Князь Берёт Своё (СИ)

— Хорошо, — он сделал жест рукой и бойцы ИСБ один за другим покинули зал. — Теперь вы готовы к сотрудничеству?
Я кивнул и сел в кресло. — Добрыня, Юра, выведите Люсию и успокойте.
— Брат, я не хочу оставлять тебя одного, — заупрямился Юрий.
— Юра, — жёстче сказал я, пристально посмотрев ему в глаза. — Будь добр, позаботься о нашей сестре.
Он засопел, но вывел робко молчашую Люсию вместе с Добрыней. Мы с Варнавским остались одни.
— Редко когда наследник столь послушно выполняет волю младшего брата, — прокомментировал Варнавский.
— Я — наследник. Он отказался от своего права.
— Правда? А документы говорят другое, — улыбнулся он уголками большого рта.
— Я подам заявление при следующей поездке в Ростов. Но мы здесь говорим не о бюрократии. Кого вы ищете?
— Один момент, — он сел на диван напротив меня.
Затем вытащил и поставил на тумбу незнакомый мне механизм, похожий на гибрид маятника и часов. Нажал кнопку и вокруг нас, в радиусе пары метров, возник прозрачный пузырь. За его пределами не было ничего слышно.
— Итак, господин Велёсов. Один очень важный для Его Величества человек был замечен в наших краях, — он развернул на чайном столике карту, которую достал из тубуса, скрытого за диваном.
На карте было изображение Ростовской губернии.
— Вот здесь его и заметили, — он обвёл пальцем владения сразу нескольких кланов, включая мой, Богатовых, Зарубиных и частично Ростовых.
— Это как? — усмехнулся я. — С неба что ли?
— Не совсем. Видите ли, этот человек обладает особенностями силы, которые сенсоры Его Величества способны ощущать на большом расстоянии.
— Кто это такой, что на него тратят время сенсоры самого императора?!
Он вздохнул. — Это очень деликатный вопрос. Но думаю, ответ вас не удивит. Мы ищем незаконнорождённого сына императора, пропавшего два с половиной месяца назад, — звучно объявил он. — Поэтому его нахождение — дело государственной важности.
Я кивнул. — Очень интересно. Вот только я всё никак не пойму: причём тут мой род? — я взмахнул рукой в сторону окна. — Вон, ищите! Никто не мешает. Сотни километров дикой земли.
Варнавский внимательно посмотрел мне в глаза. — Уверен, ты можешь мне помочь. Если, конечно, ты сам не приложил руку к его похищению.
— Заочное обвинение? Непрофессионально.
— Называй это как хочешь, но меня чутьё не подводит. Во всех изменениях последних дней ты принимал самое активное участие. Знаешь, что самое интересное? Ты не покидал этой области, в которой ощущалась энергия императорского бастарда. Ты всё время колесил ровно по ней.
Он постучал пальцами по обведённому участку карту.
— И что?
— А то, что если ты лжёшь, то я сдеру с тебя шкуру. А твой клан будет стёрт не только из реальности, но и из истории. Понял меня? — о, я узнал в глазах этого ублюдка прекрасно знакомый садистский огонёк.
Воистину, миры разные, а люди одни и те же! Мне стало сложно удержаться, чтобы прямо сейчас не отправить его в то самое небытие, которым он посмел мне угрожать.
— Вы очень неосторожны в словах, боярин Варнавский.
— Я честен. И не шучу. Ты даже не представляешь, как многое поставлено на карту! И ты ты должен помочь нам в поисках или сказать, где он находится! От этого зависит вообще всё!
Он не просто хочет найти Пашу.
Он боится, что не сделает этого.
Вот тут мне стало удивительно весело. Только бы не улыбнуться, случайно.
— Куда ты ездил?! — он встал и, оперевшись руками на стол, навис надо мной. Он словно пытался прожечь меня взором налившихся кровью глаз. — Откуда ты только что приехал?! Говори мне, мелкий заносчивый ублюдок!
Он что, возомнил, что имеет здесь власть?
— Куда я ездил? — я двукратно усилил «Голос» и «Взор Власти», только ими оттесняя от себя дрогнувшего Варнавского. У него был сильный дар, я хорошо это чувствовал. Такого не подчинить с моим нынешним уровнем.
Но подавить? Это можно.
Варнавский нахмурился и с трудом удерживался на месте. Видно, что он прикладывал массу усилий, чтобы не дать заднюю. По его виску потекла капля блестящего пота.
 
— Я уничтожал своих врагов, боярин Варнавский. И врагов своего рода. И, представьте себе, буду заниматься этим пока не изведу каждого из них, — я дополнил: — Всех до единого.
Потом я медленно, не отрывая он него давящего взгляда, поднялся на ноги. Тут Варнавский не выдержал и отклонился назад, пару раз отведя глаза.
А я продолжал:
— Для меня не играет роли статус моих врагов, — я усилил давление. — Не играет роль их магический ранг! — Варновский шумно задышал, часто моргая, — Мне плевать, кто их родители, братья или друзья! — от каждого моего слова он вздрагивал, будто ударенный молотом. — Кто бы над ними не стоял, будь то император или сами боги! Мои враги умрут!
Я вспыхнул красным пламенем, словно живой факел. А Варнавский отшатнулся, упав задницей на диван. Сквозь его китель стали прорастать тонкие стебельки, из которых появились шипы.
Непроизвольный выброс дара. У меня от гнева, а у него — от страха.
— Ты пожалеешь, что угрожал мне, — он проглотил ком в горле. — ИСБ — это империя! А ты — жалкий володаришка, возомнивший себя чуть ли не полубогом из легенд! — он вскочил и отошёл за диван. — Что, окрылён своими успехами, да? Победы в голову ударили? Затуманили рассудок?!
Он потянул палец к уху, где могло быть устройство связи.
Я громко цыкнул. — Если сделаешь это, то здесь начнётся бойня. И, даю тебе слово, живым ты из неё не выйдешь.
Его рука замерла на половине пути. — Ты всё равно не проведёшь меня, Велёсов. Я знаю, что это из-за тебя этот ублюдок засветился. Император узнает, что ты скрываешь его потерянного сына! Узнает и принесёт тебе справедливость!
— Я никого не скрываю. Сколько можно повторять, — я склонил голову набок, утихомиривая распалившееся пламя. Как хорошо, что после раскрытия его потенциала, он больше не сжигал одежду.
— Объясняться будешь в имперском суде! А наш разговор услышат в главном управлении! Думаешь, я его не записывал? Ха! — Варнавский мелко подрагивал. — Жди повестку.
— Всенепременно.
Он нервно схватил со стола устройство тишины и отключил его, после чего бросился прочь, мелко оглядываясь на меня.
Такой же слизняк, как и в прошлой жизни. Силён только тогда, когда его противник не может дать сдачи. То есть, когда это не противник, а жертва.
Будут ли у меня проблемы от этого? Вполне возможно. Но если что, я просто уведу свою семью через астрал в другой мир. А там я уж придумаю, как им выжить.
Никто из моих близких не умрёт не своей смертью. Никто!
Пламя само вырвалось из меня, сжигая чайный столик с распростёртой на нём картой.
— Всё в порядке?! — в гостину вбежал Юрий.
— Теперь да.
Слуги быстро забежали, принявшись тушить начавшийся внезапно пожар.
— Вы договорились с боярином Варнавским?
— Нет, переходим на военное положение. Теперь никто не входит в этот дом без моего разрешения, даже сам император. Понял меня?! — я резко посмотрел брату в глаза.
— Да. Но сделай взгляд попроще, а то слишком в нём много угрозы.
— В следующий раз чтобы ни одна живая душа не прошла сюда без ордера на обыск!
— Брат! — в дверях появилась Люсия. Она подбежала ко мне и с разбегу обняла. — Почему ты был так зол на этого толстого дядьку? Я боялась, что ты сейчас убьёшь его!
Я обнял её в ответ, но перед глазами продолжала стоять отвратительная рожа Барнабуса-Варнавского. — Этот ублюдок тоже был в прошлом мире.
Юра быстро сообразил, в чём причина моего гнева. — Это он — тот самый?
Я едва заметно кивнул ему.
Не развивая тему, брат ушёл в коридор раздавать команды гвардейцам. Теперь мы будем готовы ко всему, по мере наших возможностей.
— Кто тот самый? — Люсия отлипла от меня, смотря снизу вверх невинными голубыми глазами.
— Жадный ростовщик. Проценты драл живодёрские, — натянуто улыбнулся я.