Мэг еще не было дебюта, а сегодня на балу будут присутствовать представители высшего света. Поэтому белое платье придется как нельзя кстати. К тому же этот цвет очень шел Мэг. В нем она выглядела очень юной, очаровательной и невинной.
— О, — всплеснула руками Маргарет, — ты тоже, Кристина. Не просто хорошенькая — настоящая красавица.
Женщины рассмеялись.
Для бала Кристина выбрала нежное золотистое платье незамысловатого покроя. И все же оно отличалось от остальных недавно сшитых более глубоким декольте, наличием коротких рукавов и шлейфа. Как и надеялась Кристина, оно слегка переливалось в свете люстр. Софи украсила ее голову жемчужинами, и теперь Кристине казалось, что времена мрачных нарядов и чепцов остались далеко в прошлом.
— Мне кажется, я уделяла тебе слишком мало внимания в последнее время, — сказала Кристина. — Мы почти не разговаривали с того самого момента, как приехали гости. Ты счастлива, Мэг? Тебе понравилось Рождество?
Ответ был очевиден. Лицо золовки сияло как никогда. Она словно пробудилась от спячки и расцвела. И произошло это всего за неделю.
— Даже если бы я попыталась, то все равно не смогла бы вообразить что-то более восхитительное, — ответила Маргарет. — Жду не дождусь весны, чтобы отправиться в Лондон. Но в последующие насколько дней, и особенно сегодня, мне совсем не хотелось бы оказаться вдали от Торнвуда.
Кристина сжала руки Маргарет еще крепче.
— Жаль, что ты не наслаждалась такой жизнью раньше, — произнесла она. — Я чувствую себя ужасно виноватой, Мэг. Я…
 
— Нет! — решительно перебила Кристину девушка, а потом наклонилась и поцеловала ее в щеку. — Нет, Кристина. Лишь ты одна делала мою жизнь здесь более или менее сносной — ты в юности, а Джерард в детстве. Ты дала мне все, что только могла дать. Ты подарила мне свою любовь. И этого достаточно. Только это имеет значение.
Сказать больше Маргарет не удалось. К дверям подходила леди Ханна в сопровождении лорда и леди Милчип, а также лорда и леди Ланган. Граф, переговорив о чем-то с дирижером оркестра, следовал за ними.
Кристина не могла отвести от него взгляда. На нем были фрак из атласа цвета шоколада и кремовые бриджи. Темно-коричневый жилет украшала золотая вышивка, а сорочка и чулки ослепляли своей белизной. Шею и запястья обрамляли белые кружева. Сегодня он выглядел сногсшибательно. Не сводя глаз с Джерарда, Кристина вдруг поняла, что и он пристально смотрит на нее. Графиня улыбнулась.
— Красавицы! — произнес он, беря руку графини в свою и поднося ее к губам. — Вы обе.
Внезапно Кристина осознала, что любит этого мужчину. Всегда любила и будет любить вечно. Она любит его. Но сейчас, в этот вечер, она не могла думать о своих чувствах, о возвращении Джерарда в Канаду и о том, что они больше никогда не увидятся. Сегодня она не станет верить в трагедии и невозможность получить желаемое. Всего две недели назад все происходящее сейчас казалось невозможным.
— Прошу прощения, — прервал ее размышления граф, — но мне нужно снести вниз мисс Гейнор. Я вернусь вовремя, чтобы встречать гостей.
— Мне кажется, — шепнула Маргарет на ухо Кристине, когда ее кузен скрылся за дверью, — что больная лодыжка не так уж сильно болит. Хитро придумано. Теперь Джерард носит ее повсюду и практически превратился в ее раба. Интересно, она понимает, что не сможет сегодня танцевать?
— Мэг, — строго оборвала золовку Кристина, — ты не слишком любезна.
Но, посмотрев друг на друга, обе рассмеялись. Скорее всего Лиззи действительно подвернула ногу. Но Мэг лишь подтвердила ее подозрения относительно серьезности ситуации, в которой оказалась мисс Гейнор. Когда Кристина помогала ей снять с ноги ботинок, на ноге не было ни опухоли, ни кровоподтека.
— Нам будет не до смеха, когда она вдруг станет нашей родственницей, — произнесла Маргарет. — Если честно, она мне совсем не нравится, несмотря на свою улыбчивость и обаяние. И Джерарду тоже. Но она вознамерилась заполучить его.
Гости начали спускаться вниз. А Кристина еще раз придирчиво оглядела зал, желая удостовериться, что все в порядке. Стены были украшены ветками ели и падуба, перевитыми алыми лентами, с которых свешивались золоченые колокольчики. Вот-вот должен был начаться последний акт волшебного действа.
Она будет помнить это Рождество до конца своих дней. Только какими будут эти воспоминания? Наполненными болью, грустью и одиночеством или же сладкой ностальгией?
Кристина была свободна — нечасто она могла сказать о себе такое в прошлом. Но теперь она могла строить свою жизнь по собственному усмотрению. Конечно, кое-какие ограничения были. По целому ряду причин у человека не всегда есть возможность делать то, что ему хочется. И все же…
И все же теперь Кристина была вольна сама строить свою судьбу. Слишком долго она являлась жертвой. Но больше не нужно сдерживать свои желания, уходить в себя и плыть по течению только потому, что это не доставит лишней боли.
Теперь можно жить полной жизнью. Кристина жива, молода и здорова. А еще она влюблена. Она вернулась к двери, где уже начали собираться гости. Нарядно одетые, они смеялись, разговаривали, восхищенно оглядывались по сторонам и дарили ей улыбки.
Кристину переполняло ощущение счастья. До чего удивительно! Улыбнувшись собственным мыслям, она подошла к гостям.
Джерард не жалел о том, что вернулся в Англию и в Торнвуд. Очень много хорошего произошло. Они с Кристиной объяснились и простили друг друга. Горечи больше не было места в их жизни. Теперь два человека обретут покой только потому, что он вернулся домой.