Точка Бифуркации VII (СИ)

— Закрой рот. — коротко бросил я оглядев Ларина уничижительным взглядом и молча продолжил движение.
Услышанное, естественно, офицеру не понравилось, но ему не оставалось ничего другого, кроме как отвернуться и идти рядом молча. В полной тишине мы прошли несколько дверей и оказались в отдельном помещении, в котором находились три отделённых друг от друга металлической решёткой камеры.
— Смирнов! На выход! — послышалось впереди от сопровождавшего нас полицейского.
В следующий миг к стене из металлических прутьев, услышав свою фамилию подошёл молодой мужчина, в котором я без труда узнал своего армейского товарища. Как только полицейский открыл замок и распахнул дверь, Горелый не теряя времени вышел наружу, удивлённо оглядываясь по сторонам. Едва взгляд друга остановился на мне, как лицо парня осветила неуверенная улыбка, плохо скрывающая охватившее его волнение.
— Пойдём. — коротко бросил я, вызывая на лицах присутствующих полное недоумение.
— Извините, комната для допросов находится по коридору налево. — собрав всю волю в кулак вмешался начальник полицейского участка, стараясь выглядеть и говорить уверенно.
— Я его забираю. А ты можешь звонить Вяземским и передать от меня привет.
— Но…
Продолжить говорить Ларину я не позволил, с помощью телекинеза заставив его челюсти сжаться и более не нарушать образовавшуюся в помещении тишину.
Так мы и шли в сторону выхода, в сопровождении немого начальника местной полицейской службы и малость шокированного его подчинённого.
Хлопнув входной дверью и спустившись по лестнице на тротуар, я развернулся в сторону товарища и улыбнувшись произнёс:
— Ну здарова!
— Привет!
Неловкие улыбки, рукопожатие, беглые взгляды, но в то же время обоюдно искренняя радость от встречи.
— Отлично выглядишь. Костюм тебе к лицу.
— Хотел бы и я тебе сказать тоже самое, Коля. — вздохнув, наверное впервые в жизни я обратился к товарищу по имени.
Выглядел он действительно неважно. Помятая, немного грязная одежда, бледный, несмотря на смуглую кожу вид и невероятно печальный взгляд. Бледная тень от того парня, что я знал какой-то год назад.
— Обстоятельства.
— Ладно, ты наверняка голоден. За обедом всё расскажешь. — увидев на противоположной стороне улицы кафешку бросил я, и указав другу направление первым шагнул в нужную сторону.
Заведение оказалось вполне уютным, с большими окнами и приветливым персоналом. Пройдя внутрь я выбрал столик в самом углу и жестом предложил другу располагаться.
— А может стоило отсюда подальше куда-то уйти…? А не прям напротив участка… — поёжился Горелый, покосившись через стекло на здание полиции через дорогу и следом же на нескольких сотрудников в форме, обедающих через пару столиков от нас.
— Мы ни от кого не прячемся. Заказывай.
Немного напряжённо кивнув собственным мыслям, Смирнов открыл меню и несколько минут молча его изучал. Следом, озвучив свой заказ подоспевшему официанту, товарищ вновь уставился на меня.
— Я не совсем уверен, что у нас есть время на это всё, Лом. — и дальше, в ответ на вопрос появившийся на моем лице, Горелый добавил. — Там Самсонов в больнице в хер его знает каком состоянии…
— Всё так плохо? — нахмурился я.
— Да.
Пока я вёл беседу с дежурным полицейского участка, а затем и с его начальником, Кали прошерстила кабинет полковника Ларина и быстро нашла не только дело, которое поразительно быстро накатали на Горелого, но и даже пару пачек денежных купюр, очевидно выступающих локомотивом такого быстрого и однобокого расследования. Отсюда, к слову, и такое пренебрежение к этому оборотню с моей стороны. А что касается дела, то почему-то про текущее состояние «жертвы» там пока ничего не было. Возможно банально не успели.
— В какой больнице? — бросил я отбросив лишние мысли.
— Меня замели и ничего толком не рассказали… — выдохнул Смирнов.
— Понятно.
Вытащив из внутреннего кармана пиджака телефон, я набрал номер из записной книжки и уставился в окно.
— Алло, дядя? Нам нужно очень срочно найти человека. — не дожидаясь ответа быстро промолвил я. — Самсонов Вадим. Известно, что не ранее чем прошлым вечером попал в больницу.
 
— Служак твой?
— Откуда знаешь?
— Работа у меня такая. — коротко усмехнулся Святогор и добавил. — Принял, работаем.
Положив трубку, я перевёл взгляд на сидевшего напротив боевого товарища и произнёс:
— Сейчас найдётся. А ты пока всё мне поподробнее рассказывай.
История, которую в следующие пятнадцать минут поведал мне Горелый, была стара как мир. Оборзевшие от вседозволенности аристократы, против бедных и несчастных простолюдинов. Правда если отбросить лёгкие прикрасы моего товарища и добавить то, что он позабыл упомянуть, и рассказал только после дополнительных наводящих вопросов, выходило следующее: один из представителей нашей местной золотой молодёжи, полностью игнорируя правила дорожного движения летел по ночному городу, и на одной из улиц, выскочив на красный, сбил на пешеходном переходе ныне лежавшего в больнице Самсонова. Горелому в это время, по его словам, удалось выскочить из под колёс буквально в последний момент.
Следом ехавший за своим господином джип с охраной, в отличие от первой машины остановился. Вывалившиеся оттуда дуболомы осмотрели ребят, после чего их главный предложил всё быстро замять, путём пожертвования денег «на лечение бросившегося под колеса».
— Двадцать тысяч рублей, говорит, дадим! «Но чтобы без всяких заявлений». — злобно выдавил Смирнов. — А я гляжу на Самсона… а он едва шевелится, голова в крови… я и не выдержал, и как с психу их послал! Суки! Был бы автомат — пострелял бы этих тварей, отвечаю!
— Да уж… только вряд ли бы это помогло. — озвучил я свою мысль.
— Дальше скорая, полиция… — выдохнув продолжил рассказ товарищ. — Я естественно заявление это стал катать. Номера, марку машины — всё помню. Даже герб их ублюдочный… И что ты думаешь⁈
Что было дальше я и без его слов знал, но предпочёл дать товарищу выговориться.
— Эти пид****ы меня сначала в кабинете закрыли, а потом пришёл их начальник, главный урод, и объявил, что это я своего друга избил! — буквально пылая ненавистью выпалил Коля, и оглядываясь по сторонам, тише добавил. — Я, избил…! Понимаешь?
— Выдохни, дружище. — кивнул я в ответ, заглядывая Коле в глаза. — Правильно сделал, что мне позвонил. Сначала с Самсоном разберёмся, а дальше и остальное порешаем. А сейчас поешь.
К этому моменту официанты как раз принесли подносы с заказанной едой и мы, каждый погруженный в свои мысли, приступили к обеду.
— Ты, похоже, хорошо устроился, Лом. — внезапно нарушил тишину Смирнов, быстро закончивший со своей порцией еды. — Рад, что хотя бы у тебя всё хорошо. — добавил он покосившись на дорогую машину, припаркованную недалеко от кафе где мы сидели. — Водитель, крутая тачка.
Перемещался я всё так же на бронированном Аурусе, когда-то давно подаренным мне князем Белорецким. Машина отвечала всем требованиям безопасности, которые интересовали дядю Святогора и менять я её ни на что пока не собирался. К слову, дядя же и настоял на личном водителе, который и нынешним днём возил меня по внезапно возникшим делам.
А вот от джипа с охраной я на период пребывания в Тюмени напрочь отказался — во-первых, привлекать избыточное внимание не хотелось, во-вторых, мне просто не нравилось ездить везде толпой. А что касалось непосредственно самой безопасности, то в этом городе мне бояться было некого, а о потенциальных опасностях в виде пребывающих в город особенных гостей, нас предупреждала княжеская разведка Белорецких. В общем, был абсолютно уверен, что на текущий момент мне оно всё без надобности.
Правда все эти мягко говоря слабые аргументы, вызывали смех и раздражение на лице дяди, который по собственной инициативе стал полноценным главой моей службы безопасности. В итоге, он всё равно «в тайне от меня» прикрепил ко мне ещё одну машину с охраной, разъезжающую за нами по городу, но при этом соблюдающую дистанцию так, чтобы я их не видел. И мне пришлось с этим смириться, хотя если быть честным, я напротив, только и ждал момента, когда какая-нибудь змея наконец решится на покушение. А таких, несмотря на протекцию императора, уверен, было очень даже много…