Ловушка для бабочки (СИ)

— Я хочу домой! — вырвалось у меня, и я поставила на стол тарелку, невидящим взглядом сверля бутерброды, которые он выкладывал ровным рядом.
— Эту неделю мы пробудем здесь…
— Но я не хочу! И ты не сможешь меня здесь держать!
— Еще как смогу… Я уже говорил тебе, что ты моя, и я сам решаю, когда тебя отпускать!
— Ты…ты…да у меня слов нет!
— Это я уже понял, милая… — произнес он, откинувшись на спинку стула и смотря на меня. Ох, красив же гад! Попыталась отогнать эти непрошеные мысли от себя.
— Зачем тебе это все? Ты уже получил от меня все, что хотел!
— Мне нужно большее… А сейчас, давай поедим, а потом можем сходить на пляж. Море теплое…
Я хватала воздух ртом, словно выброшенная на берег рыба, смотря на этого мужчину. Вот как его можно понять? Он был таким многогранным, что я просто теряла голову от его постоянной смены настроения.
— Послушай, мне и правда лучше вернуться домой…
— Рит, клянусь, еще одно слово об отъезде, и я просто свяжу тебя и засуну в ротик кляп!
— Уууу, какой же ты невыносимый! А ты не думал, что я могу просто сбежать?
Когда он вскочил, я даже не успела увидеть, но звук упавшего стула разнесся по кухне, словно гром, отозвавшись паникой внутри меня. Алекс прижал меня к холодильнику, и я не успела ничего сделать, когда губы его накрыли мои в жестком и подчиняющем поцелуе, поднимая с глубины души трепет и желание, которые я усилием воли топила в себе. Да что же это такое? Каждый раз этому мужчине удавалось напрочь вышибить из меня все посторонние мысли. Тихо застонав, привстала на цыпочки, потянувшись к его голове, вплетая пальцы в его мягкие волосы, отвечая на этот собственнический поцелуй.
Мужчина поднял меня, заставив обхватить себя ногами, начав уже более спокойно и нежно целовать, от чего трепет прошелся по всему телу. И я готова была сдаться, самозабвенно отвечая на его ласки, когда раздался звонок телефона, огласивший своим звуком всю кухню.
— Черт! Забыл отключить эту чертову штуку! — прохрипел Алекс, тяжело дыша в мою шею.
Я же вознесла мысленную хвалу тому, кто так вовремя позвонил, потому что это дало возможность сохранить остатки гордости и себя. Алекс нехотя отпустил меня, и я ретировалась к столу, схватив бутерброд, и отойдя к окну, наблюдая за вечерним небом, на котором появлялись яркие звезды.
  
Глава 28. Тонкая грань перемирия
 
Когда лишал невинности Риту, думал свихнусь от переполнявших ощущений. Хотелось рычать и выть, будто бы дикий зверь. Постарался как можно нежнее все провести, чтобы девушка сильно не страдала от боли. Впервые имел дело с девственницей, предпочитая опытных любовниц. Но сейчас ее тело, стоны, кожа, ответные робкие ласки заводили неимоверно! Все это смешалось в огненный коктейль, туманя мой разум. И когда я вонзился в узкое лоно, прорвав тонкую преграду, ощутив, как складочки импульсивно сжали мой член, перед глазами все поплыло. Замер, дав возможность привыкнуть к моему агрегату, довольно про себя заурчав, что девушка смогла принять меня целиком.
И я смог удовлетворить ее, втолкнув и погрузив в мир наслаждения и страсти, с удовольствием впитывая ее стоны и выкрики, а когда она в полубреду шептала мое имя, я и сам возносился до самых небес. А потом мы уснули, уставшие и изможденные не только дорогой, но и тем марафоном, который я задал ей. Проснулся от ласкового прикосновения, и ощутил, как мой член вновь восстал, требуя и к себе внимания. Снова овладел ею, наслаждаясь нежностью и страстностью малышки, которая выгибалась навстречу. Чертовски будет приятно обучать ее всему, что знал сам. И вот что странно, сейчас она возбуждала меня сама, даже не хотелось прибегать к своим запретным штучкам, с которыми я чуть позже познакомлю малышку.
— Рита…сладкая моя… — придавил ее к кровати, начав покрывать юное тело поцелуями, гладил, ласкал, боготворя ее, постепенно приближая пальцы к сокровенному местечку, и заскользил по влажным складочкам.
 
— Алекс… — слабо выдохнула Рита, вцепившись в мою руку, и я поднял голову.
— Больно? — обеспокоенно спросил у девушки, приподнявшись над ней, и глядя в ее глаза.
— Нет…просто…чуть неприятно… — ответила она, застонав, когда я стал ласкать девичью грудь, увенчанную затвердевшими сосками, требующими моего внимания.
Ласкал Риту медленно, чувственно и со всей нежностью, с упоением слушая ее стоны. Смог настолько возбудить малышку, что она потеряла контроль над собой, превратившись в дикую тигрицу.
— Какая нетерпеливая…Я буду осторожен… — осипшим голосом проговорил ей, и подвел член к нежным и влажным складочкам, начав медленно входить, растягивая ее и заполняя собою, пока не вошёл до самого конца, довольно зарычав.
Боясь причинить боль, начал медленно и нежно двигаться, входя и выходя, с каждым разом ускоряя темп. И в последний момент, когда ощутил подходившую разрядку выскользнул, и кончил на подрагивающий живот, продолжив пальцами доводить ее до экстаза.
Нежно поцеловав Риту, провел ладонью по щеке:
— Моя… — прошептал ей, легонько целуя в край губ, но ощутил ее напряжение и дрожь.
Приподнявшись над ней, посмотрел в распахнутые глаза, рассмотрев в них смятение, боль, сожаление, которые мне вовсе не понравились.
— Рит? — спросил я у девушки, всматриваясь в ее перепуганные глаза и нахмурился.
— Пусти…мне нужно… — попыталась она сбежать, но я не дал. От этого Рита и вовсе вспыхнула и задрожала, а я понял, что пока лучше дать ей время все осознать.
— Дверь там! — махнул рукой, и откатился в сторону.
Слушал, как лилась вода, а сам сдерживался, чтобы не войти следом. Понимал, что малышке нужно передохнуть, да и скорее всего у нее сейчас все печет и саднит, ведь я лишь вчера лишил ее невинности. Но она держалась молодцом, даже ни разу не крикнула от боли.
— Эй, русалка, если не хочешь, чтобы я присоединился к тебе, советую освободить душ! — решил немного ускорить процесс мытья, и это, о чудо, сработало!
— Я уже выхожу! — ответила она, выключив воду. Выйдя из ванной, шмыгнула в кровать, стараясь не смотреть на обнаженного меня.
Улыбнувшись, скрылся в душе, включив холодную воду, чтобы немного привести себя в чувство. Видимо, я сильно изголодался, раз не мог насытиться девушкой. После остывания, вышел из душа, обернув бедра полотенцем, чтобы не смущать Риту.! Ее щеки окрасились краской смущения, но я лишь добивался этого, чтобы постепенно раскрепостить малышку, показав, что в постели между мужчиной и женщиной нет ничего постыдного.
Но нахмурился, когда обратил внимание на отстранённость малышки и ее скованность. Подойдя к ней, приобнял за талию одной рукой, а второй поднял пылающее личико за подбородок, но она зажмурилась, не желая смотреть на меня.
— Рит, посмотри на меня. — попросил ее, но девушка лишь помогала головой и тихо ответила.
— Не могу…
— Почему?
— Мне так стыдно… — прошептала в ответ, а я не сдержавшись, подхватил Риту на руки и усадил к себе на колени.
— Открой глаза! — приказал ей, ощущая внутри закипающую злость.
— Нет…
— Рита! Черт возьми, обещаю, если не посмотришь на меня, отшлепаю твою нежную попку! — с раздражением пообещал ей, и это подействовало.
Встретившись с ее взглядом, нежно улыбнулся, чуть успокаивая себя и задал вопрос:
— Вот так-то лучше! Что с тобой?
— А ты не понимаешь? — она вскинула голову, а в ее взгляде рассмотрел вспышку гнева, смешанную с непониманием, сожалением и грустью.
— Объясни…
И она заговорила, выплескивая свои слова, которые иглами впивались в меня, раня мое мужское самолюбие. А когда она вновь упомянула о своем сосунке, меня заполнила безудержная ярость и обида на эту девочку. Черт, я подарил ей наслаждение, делал все, чтобы завоевать ее, пошел против своих принципов, а она заявляет, что наша ночь была ошибкой и она любит другого! Сука! Сам не заметил, как напрягся, сжимая пальцы на тонкой талии, прожигал ее злым взглядом.