Проклятые земли Трэурана (СИ)

Дверь таверны с грохотом распахнулась, едва не сорвавшись с петель, и в «Мерзлый Хряк» ввалилась дюжина вооруженных солдат во главе с низкорослым толстяком, на голове которого красовался не в пору громоздкий шлем.
— По наши души. — безразлично промолвил Коэн.
— Велено вас задержать и доставить к лорду Арне. — выставив вперед меч, отчеканил коротышка и, поправив шлем, на всякий случай отпрянул на пару шагов назад.
— Может вам головы посшибать? Велено им. — огрызнулся Альдо.
Солдаты ощетинились клинками, а коротышка предусмотрительно шмыгнул за спины товарищей, откуда пригрозил гному кулаком.
— Спокойно, опустите оружие. — Коэн медленно встал из-за стола и примирительно вытянул вперед ладони. — Мы идем.
— Только вы двое. — коротышка ткнул пальцем сторону Коэна и Альдо.
— Не надо. — Коэн с опустил руку на плечо потянувшегося к молоту Стига. — Я постараюсь все уладить.
— Ничего ты не уладишь, это и ежу понятно. — скептически фыркнул Стиг.
— Идем только мы с Альдо, ты понял? — произнес Коэн с нажимом.
— Стиг, так надо. — вмешалась Лиара.
— Понял. — Стиг недовольно скривился.
Проходя к выходу, Альдо грозно топнул ногой и рыкнул в сторону коротышки, который, шарахнувшись от неожиданности, врезался в сослуживца и шлем предательски съехал ему на подбородок. Под хохот завсегдатаев таверны, солдаты, толкаясь, пропихнулись наружу и, соблюдая безопасную дистанцию, побрели за задержанными.
… В тронном зале, кроме самого лорда и его личной охраны, находились Аксель и пятеро ловцов, участвовавших в охотничьей вылазке.
Арне величественно восседал на троне, исподлобья взирая на Коэна и Альдо.
— Как вы думаете, что меня раздражает больше всего на свете? То чего я никогда не смогу понять и принять? — негромко произнес лорд. — Глупость. От нее у меня сводит зубы. Кто-то объяснит мне, как так случилось, что всего за несколько дней, вы умудрились из гостей, которых в Валетт-Данора встретили с распростертыми объятиями, превратиться в паршивых висельников? Что кроме беспросветной глупости могло вас к этому сподвигнуть?
Коэн хотел было ответить, но запнулся, поскольку в зал, громко звеня цепями, ввели Боба и Тома. Истерзанные, покрытые кровоподтеками и свежими, кровоточащими ранами, они едва волокли ноги.
Две сгорбленные тени самих себя, в разорванной одежде, с отекшими от побоев лицами, растрепанными, слипшимися от засохшей крови волосами, они бессильно рухнули на колени.
Арне не удостоил охотников даже мимолетным взглядом, продолжая пристально сверлить глазами Коэна.
На какое-то мгновение в воздухе повисла напряженная тишина.
— Могу я говорить, милорд? — невозмутимо спросил Коэн, склонив голову в легком поклоне.
— Говори. — Арне равнодушно зевнул и добавил. — Если есть что сказать.
— Милорд, я не знаю, какие законы нарушили эти люди, но мне показалось, что только Ваша Светлость вправе вершить над ними правосудие. — Коэн старался выглядеть невозмутимо, несмотря на то, что внутри его поднималась волна гнева. — Поэтому я вмешался и не допустил самоуправства со стороны достопочтенного ловца.
— Самоуправства?! Да кто ты такой, что бы вмешиваться?! — зло выпалил Аксель.
— Заткнись! — рявкнул лорд Арне.
Ловец покорно опустил голову и замолчал.
— Аксель немного не воспитан, но правда в том, что ловцы вправе казнить любого, кто предаст интересы Валетт-Данора и своего правителя. Выпустить серого было злодеянием против города и его благополучия. — Арне вплотную подошел к старому егерю и, схватив за волосы, поднял его голову. — Так ведь Боб?! Ты это знал, но ты это сделал! Или ты покрываешь своего выкормыша? Впрочем неважно.
Брезгливо разжав хватку, лорд повернулся спиной к тихо стонущему егерю, затем шагнул к Тому, но передумал и грузно опустился на трон.
— Я достаточно услышал. С двумя изменниками все и так ясно. Что же касается чужаков, то незнание законов и обычаев вольного города Валетт-Данора не может служить оправданием злодеяния и препятствовать неотвратимости наказания. — Арне самодовольно ухмыльнулся и закатил глаза, неуклюже изображая тягостное раздумье.
 
После короткой паузы лорд поднялся на ноги, вытянул вперед руки и с торжественным видом провозгласил:
— Властью данной мне истинными Богами и народом Валетт-Данора объявляю всех четверых изменников виновными и приговариваю их к смертной казни через повешение! Приговор привести в исполнение завтра в полдень!
В зал, бряцая оружием, вошел отряд стражников во главе с командиром Рэндалом.
— Взять их! — скомандовал лорд Арне, небрежно махнув рукой. — И да, чуть не забыл. Привести ко мне тех двоих, которые были с ними. Ведьму и второго гнома с такой же рожей, как у этого.
Коэн и Альдо, осознавая явное неравенство сил, без сопротивления сложили оружие, после чего их вместе с Бобом и Томом вывели из зала.
  
Глава 10
 
После случившихся на охоте событий задержание Коэна и Альдо не оставляло ни малейших сомнений по поводу того, что лорд Арне неимоверно разгневан и вскоре затеет судебное разбирательство. Однако сложно было предположить, что приговор будет столь поспешен и столь суров. Правосудие в королевстве Трэуран формировалось веками и было предметом необычайной гордости не одного поколения его правителей и верноподданных. Даже лорд Вильфред вынужден был придерживаться традиционной процедуры преследования злоумышленников, что впрочем не мешало ему пачками бросать в темницу неугодных либо и вовсе сносить им головы.
Стараясь отогнать дурные мысли и раздумывая над дальнейшими планами, Лиара и Стиг коротали время в «Мерзлом хряке». Дурные мысли никак не отгонялись и вскоре тревога окончательно вытеснила любые надежды на то, что Коэн и Альдо смогут самостоятельно выпутаться из этой передряги.
Дверь трактира со скрипом отворилась и в зал, увлекая за собой клубы снега, ворвался вихрь холодного воздуха. На пороге появилась невысокая фигура в дорожном плаще с глубоко накинутым капюшоном. Незнакомец быстрыми шагами направился к камину и, проходя мимо стола, за которым сидели Лиара и Стиг, споткнулся о лавку. В попытке удержаться на ногах, он неуклюже натолкнулся на гнома.
— Эй, дружище, полегче! — недовольно заворчал Стиг, расплескавший добрую половину кружки эля.
— Прощу прощения, я не нарочно. — произнес нерасторопный посетитель извиняющимся голосом, в котором Стиг тотчас узнал Олафа, и шепотом добавил. — Убирайтесь отсюда, вас ищут. Встретимся у восточной стены, возле сторожевой башни.
Олаф пошатываясь побрел дальше.
— Шастает пьянь всякая, под ноги не смотрит! — громко сказал Стиг раздраженным голосом. — Хозяин, рассчитай нас, что-то настроение испортилось!
— Стиг… — начала было Лиара, не слышавшая слов Олафа, но, увидев гримасу гнома, замолчала.
— Уходим, сейчас же. — прошипел Стиг, швырнув на стол монеты.
… Быстро пробираясь узкими замковыми улочками, Стиг и Лиара добрались до восточной стены крепости.
Эта часть города выглядела заброшенной и больше походила на свалку: отбросы, мусор, ветхий хлам, полуразрушенные дома и амбары. Могучая сторожевая башня угрюмо возвышалась над всем этим бедламом и, словно стыдясь такого позорного соседства, отбрасывала на него густую черную тень.
От стены отделился темный силуэт, оказавшийся невысоким, сутулым стариком.
— Идите за мной. — произнес он тихим голосом, накинул капюшон и, на удивление проворно, нырнул в проход между руинами.
— Надеюсь Олаф не играет с нами в какие-то игры. — Стиг выразительно посмотрел на волшебницу и поспешил за незнакомцем.
Недолгое плутание по безлюдным окраинам города вывело Стига и Лиару к развалинам старого дома. Старик махнул рукой, приглашая спутников войти в перекошенный дверной проем и спешно скрылся в тени.
Стиг прошел первым, осторожно осматриваясь и переступая через нагромождение побитой утвари и прогнивших досок. Проходя через завалы, гном споткнулся и едва не загремел в открытый люк.