Молчаливая весна (СИ)

Отказывать себе не привыкла, потому, спрыгнув со стула у стойки, тяну сестру за руку вслед за собой, прямо в толпу. Разумеется, двум недурным собой девушкам дорогу уступают, масляные, пьяные взгляды обволакивают, и действо начинается.
Танцую, купаясь в чужом внимании. Покачиваясь из стороны в сторону, подняв руки высоко над головой. Порой закрываю и вовсе глаза, отдаваясь атмосфере и музыке. Это приятно. Вот так отключиться от всего вокруг. Когда мурашки бегут по коже от приятной мелодии. Когда бит отбивается прямо в сердце, становится пульсом и прошивает все тело. Каждая вена пульсирует. Губы расплываются в улыбке. И я чувствую чей-то поцелуй. Какой-то смутно знакомый парень, которого я уже видела в этом клубе — и он угощал меня тогда лишь соком, я зареклась выпивать в тот вечер. Потому отлично помню, что с ним мы дальше вот таких танцев не заходили. Но поцелуй… Это уже явно следующая ступень в общении, особенно если учесть, что я даже не помню, как его зовут.
Однако поцелуй приятен, он умело, совсем не напирая, практически в такт музыки ласкает мои губы своими. Нет литров слюней, как любят некоторые особы. Нет языка, исследующего мой рот настырно. Только мягкие горьковатые губы, приятный запах его туалетной воды с нотками перца и еле касающиеся меня руки в области талии.
Заводит. Не с пол-оборота, не безумно, но удобренная алкоголем кровь бурлит заметно сильнее и более явно. Чувствую, что еще совсем немного, еще чуть больше его напора и смелости — и продолжение ночи станет слишком очевидным.
— Лин, я отойду на полчаса, там Вадим подошел к клубу, я забрала твой телефон и клатч, если что я на улице, — быстро шепчет мне сестра в ухо, не пытаясь отвлечь меня от действа. Ей не привыкать. Она видела подобное уже очень много раз. И даже призналась однажды, что и сама была бы не прочь вести себя подобным образом, однако… Нечто ее сдерживает, нечто в виде ее лучшего друга, по которому она исходит слюнями со школьной парты. К которому она, к слову, и выбежала на улицу.
Поцелуй разорван, видимо, парень решил, что все схвачено, и пора более напористых действий. Его губы скользят по моей шее, к открытым плечам, а мне же лишь остается, чуть запрокинув голову и прикрыв глаза, принимать ласку. Это именно то, что мне сейчас нужно. Секса не было уже, по моим меркам, довольно приличный промежуток времени, и это делает меня нервозной.
Все вроде прекрасно. Только вот чувство комфорта не появляется. И я кожей ощущаю чей-то взгляд. Пытаюсь избавиться от этого ощущения, но дрожь по коже от затылка медленной волной двигается к копчику. И это не дрожь возбуждения, а предчувствие.
Нехотя прерываю процесс. Извинившись, глядя в помутневшие от желания глаза, прошу дать мне десять минут. Якобы припудрить носик и прочие женские дела. В тоне моего голоса нет намека или зова, потому, когда я разворачиваюсь и иду к комнатам отдыха, он не следует за мной. Понятливый мальчик, приятно.
Сворачивая за ограждение, где музыка не так сильно слышна, поворачиваюсь инертно в сторону. Привычно мазнув взглядом по толпе, совершенно не надеясь найти там знакомое лицо. Однако… Нахожу. Неожиданного для меня человека в ней. Единственного, которого определенно точно не хочу видеть. Никогда. Ибо твердо приняла решение отпустить ситуацию, забыв о его существовании. Себе дороже.
В подвыпившую голову нехотя струятся мысли о том, что именно его взгляд лишал меня комфорта все это время. И что он вообще здесь забыл? Почему в субботний вечер не в привычном баре, а в клубе на другой стороне города? Но дверь WC перед носом, и я скрываюсь за ней, закрывая и лазейку в собственной голове, запрещая себе портить вечер и последующую ему ночь.
В зеркале на меня смотрит собственное отражение. Волосы крупными локонами стекают по плечам и груди. Короткое маленькое черное платье тисками сжимает мое тело. Массивное украшение на шее и не менее массивные серьги. Вызывающий макияж и зацелованные припухшие губы без следа помады. Честно? Сама бы себя трахнула.
 
Поправляю макияж и закуриваю. Попутно отметив, что на мои замшевые туфли наступила какая-то дрянь. Выдыхая дым, наклоняюсь и подручными средствами начинаю отчищать недешевую обувь. В туалете пусто, хотя обычно здесь есть хотя бы пара человек. Которые не всегда просто поправляют макияж или курят. Чаще всего они пытаются занюхнуть дорожку или вообще без стеснения отсасывают кому-то прямо у умывальников. Почему так? Камер нет. Они есть по всему периметру, кроме этой зоны. Потому этот клуб так любят. Здесь нет запретов. Границы стерты.
Приведя в порядок обувь и успев докурить, собираюсь выходить. Подумав, что глупо красить снова губы, так как помада с них исчезнет по моему возвращению. Снова. Да и нет ее при мне, сестра ведь забрала все мои вещи. Отказываться от хорошего или даже посредственного секса я не планирую. А уж от подобных игр в толпе народа с оглушающей музыкой подавно.
Только вот выйти не успеваю, едва открывается дверь, меня вталкивают обратно. В первую минуту не понимаю, что за смельчак это делает. Запах какой-то совсем незнакомый, как и ощущение рук на моей спине. Автоматически в ответ обнимаю, понимая, что попросту, если не упаду, то запутаюсь в ногах. Отмечаю, что под руками жесткая ткань рубашки, но даже она не способна спрятать хороший рельеф спинных мышц. Руки сами собой доходят до роста волос, и я отмечаю, что человек слишком коротко стрижен. А еще ощущаю покалывание в области щек от щетины мужчины.
В следующий момент я уже в кабинке, слышу, как закрывается изнутри замок, и поднимаю глаза. Полумрак не прячет от меня этот ужасающий и выпивающий мою душу взгляд. Снова лицо, словно высеченное из мрамора. А его руки по обе стороны от моей головы уперты в стенку кабинки.
И я не знаю, что сказать ему. И надо ли вообще говорить. С трудом улавливаю происходящее. И пытаюсь подавить шок вместе с оцепенением, которое захватило тело. Я будто кролик, загипнотизированный удавом. Понимаю, что мое лицо полное растерянности. Глаза затопило непонимание, а брови сами собой вопросительно изогнуты.
Что за игру он ведет? Зачем притащил меня сюда? Что собирается делать?
Что вообще происходит?
Вопросы терзают остатки сознания, которое отчаянно пытается бороться с текилой в моей крови. И я пытаюсь дать себе указание, не забыть записать, хотя бы вкратце то, что происходит сейчас. И то, что произойдет позднее, если произойдет. Чтобы не забыть. Подобное забывать непозволительно. Не прощу себе.
Я вижу, как он выглядит. Все также сексуален и строг. Все с той же опасной и притягательной аурой. Я знаю, какова я сейчас. Словно конфета в красивой обертке. Начинающая таять под этим требовательным взглядом.
Мы просто стоим. Долгие несколько минут испепеляя друг друга взглядом. А у меня уже внутренности в тугой узел скручиваются. Возбуждение от полученных ласк, помноженное на эффект неожиданности, и сам он совершенно не предшествуют моему спокойствию. Все плохо. Очень скверно и надо уносить ноги, отчаянно сигналит мозг. Ты же хотела получить его хотя бы разово? Задает вопрос сердце. И я не знаю, кого из них слушать в данный момент.
Застрявшая в собственных раздумьях, упускаю момент, когда он приближается максимально близко. Вдавливая буквально всем телом в чертову стенку. Горячее дыхание у губ и следом требовательный, наверное, самый животный и невыносимо возбуждающий поцелуй в моей жизни. Никакой осторожности. Ни капли нежности. Ни толики чувственности. Только концентрированная страсть и даже жесткость.
Он словно пожирает меня, не давая проявить даже малейшей инициативы. Руки по-прежнему около моей головы, но это не мешает мне сходить с ума и задыхаться от навалившегося, такого яркого и безумно сильного возбуждения. Он даже не дотронулся до меня, просто терзает мой рот, а я готова кончить, наэлектризованная его вкусом и близостью.
Я даже в самых смелых фантазиях не представляла, что с ним это будет вот так. В который раз пнула себя мысленно за то, что не вспомню это завтра, как и не помню тот наш поцелуй.