Залет под Новый год (СИ)

- Я бы хотела слышать тебя. Слышать, как ты гордишься мной, или хотя бы просто рада за меня. Но все это достается другой твоей дочери. А мне остаются лишь упреки и недовольство.
Встаю со своего места и ухожу к лестнице.
- Знаешь, мам. Однажды во мне умрет последнее светлое, что связано с тобой, и тогда все будет кончено между нами, - говорю напоследок и поднимаюсь к себе в комнату.
Приняв душ, я еще долго лежу в постели, прежде чем уснуть.
Глава 6
Глава 6
Спускаться к завтраку не хотелось. Во-первых, у меня было дикое похмелье и мне казалось, что за мной вот-вот спустятся ангелы и заберут с собой. Хотя я отрицала нужность моего унылого лица там на небесах. Нет уж если кто и придет за мной, то это будут ребята снизу. Во-вторых, я не хотела никого видеть.
Почему-то наутро я похожа на надутого ежика после подобных гулянок, которые на самом деле случаются нечасто.
У Райли есть на этот счет свое мнение. А если конкретно, он говорит, что мой организм в состоянии эйфории рассчитывает на клевый трах. А когда его не случается, я похожа на «вялую киску».
Интересно он прав? И кто вообще так выражается?
В дверь кто-то стал тихо скрести, и я открыла глаза, повернув голову.
Под массивным деревом не доходящем до пола примерно пару сантиметров была заметна тень ног.
- Мама, входи, я не сплю.
Спустя секунду всегда прекрасная Оливия Ньюман впорхнула в мою комнату.
- Рада, что не разбудила тебя.
- У тебя в руках таблетка?
- Да, - она тут же подошла и поставила небольшой поднос, на котором лежало лекарство со стаканом воды и кофе, а сама села на кровать рядом со мной.
- Эм… спасибо.
Это было странно, если честно. И куда более неожиданно.
Перенеся свое тело в вертикальное положение, я приняла лекарство и благодарно выпила всю воду.
- Впервые спасаю свою дочь от похмелья, - заметила мама и мне вдруг стало неловко.
- Прости.
- Все в порядке. Моя мать пережила это, когда я начала встречаться с твоим отцом, и мы сходили на первую вечеринку Моники Левински. Это была девочка с первого курса нашего колледжа. После той ночи я поклялась, что не стану больше пить до самой смерти. А через две недели моя мама снова стояла надо мной и поклялась, что не выпустит больше из дома. Так я и съехала в общежитие.
- Забавно, - глотнув свежесваренный кофе, я посмотрела на маму. – Никогда бы не поверила, что это история из твоей жизни.
- Я была еще той зажигалкой.
- Мам, так уже никто не говорит, - я рассмеялась.
- Но это правда.
- Я поняла.
Мы неловко замолчали, оставляя на лицах улыбки.
- Не помню уже, в какой момент я перестала быть той самой Оливией. Сначала родился Маркус, затем ты, Кейтлин… Потом эта потеря. Может, я просто… Просто боялась потерять и вас обеих тоже. Мне хотелось, чтобы вы как можно скорее поняли как невероятна эта жизнь, но скоротечна и от нас порой так мало зависит, Харпер.
- Ну, мам…
Поставила чашку на тумбу и придвинулась к ней, чтобы обнять ее в знак поддержки.
Когда мы потеряли брата, это нанесло нам большой удар. Но он был слаб здоровьем с самого рождения. И, в конце концов, мы знали, что так будет. Просто к такому не подготовишься настолько, чтобы без ущерба.
Смерть ранит тех, кто остается жить…
- Прости меня, Харпер… Я не должна была…
- Ш-ш-ш… мы потом поговорим. Не стоит сейчас, мам…
Она отстраняется и снимает свои очки, чтобы вытереть глаза от слез. Я делаю то же самое, и мы смотрим друг на друга снова улыбаясь.
Нет, это не значит, что мы помирились. Или что мы с ней начнем с чистого листа именно сейчас. Нет. Это не происходит так просто и быстро. Это был долгий процесс, когда мы отдалялись и вряд ли, резко свернем обратно. Нам придется поговорить о многом, но потом.
- Что ж… Вставай, принимай душ и спускайся. Папа хочет устроить воскресные покупки к Рождеству.
- Он не изменяет традициям.
- Ни за что.
Когда за ней закрылась дверь, я снова упала на подушку, чтобы затем вскочить и побежать в душ.
Я любила этот ритуал с самого детства.
 
И всегда хотела, чтобы в этот день лежал снег. Чтобы взаправду мороз и как по телевизору в фильмах. Но его не было ни разу. Ни на Рождество, ни на Новый год. Однако семья Ньюман всегда была веселой и находила причину веселого настроения на все праздники. Эта причина заключалась в нас самих.
За столом к моему выходу уже сидела сестра, мама с отцом и, видимо, ждали меня.
Мы сели в минивэн сестры, потому что это было удобней, чем несколько машин.
- А твои дети?
- Остались с Полом. У него выходной. Не могла же я пропустить нашу традицию, - лучезарно улыбнулась сестра и мое настроение тут же упало ниже земного ядра.
- И правда, - не осталась в долгу. – Зачем придумывать традиции своей семьи, если можно каждый год ее бросать и тащиться туда, где все уже давно за тебя придумали. Удобно, сестренка. Браво.
На это она ахнула. Но мне стыдно не было. К черту такт и прочее дерьмо, которому нас учат. Хватит подставлять вторую щеку, Харпер.
Но стоило глянуть на грустное лицо папы в зеркале заднего вида, я прикусила язык.
Через час наших хождений по рождественскому рынку к нам присоединились тетя Конни и Эшли со Стивеном.
Все стало в разы веселей.
Мама же держалась рядом. С радостью примеряла оленьи рога, уговорив купить всем такие, чтобы получились красивые фото и стало ясно одно… Меня на этих фото не будет.
На мгновение я забылась… И забыла, что улетаю сегодня. Буквально через несколько часов.
- В чем дело? – мама, как по волшебству оказалась рядом.
- Все в порядке, - не стала делиться с ней своими мыслями. – Давайте купим их, они и правда клевые.
Если мама и поняла, что-то, виду не подала.
Далее, мы как обычно, купили по чашке горячего шоколада и сели за столик у кофейни. Что-то было в этом. Греть руки о свою чашку сидя снаружи и вести разговоры обо всем на свете.
Этот момент станет первым за долгие годы, который я с радостью сохраню в своей памяти. Жаль, рядом нет Райли, он бы сделал отличные снимки.
- Что скажешь, Харпер?
- М? Вы о чем, я упустила суть.
- Об утке, милая, - мама смотрит с улыбкой и теплом.
- Утке?
- На рождественский ужин.
Как только ее слова слетают с губ, все разом замолкают.
- Ты ведь останешься?
Она задает свой вопрос, ставя меня почти в тупик.
Будто мы уже это обсуждали и я почти склонила весы в положительную сторону.
Но это было не так.
- Мам…
- Но это было бы прекрасно, - сразу же перебивает, зная, что ставит меня в это положение нарочно. – Оставайся на праздники.
- Я…
- А что, почему нет? – подхватывает папа и все смотрят с надеждой на лицах.
Но я встаю и быстро ухожу в сторону уборных. Мне просто срочно нужно уйти.
Однако мама догоняет, видимо, как самая провинившаяся.
- Дорогая! Харпер! – она снова зовет меня, и я останавливаюсь.
- Что?
- Ты злишься?
- Боже, мама. Конечно, я злюсь. Зачем ты так поступаешь?
- Как? Это преступление, что я хочу видеть всю свою семью за рождественским ужином?
- Нет, если не ты причина тому, что твоя дочь остается в другом городе, на другом конце страны из-за тебя.
- Из-за меня?
- Ну разумеется, ты никогда ни в чем не виновата. Не так ли?
- Нет, я признаю, что наседала на тебя со своими идеалами и мыслями, но я твоя мать…
- Конечно, и я бы уважала и любила тебя больше, если бы ты помнила, что я твоя дочь, которая теряет свою безоговорочную любовь, из-за твоего собственного Я.
Она ахает, но я не иду в обратный путь своих слов.
- Хватит, мама. Ты манипулируешь мной и моими чувствами. Чувствами других. Если ты желаешь видеть свою семью за одним столом не раз в шесть лет, будь добра стать той, кого они сами хотят видеть рядом в семейные праздники.
Когда я заканчиваю из ее глаз катиться слезы, а я, роняя свои собственные ухожу и ловлю такси.