Проклятые земли Трэурана (СИ)
— Когда путулу совершал переход, я смогла разорвать связь с кристаллом. Это сработало. Возможно потому, что Орм был сосредоточен на перемещении. — Лиара задумалась — Неважно. Сейчас демон в кристалле. Это нечто невероятное, такого еще никто никогда не делал. Орм отвратителен, но он великий маг.
— И что теперь делать с этим демоном? — поинтересовался Коэн.
— Не знаю. Вероятно у Орма были мысли по этому поводу, но что-то я сомневаюсь в их благонамеренности. — волшебница вытащила амулет. — Думаю его надо уничтожить.
— Не проблема. — рыкнул Альдо, взмахнув топором.
— Ты хочешь, что бы демон освободился и пошел разгуливать по окрестностям? — Лиара с упреком взглянула на гнома.
— Нет, не хочу. — Альдо разочарованно спрятал топор за спину.
— Подожди, но ведь если ты оденешь кристалл, то сможешь творить эту самую чистую магию, без шариков и прочих выкрутасов? — вмешался Стиг.
— Да ни за что! — воскликнула Лиара. — Я не собираюсь играть в игры с демоном. Тем более Орм не просто так хотел сделать сосудом Дакария, а не самого себя.
— Согласен. — сказал Коэн. — Так что будем делать?
— Амулет нельзя просто выбросить. Демон призовет любого оказавшегося поблизости мага. — ответила Лиара.
— Ну не таскать же его с собой? — призадумался Коэн — А что если зашвырнуть его туда, где до него никто не доберется? Вроде раскола, в который провалился шестирукий?
— Только не говори, что ты хочешь вернуться назад! — запротестовал Альдо.
— Нет конечно! Но мы ведь планируем забрать налга в Веллор. По пути избавимся от амулета. — предложил Коэн.
— Неплохая идея. Может мы и пораньше найдем местечко, куда сбросим эту нечисть. — согласилась Лиара. — А я пока проконтролирую, чтобы он не раскидывался призывами.
— Демон не сможет на тебя влиять? — осторожно уточнил Коэн.
— Нет. Без связывающего заклинания это всего лишь безделушка. — заверила Лиара.
— Значит берем его с собой. — подытожил Коэн. — Давайте побыстрее выбираться из этого проклятого места.
— Я только за. — хмыкнул Стиг и поспешил к двери.
Несмотря на протесты гномов, Коэн настоял на том, что необходимо найти Шерана и отблагодарить его за помощь.
Как бы то ни было, поиски не принесли никакого результата — старик исчез, будто растворился в воздухе. Зато на кухне Стиг наткнулся на полуразложившийся труп повара Бруно. Пояснения Лиары, что Бруно уже давно мертв и вчера за ужином им прислуживал живой труп, поддерживаемый магией воскрешения, вызвало у гномов взрыв негодования и приступы тошноты. Не стесняясь в выражениях они хаяли некромантов и всех их родственников до седьмого колена, вопя в два голоса, что «ладно куховарящие глоты, те хоть живые были, но куховарящий мертвяк — это уже перебор!». Бурно повозмущавшись, братья единодушно сошлись на том, что люди вконец распоясались раз готовят хуже чудищ и трупов, а значит надо ужесточить надзор за добротностью стряпни в тавернах и сурово наказывать тех, у кого «руки растут не из того места».
Глава 13
После гнетущего полумрака огненной башни, ослепительный свет солнечного дня заставил четверку путешественников быстро забыть все пережитые тревоги и вернул им приподнятое расположение духа.
К счастью, вопреки всеобщим опасениям и заверениям Стига, что коней «точно сперли недомерки лысые или сожрали твари дикие» не оправдались — бискайцы были ровно там, где их оставили. Завидев хозяев, кони надрывно зафыркали и суматошно затрясли гривами. Сложно было сказать чего было больше в этих ужимках благородных животных — радости встречи или укора за то, что их бросили на произвол судьбы.
Подойдя к бискайцам, Коэн с недоумением обнаружил неподвижно распластавшихся в грязи Уттера и Баттера. Гномы, напротив, вовсе не удивились присутствую кобольдов, и с ухмылками «я же говорил» принялись тормошить прохиндеев, выясняя живы те или врезали дуба.
— А-а-а, мамочка, я больше так не буду, это все Батти… — в бреду застонал Уттер, затем, приоткрыв глаза, увидел перед собой бородатую физиономию гнома и снова отключился.
— Батти?! А ты значит Утти?! — весело заржал Альдо, тряся кобольда.
— Вставай, Батти! — издевательски оскалившись, Стиг пнул Баттера. Тот перевернулся на бок и, нащупав огромную, на половину лба, шишку, громко заохал.
Уттер, тихо поднывая, потрогал огромный синий фингал, красовавшийся под заплывшим глазом, и жалобно заскулил.
— Утти, Батти…Что вы здесь делаете, прохиндеи лысые? Небось на коней позарились? — Стиг глумливо щелкнул пальцем по носу Баттера.
— Не называй нас так, ты не мамочка. — насупился Баттер и, схватившись за голову, завыл — У-у-у, как болит!
— Пока вы там с колдуном лясы точили, мы, между прочим, за вашими клячами приглядывали! — сердито заворчал Уттер — Так сказать, доброе дело делали.
— Думаешь я тебе поверю, морда брехливая? — презрительно скривился Стиг. — Да скорее черти свои рога сожрут, чем кобольд доброе дело сделает!
— Ах ты дылда рыжая! Я не виноват, что ваши клячи психованные! Мы только глянуть хотели все ли в порядке, а они лягаться! — Уттер гневно затряс кулаками.
— И почем подлые твари, подпустили нас значит, а потом — бац — и копытом в кумпол! Им бы по Хаосу демонов кружить, а не по земле топтаться! — возмущенно заорал Баттер, после чего снова сжал ладонями голову и жалобно запричитал.
— За языками следите, прохиндеи! — пригрозил Стиг ласково поглаживая своего коня. — Хорошая лошадка, умная, знает что гадким лысым кобольдам надо сразу по лбу влепить, а потом разбираться чего они там хотели.
— Норов у этих тварей, хуже чем у гномов. — Уттер опасливо покосился на бискайцев.
— Еще раз ляпнешь мерзость про лошадок — оторву ухо! — пообещал Стиг.
Уттер понимая, что дальнейшие пререкания могут закончиться для него, как минимум тумаками, а может чем и похуже, притих. Потирая заплывший глаз он беззвучно шевелил губами и угрюмо сопел.
Но тут уже раздухарился Баттер, которому ударом по голове похоже отбило инстинкт самосохранения.
— Несправедливо! Мы заслужили вознаграждение за тяжкие хлопоты! Потраченное время стоит хорошего серебряника, а может и двух! — завизжал кобольд, бешено брызгая слюной. — А еще за ущерб от копытных ваших психических! Может нам снадобья какие нужны от увечий!
— Взбесился. — Альдо покрутил пальцем у виска. — Такое не лечится.
— Предлагаю привязать их к дереву и оставить стервятникам или кто там первым доберется. Вон как бедолаги страдают, совсем кукушкой поехали. — Стиг грозно нахмурился.
— Предлагаю отпустить их, пускай убираются. — вмешался Коэн, пока гномы не учинили расправы над дальними сородичами.
— Отпустить?! Без компенсации?! — завопил Баттер, окончательно потерявший связь с реальностью.
— Сделаем проще. Считаю до пяти и если я закончу, а вы все еще будете здесь — превращу вас в крыс или червей. Нет, пожалуй отправлю прямиком в Хаос. — Лиара задумчиво погладила подбородок. — Кто здесь хочет в Хаос? Раз… два…
Не успела волшебница закончить счет, как кобольды дружно подхватились и, забыв о тяжких увечьях, которые полагалось компенсировать звенящими монетами, со всех ног понеслись к ближайшим зарослям. Две гладкие, словно колени, лысины, сверкнув ослепительной белизной, скрылись в чаще леса.
Однако через мгновение из кустарника высунулась голова с огромной шишкой и визгливо завопила:
— Так я не понял, нам заплатят или нет?!!!
Увесистый камень, просвистевший рядом с макушкой кобольда, доходчиво намекнул, что награды ждать не стоит, и ветки кустов с шелестом сомкнулись.
* * *На третий день перехода, когда негостеприимная башня колдуна и все произошедшее в ней, осталось далеко позади, Красные горы стали заметно ниже, затем сменились пологими холмами и наконец плавно перешли в бескрайне заливные луга.
Однако радость путников от того, что они выбрались суровых объятий скалистых вершин, быстро сошла на нет. Красивая, цветущая долина оказалась сплошь пересечена реками и заболоченными озерами, так что приходилось больше плыть, чем передвигаться по твердой почве.