Проклятые земли Трэурана (СИ)

— Это потому, что седло, жесткое, как бифштекс бабки Грунильды. — скривившись пробурчал Альдо.
— Эй, не трогай бабулю Грунильду и ее бифштексы. Правильно она говорила, что у тебя манеры хуже, чем у свиньи на выпасе. — Стиг бросился на защиту кулинарных способностей старушки.
— Ты кого свиньей назвал?! Осел вислоухий! — Альдо попытался отвесить брату затрещину, но, потеряв равновесие, едва не вывалился из седла. После этого он мгновенно притих и, вцепившись в поводья, забормотал себе под нос очередную порцию оскорблений.
— Эй, смотрите, впереди лес! — воскликнул Коэн, привстав на стременах.
— Сумеречный лес. — кивнула головой Лиара. — Не самое приятное место даже для диких земель.
— А что с ним не так? Если он такой неприятный, то может объедем? Я вообще не очень люблю леса, а если этот особо мерзкий, то и подавно. — Стиг нервно почесал локоть.
— Объехать Сумеречный лес? — Лиара звонко рассмеялась и, пришпорив коня, закричала — Смиритесь! Это дикие земли, здесь все «мерзкое»!
— Странная она. — Альдо постучал пальцем по лбу.
— Есть немного. — ухмыльнулся Коэн и направил коня за волшебницей.
Когда Коэн нагнал Лиару, та пристально всматривалась в лесную опушку.
— Скоро стемнеет. — на лице волшебницы промелькнула легкая тень тревоги.
— Тогда надо поторопиться. — Коэн мельком глянул на прячущееся за облаками солнце.
— Так может здесь заночуем? — подъехавший следом Стиг покосился на темнеющую чащу. — Чего туда переться на ночь глядя?
— Здесь? В поле? А может мы тебе еще яблоко в пасть засунем и тушку бантиком обвяжем? Чтобы какой-то зверюге было приятнее тобой поужинать? — Альдо с издевкой уставился на брата.
— Альдо прав, здесь нельзя оставаться. Углубимся и устроимся на ночлег. — согласилась Лиара, невозмутимо добавив. — В Сумеречном лесу днем относительно безопасно, а вот после заката…
— Так чего тогда мы премся в него ночевать?! Что-то я не улавливаю логики. — запротестовал Стиг.
— Все лучше чем в чистом поле. Не переживай, справимся. — Лиара подбадривающе подмигнула гному.
— Надеюсь ты знаешь, о чем говоришь. — Стиг с недоверием посмотрел на волшебницу — Ты же была в этому лесу?
— Была один раз. — исчезая в тени деревьев, Лиара беспечно пожала плечами. — Днем.
— Успокоила. Вот теперь вообще не переживаю. — фыркнул Стиг и нехотя направил коня в лесную чащу.
До наступления сумерек оставалось совсем немного времени. Затухающее вечернее солнце плавно скользило по кронам высоких деревьев, заливая их отблесками огненно-алого света.
Деревья Сумеречного леса выглядели так, словно были порождениями воспаленной фантазии сумасшедшего скульптора, аляповато слепившего их из осколков камней, обуглившийся древесины, болотной тины и прочих подручных материалов. Некоторым из них не хватало лишь пары глаз, чтобы стать похожими на исполинских, застывших в бесконечном ожидании пробуждения, чудовищ.
— Думаю здесь мы и заночуем. — предложил Коэн, когда путешественники выехали на поляну, пересеченную небольшой, лениво несущей кристально чистые воды, рекой.
— Как-то здесь тихо. — Стиг настороженно осмотрелся по сторонам. — Слишком тихо.
— Здесь везде слишком тихо. Я бы предпочел шум таверны, но выбирать не приходится. — ворчливо заметил Альдо.
— Дальше не поедем. Скоро стемнеет. — Лиара соскочила с коня и привязала его к дереву, тем самым прекращая дальнейшие споры.
Ответственным за добычу свежего мяса назначили Стига. К тому времени, как место для ночевки было полностью обустроено, он вернулся с охоты, таща на себе тушу небольшого кабана.
— Братоубийца. — поцокав языком, Альдо укоризненно посмотрел на Стига.
— Буду умнее. — Стиг с деланной напыщенностью проигнорировал колкость Альдо.
Вскоре после того, как утомленное солнце отправилось на покой, легкий, едва пробирающийся через густые заросли леса, ветер уже разносил по округе ароматный запах жареного мяса.
Длинный, утомительный переход, вкупе с жутковатой, сотканной из переплетенных веток гротескных деревьев, крышей над головами дурно влиял на настроение путешественников. Однако сытная, приправленная спокойной беседой, трапеза способна творить чудеса. После ужина, к четверке вернулась привычная бодрость духа, а чернеющие дебри Сумеречного леса уже не казались такими неприветливыми и устрашающими.
 
Несмотря на нахлынувшее благодушие, было решено организовать ночной дозор, дабы поддерживать костер и не быть застигнутыми врасплох местными тварями, коих тут, по словам Лиары, водилось в изобилии.
Коэн, Лиара, Стиг, Альдо. Такой порядок караула был определен честным жребием на игральных костях, которые не слишком суеверные гномы зачем-то таскали на удачу.
Смена Коэна, а после и Лиары, прошла без сюрпризов. В лесу царила безмятежная, убаюкивающая умиротворением, тишина.
Лиара с трудом растолкала Стига, который, несмотря на все свои треволнения, дрыхнул как убитый.
— Стиг, мне показалось, я что-то видела, точнее почувствовала. — прошептала волшебница, стараясь не разбудить остальных.
— Вот что ты за человек? Умеешь поднять настроение перед дежурством. — Стиг почесался и зевнул так, что пролетавшая мимо ночная бабочка, едва не была проглочена заживо. Впрочем, ее счастье было недолгим и она тут же сгорела в костре, к которому собственно и направлялась.
— Просто будь осторожен, не вздумай уснуть. — на всякий случай напомнила Лиара, когда гном снова зевнул во весь рот.
— Да я ж не вчера родился. — обиделся гном.
Стоять, а, в случае Стига, сидеть в карауле, оказалось занятием весьма нудным и бестолковым. Ковыряние ветками в золе, с последующим их сожжением, откровенно не тянуло на стоящее развлечение.
Ближе к концу смены гном услышал, как что-то всполошило коней.
— Эй, кто там? Кем бы ты ни был, лучше беги. Я не в настроении. — зашептал Стиг, с молотом наперевес подкрадываясь ближе.
Вдруг в темноте блеснули два глаза и лунный свет упал на зубастую морду грызуна размером с хорошего индюка. Увидев гнома, лесной житель, не долго думая, принял решение ретироваться.
В свою очередь, Стиг ускорился и попытался дать увесистого пинка бурундуку-переростку, но возмутитель спокойствия хладнокровно увернулся и, сверкнув упитанным задом, скрылся в кустах.
Вряд ли грызун позарился на коней, тем более на мощных бискайских скакунов с их внушительными копытами и резким норовом, однако гном решил, что впредь надо быть повнимательнее.
Вскоре пришло время будить Альдо. Стиг уже поднялся с насиженного места, как снова услышал тревожные звуки, издаваемые бискайцами.
— Вернулся, толстозадый? Ну в этот раз я не промахнусь. — осторожно крадучись, проворчал гном.
Возле коней никого не оказалось, но они продолжали фыркать, трясти головами и бить копытами землю.
— Тихо, тихо. Чего всполошились? Я… — Стиг не успел закончить, как внезапно почувствовал пронзительную боль в груди, резкий рывок вверх и тупой удар по голове. Затем наступила тьма.
… Альдо проснулся от того, что походная сумка, которую он пристроил в качестве подушки, начала медленно выползать из-под его головы.
Открыв глаза, он в упор уставился на круглую физиономию, сильно смахивающую на облысевшую летучую мышь. Тучная тварь оскалилась в некоем подобии улыбки и, не отпуская сумки, плюнула гному в лицо.
— Ах ты ж! — временно дезориентированный Альдо ударил кулаком наотмашь и попал ровно между глаз воришки. Пронзительный визг засвидетельствовал, что удар гнома нанес лесному разбойнику ощутимый урон.
Звуки разыгравшейся битвы разбудили Коэна и Лиару.
— Альдо, что происходит? — сонным голосом спросил Коэн.
— Эта тварь пыталась стащить мою сумку и харкнула мне в рожу. — Альдо вытер рукавом глаза. — Фу, какая гадость. Что оно жрет вообще? Вонь, как из пасти тролля.
— Какая тварь? Здесь нет никого. — Коэн огляделся по сторонам.
— Сбежала наверное, я ее чуток кулаком приложил. — предположил Альдо, продолжая натирать раскрасневшуюся физиономию.