Хочу твоим первым (СИ)

Взгляд ее сфокусирован точно на мне.
- Мы идем на лекцию, - отвечает вместо меня Лера и выступает вперед. – Так что, будь так любезна, дай нам пройти. И отдай приказ своим подпевалам, чтобы не загораживали дорогу.
- Ты иди, а с этой, - она кивает на меня, - нам нужно кое-что перетереть.
- Да, - подает голос одна из девушек, обращаясь к Лере, - ты убогая, мотай, к тебе нет претензий, а вот к ней…и она тоже вперивается в меня.
- Специально для глухих, повторяю второй раз, и последний, - прищуривается Лера и мне становится неудобно от того, как яростно она за меня заступается, - быстро убрались в сторону и дали нам пройти!
- Типа, самая умная, да? Да ща ты у нас…- щерится та девочка, что справа.
И обе подруги Илоны Сельвинской начинают наступать.
Я хватаю Леру за локоть и тяну на себя, пытаясь встать на ее место, справедливо полагая, что она не должна из-за меня пострадать, но тут неожиданно между нами вклинивается двое парней.
Это приятели Гордея, фамилии которых я успела выучить. Фирсов, по прозвищу Фир, и Туманов. Со вторым я успела даже немного потанцевать, чтобы позлить Гордея, о чем сейчас сожалею. Ведь этот танец спровоцировал все остальное, что со мной произошло.
- Че за тусня? – рявкает Туманов.
Встает перед Сельвинской, загораживая нас с Лерой от нее довольно широкими плечами.
Девушка Гордея меняется прямо на глазах.
- Егор, мы это, просто болтали. Не бери в голову.
- Просто поболтать можно и с нами, - встает рядом с Тумановым Фирсов, отчего губы Илоны презрительно кривятся.
- Защитники выискались, - цедит она.
Морщится, подхватывает своих подруг под руки и тянет их к боковой двери, за которой находится туалет.
- Э, мы еще не закончили.
Фирсов подрывается за Илоной, а Туманов поворачивается к нам.
- Она тебе угрожала? – спрашивает у меня прямо.
- Да, она ей угрожала, - отвечает за меня Лера.
Я дергаю ее за локоть.
- А что? – не унимается Лера, продолжая диалог с Егором. - Это девчонка Гордея, вот и передай ему, чтобы приструнил. А то Арине прохода не дает.
- Лер, - бормочу я, пряча глаза.
Ненавижу становиться центром разборок.
Больше всего на свете мне хочется сейчас оказаться дома. Только не у тети Гали, потому что вчерашний вечер, когда мне устроили фирменный допрос, оставил не самые лучшие впечатления. Хочу к себе, к родителям.
И пусть наш дом по столичным меркам совсем скромен, но там гораздо уютнее и спокойнее. Устроюсь на местный завод сборки электронных плат или на хлебозавод, а в свободное время буду помогать сестре возиться с малышом.
- Я провожу вас до аудитории, - говорит между тем Туманов, и мы вместе с ним начинаем идти по коридору.
Все вокруг пялятся на нас, но я ничего не могу с этим поделать.
Хорошо, по крайней мере, что самого Гордея здесь нет.
- А кстати, где Горский? – словно читает мои мысли Лера.
- На работу уехал, - отвечает Егор.
- А где он работает? – вырывается у меня.
То, что мажор в принципе работает кажется таким необычным, что я теряю всю свою стеснительность.
- А он не рассказывал? – поворачивается ко мне парень.
Вполне симпатичный, кстати. Когда он приглашал меня на танец, я не рассмотрела толком, поглощенная лишь тем, наблюдает ли за нами Гордей. А теперь я вижу, что вполне. Темный ежик волос, карие глаза.
И смотрит на меня спокойно доброжелательно. Полотенце ведь именно он принес, вдруг вспоминаю некстати.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
- Нет, не рассказывал, - отвечаю я и зачем-то пожимаю плечами.
- Значит, спросишь, когда созвонитесь или увидитесь. Будет, о чем поговорить, - жмет плечами в ответ, после чего стреляет глазами в Леру.
Та сейчас же хмурится и поджимает губы. Но явно не остается равнодушной. Неужели этот парень ей нравится?
Всю пару я стараюсь внимательно слушать преподавателя, а сама возвращаюсь попеременно то к вечернему разговору на кухне, то к мыслям о Гордее и его таинственном месте работы, ради которой он так запросто прогуливает занятия.
 
- Арина, боже мой, ради Христа! – хваталась вчера за сердце тетя. – Откуда у тебя эта одежда!
В тот момент мне нестерпимо, просто до ужаса хотелось прибить своего племянника. А это еще он не высмотрел и не настучал про новый айфон.
И до отвращения претило врать тете. Но что я могла ей сказать? Тем более, когда Женька вертелся рядом, а дядя то и дело выглядывал из-за газеты и смотрел на меня из-под очков, как мне казалось, с укоризной.
Мямлила что-то про падение в лужу и что подруга, которая живет всего в шаге, одолжила мне чистую одежду, чтобы я смогла как можно быстрее выполнить рабочую доставку. А если бы я опоздала, заехав домой переодеться, то снизился бы рейтинг.
Краснела страшно, потела, не знаю, поверила мне тетя или нет. Но уже спустя пять минут, хорошо, что к тому времени, я успела укрыться в своей комнате, позвонила мама и усиленно выспрашивала у меня подробности моей новой работы.
Потом позвонил Володя. Начал с рассказа о «Бойцовском клубе», который он недавно прочитал. Закончил тем, что скучает и очень сильно ждет встречи, которая, как он надеется, состоится совсем скоро.
И что я самая лучшая девушка на свете, что он никогда не устанет повторять.
Мне было жутко неудобно еще и от того, что сама я напрочь забыла о его существовании. Вот тебе и лучшая девушка.
Даже не понимала, как я могла так поступить с ним, с Володей, который поддерживал меня все школьные года, если случалось расстроиться или не выучить уроки.
И он тоже выспрашивал у меня, как я провела день.
Володя, тетя, мама...
Но не могла же я им всем сказать, что весь вечер бездумно и забыв обо всем целовалась с отвязным мажором? Целовалась так, что припухли губы и потом пришлось долго споласкивать их прохладной водой.
Хорошо, что я действительно часть времени посвятила работе, а не только поездке на вечеринку. Значит, это было не совсем вранье, а только лишь утаивание правды. Но все равно, чувствовала я себя тогда, да и до сих пор, крайне паршиво.
Кстати, что касается работы, меня она и сегодня ждет. Если получится, я сделаю три-четыре доставки, а это уже деньги, которые мне очень сейчас нужны.
Да и, будучи занятой, поменьше стану думать о Гордее и его «Повторим, Бельчонок…Прямо сейчас…На край, после пары…Нет сил сдерживаться».
При воспоминании о его откровениях, сказанных чуть хриплым шепотом, мурашки простреливают живот и грудную клетку. Что бы я делала, если бы не получилось сбежать, я даже представить боюсь.
…
- Девушка, вы опоздали на десять минут! – возмущается женщина и смотрит на меня с презрением, - я не собираюсь оплачивать вам доставку!
- Извините, но это ваша вина, - отвечаю твердо. – Вы не открыли дверь, когда я звонила в домофон и не отвечали на вызов.
- Вы не звонили, не врите.
- Проверьте свои входящие и вы увидите, что я звонила.
- Не могу, у меня сел телефон.
- Это ваши проблемы, - говорю я и нагло усаживаюсь на пуфик в прихожей.
У клиентки явно плохое настроение, и она решила выместить его на мне.
Женщина недовольно поджимает губы и сует мне мятые бумажки.
- Ладно, вот, только убирайтесь уже поскорее.
На втором адресе мне везет еще меньше, и я с грустью вспоминаю о доброй бабульке и интеллигентном пенсионере, которые достались мне на вчерашних доставках.
Хамоватый мужик лет пятидесяти пытается задержать меня в своей квартире, чтобы познакомиться поближе. Я очень пугаюсь, потому что не рассчитывала на такое, но меня спасает звонок телефона. Мужик отвлекается на него, а я ускользаю без потерь. То есть, он не успевает меня обтрогать.
Спускаюсь по лестнице галопом, почти бегом до самого выхода из подъезда.
Доставку этот клиент не подтвердил, и потому мне приходится связываться с оператором и сообщать о произошедшем. Я пока не знаю, в чью пользу решится вопрос и заплатят ли мне за этот адрес.