Вторжение (СИ)

— Невнимательно ты меня слушал, Уваров. Это все не тебе, а мне кажется. Ты мне кажешься. Пока ты мне кажешься — ты существуешь. Перестанешь казаться — перестанешь существовать. Но ты не бойся. Знаешь, как ощущают приближение своего конца галлюцинации? Никак. Они просто перестают быть. Никаких ощущений, ты даже осознать не успеешь.
— Вот уж утешила так утешила, — ворчу я: — спасибо большое что ты убьешь меня не больно. В прошлый раз было очень больно.
— Прошлый раз было не с тобой. Тот Уваров умер. Ты сейчас — всего лишь мой якорь о тебе. — отвечает Акай, задумчиво вертя в руке свою трубку: — интересные вы создания, люди. Или это ты мне уникальный попался? Или я с вами совсем очеловечилась?
— Ладно, — говорю я: — что будет дальше? Какие твои планы? Что ты собираешься со мной делать? Потому что у меня есть свои планы и…
— Знаю я твои планы. — отмахивается от меня Акай: — вылезти наружу, убить демона, завести себе кучу девушек в свой гарем и все. У тебя воображение на уровне постельного клопа, Уваров, жрать, спать и совокупляться. Ах, да, еще драться, конечно же. Ты же у нас самец. Мужчина. Стереотипный вожак. Бугрятся мускулы, брови мохнатыми гусеницами к переносице, весь волосатый и вонючий. Ты же все проблемы ударом кулака решаешь.
— Послушай, Акай. Ты мне нравишься, — осторожно начинаю подбирать слова я: — и я понимаю концепцию «время здесь течет по-другому», однако… у нас что, других занятий нет, кроме как меня критиковать. Ты ж сама сказала «прежний Уваров умер», а значит это все ко мне не относится. Может я отсюда выйду и в монастырь пойду? Орден Святой Елены мужчин принимает?
— Издеваешься? — лисица выгнула бровь дугой: — это хорошо. Значит владеешь собой. Что если я скажу, что ты никогда отсюда не выйдешь? Ты мне и здесь хорош.
— Что? Да зачем я тебе тут внутри?
— Ха. А ты Уваров — козел. Ты, что искренне считаешь, что я к тебе привязалась из личных соображений? Любовь, страсть, вся эта passion?
— Разве нет? — я пытаюсь игриво подмигнуть. Я давно подозревал что Акай, мистическое существо невероятной мощи — возле меня находится не просто так. И уж считать себя обаятельным настолько, что я могу впечатлить хоть чем-то такую как она — было бы чрезвычайно самоуверенно. Просто она никогда про это не говорила, а спрашивать было бесполезно, Акай очень редко прямо отвечала на заданные вопросы. Вообще не отвечала никогда. Кто она такая, откуда взялась, какие у нее способности, зачем она с людей кожу снимала, зачем выпивала их, почему такая сильная, как смогла нас из Серого Лабиринта играючи вытащить — она лишь отшучивалась. Или игнорировала.
— Ладно. — говорит она: — хочешь знать — сейчас узнаешь. Вот только не жалуйся потом. Весь мир, Уваров, весь ваш мир — всего лишь мыльный пузырь. И таких пузырей во Вселенной — бесчисленное количество. Как ты, наверное, догадался, я родилась в другом таком мыльном пузыре. Вы называете его Преисподняя. Ад. На самом деле — вполне милое местечко, да и климат там получше.
— А как же серные озера и огненные дожди? Или там ледяной ад?
— Вот к этому мы сейчас и подойдем. Эфир каждого мира слегка отличается. Эфир вашего мира — сводит с ума тех из наших, кто попадает к вам. Меня, например. Хотя я — специалист по защите своей внутренней сферы, своей идентичности, в состоянии противостоять ментальной магии. Однако, к тому моменту, как мы с тобой встретились, я уже с трудом отличала запад от востока и едва помнила кто я такая. Потому и поселилась в глуши, чтобы поменьше жертв было, как окончательно сойду с ума. — она бросает на меня быстрый взгляд и пожимает плечами: — ты не подумай, что это я из гуманистических соображений, мол мне людишек жалко. Просто, когда я бы сошла с ума — я стала бы уязвима. А много жертв — много внимания. По мою душу в Империи выехали бы команды Имперских Гасителей, а в Хань — даосы-заклинатели. Так что это я для собственного выживания. Однако! — поднимает она палец: — это действует и в другую сторону. Ваши люди, оказавшись на Той Стороне — тоже начинают воспринимать все в искаженном виде, сходят с ума. Никогда не казалось странным, что описание ада у всех разное? Огненный, ледяной, пропахший серой, с молниями или пыточными котлами, с гигантским деревом, на шипах которого корчатся мученики — у всех свое видение. Все, что объединяет эти картинки — это ощущение. Человеку неприятно быть на Той Стороне. На самом деле Преисподняя, как вы ее называете — не так уж и сильно отличается от вашего мира. Равно как и Небеса. Это просто два ближайших к вашему миру пузыря.
 
— Вот как? — задумываюсь. Все начинает становится на свои места.
— В последние несколько столетий миры начали сближаться, взаимно проникать. В вашем мире стали возникать Прорывы, случайные порталы, через которые обитатели Той Стороны появляются здесь. Однако и на Той Стороне появляются порталы, в которые попадают обитатели вашего мира и… сходят с ума, едва перейдя границу между мирами. Нападают на все, что шевелится, убивают, жгут и разрушают…
— Да ладно. — говорю я: — у нас ну попал к вам пастух с отарой овец, чего он сделает? Много ли наубивает, насжигает? А от вас к нам — Демоны, Генералы Легионов попадают.
— Хах. Когда объект проходит через границу миров — он получает такое количество энергии, что этот твой простой пастух становится равным по мощи лучшим магам этого мира. Представь себе, что объект через масляную мембрану проходит, масло обтекает его и остается на его поверхности, энергия столкновения миров — остается у переходящего, не вся конечно, энергии порталов просто чудовищны по объему, помнишь Портальную Бомбу? И это лишь перенос внутри вашего мира, а насколько отдалены между собой разные миры? Даже ничтожной доли, тысячной части процента достаточно, чтобы наделить переходящего огромной мощью и силой. Думаешь я на Той Стороне звезды с небес хватала? Или думаешь там все — демоны, чудовищной силы? Разве тебе в голову не приходила мысль, что Прорывы — это не план по захвату мира, а скорее природные катаклизмы? Если бы с Той Стороны и правда хотели захватить ваш мир и у них были бы все эти Генералы Легионов — они бы ударили в одном месте всеми силами. Вы тут одного Генерала не можете остановить, а уж пару тысяч — тем более. Или вот еще — работающие порталы между мирами — даже если вы их не запечатываете, даже если они остаются открытыми — вторжение прекращается. Почему? Иссякла сила ада? Да просто с той стороны так же предпринимают все усилия для того, чтобы закрыть портал, огородить его. Не пускать никого — ни туда, ни оттуда.
— Так Генерал Легиона…
— Вполне может быть случайно попавшим в портал пастухом, да. А Твари — его овечки, которые тоже получили свою дозу энергии портала и безумия эфира вашего мира. Вот и все, вот и весь Прорыв, который вы тут героически ликвидируете. Портальную Бомбу изобрели. Уварова моего убили. Я этого так просто не оставлю.
— Погоди. Так… хорошо. — в голове у меня все смешалось: — а я-то тебе зачем?
— Не знаю, что с тобой не так, но ты словно не из этого мира и не из нашего. И точно не с Небесного Дворца. Твоя энергия — она нейтрализует безумие эфира этого мира, понимаешь? Я сперва не поняла, просто инстинктивно рядом стала держаться, а потом… потом ко мне воспоминания вернулись, да и мыслить ясно стало возможно… так что я твою личность сразу заякорила, связала. Так что радуйся, Уваров, ты теперь бессмертен — пока я о тебе думаю. Пока у меня в голове твой образ имеется, пока я тебя не забыла. А я тебя забывать не намерена, потому что иначе с ума сойду. Взаимовыгодное сотрудничество, Уваров.
— Если это так, то вся эта война не имеет никакого смысла и всего лишь чудовищное недоразумение.
— А я о чем говорю? Идиоты. Между прочим, с той стороны считают ваш мир угрозой. А вы — наоборот.
— Значит есть возможность договорится! Слушай, а ты можешь остановить этого Демона? Не убивать, а остановить? Поговорить?
— Видишь ли… я до последних пор сама себя едва осознавала. — говорит Акай: — и еще пока не понимаю всего, что происходит. Однако назад мне дороги нет. А этого беднягу, что сюда забросило, и на которого Портальную Бомбу сбросили — лучше и вправду прибить, чтоб не мучался. По многим причинам.