Дом Властвующей (СИ)

Лльюэллин долгим взглядом изучал её лицо, будто знал что-то такое, о чём не догадывалась Шемс.
— Тут я сам справлюсь. Подручный инвентарь, в любом случае, уже на исходе.
И всё же ей просто необходимо было чем-то занять себя — сил нет бесцельно слоняться из угла в угол, предаваясь тяжёлым мыслям. Чуток повздыхав над жизненной несправедливостью, Шемс предпочла снова прилепиться к Тибботу. Его близость успокаивала. Ни с кем другим не чувствовалось такого внимательного и трепетного отношения к себе.
— Отсюда есть запасной выход? Ну или потайная комната, куда можно отступить, если Сатис ворвётся в пещеру.
— Не знаю. Вроде бы нет. Но для Дома обычное дело менять планировку на свой лад, создавать новые помещения или превращать в ничто старые. Время от времени внутреннее пространство меняется, и не всегда эти перемены сразу бросаются в глаза.
— Ну так ведь я могу посмотреть, — Шемс так обрадовалась возможности быть полезной, аж глаза загорелись.
— Нет, это опасно, — возразила Евгения, до этого молчавшая. — Чтобы управлять домом нужна практика. Много практики. Нельзя просто щёлкнуть пальцами и стать новой Властвующей. Ты наверняка попадёшь в какую-нибудь западню.
— Кто? Шемс? Шемс собирается стать новой Властвующей? — у Тиббота поползли глаза на лоб.
— Ну-у, это Тихик так сказал, — девушка сконфузилась и покраснела. — Не то чтобы я этого сильно хотела, но если это нам поможет…
— Самим нам никогда её не одолеть, — прохрипел Даррель сквозь кашель. Рука Евгении придержала его под спину помогая оставаться в сидячем положении и откашляться. Подняв зелёные глаза на Шемс, он продолжил уже спокойнее: — Помнишь нашу встречу в библиотеке? Ты ещё тогда вообразила, что среди книжных стеллажей обнаружила живую обезьяну.
— Это был Тихик.
— Существо, которое сейчас дерётся с Сатис? — захотел уточнить Тиббот.
— Да, это он — дух нашего дома.
Протяжное шипение Дарреля то ли являлось выражением недовольства из-за того что ему не дают до конца высказаться, то ли несдержанной реакцией на боль и слабость.
— Так вот, — продолжил он, — между последними выпусками Эль-Масри Эль-Йом и Дэили Ньюс Египт мне неожиданно попалась одна совершенно ветхая книга с вложенной между страницами греческой рукописью, датированной двенадцатым веком.
— Это был мой заказ, — чистосердечно призналась Шемс.
— Ну да, я так и подумал. Трудно представить, кому ещё придёт в голову оставлять на самом видном месте инструкцию по борьбе с демонами, находясь под крышей у демона. Мне и сейчас затея с переворотом кажется верхом безрассудства, а в тот момент даже мысль об этом привела в ужас. Но рукопись я прочёл.
— Ну всё, хватит предисловий, — Лльюэллин стоял возле входной двери и неотрывно смотрел на Дарреля. — Так как же нам справиться с Властвующей и самим желательно уцелеть?
— Никак. Не в наших силах уничтожить демона, — Даррель начал с того, что напрочь убил надежды присутствующих. — Её уязвимость кроется лишь в страхе перед горгульями. Только они способны отправить её обратно в преисподнюю. Ещё, как вариант, провокация на разрыв священного договора, ну или хоть какой его части, на худой конец. Только вот боюсь, что сегодня нарушители — это мы.
— А какое наказание предусмотрено за нарушение такого договора? — настороженно поинтересовалась Шемс.
— Потеря бессмертия, надо полагать. Я лично считаю, чем злонамеренней неисполнение обязательств, тем страшнее последствия.
— Поэтому Тихик выглядел таким… измождённым, — Шемс вдруг осознала весь ужас случившегося. — Поэтому у тебя не останавливается кровь — регенерация больше не работает!
Тиббот выхватил нож и быстро полоснул острым лезвием себя по руке. Не опасно, но тёплая кровь выступила из свежего пореза, упала тяжёлыми гранатовыми каплями на пол. Шемс округлившими глазами проследила, как они впитываются в пыль… Тиббот стёр салфеткой красный след с абсолютно чистой здоровой кожи — от раны не осталось и царапины.
Лльюэллин вместе с остальными всё это время пристально наблюдал за братом.
 
— Отлично! Магия дома ещё действует, и ты не заключал с Сатис соглашений. Она, кстати, тоже, — кивнул он в сторону Шемс. — Но держитесь в стороне на всякий случай. Мы не знаем степень вашей неуязвимости, да и защитные чары могут пасть в любой момент.
— А я? — подала голос Евгения, — Ведь я тоже не заключала никаких сделок с демонами.
— Зато Иона заключала. Но, возможно, это работает иначе.
— Иона никогда не предавала Сатис, — заметила Шемс.
Чтобы развеять неясность, Евгения последовала примеру Тиббота. Её рана тоже быстро затянулась, покрывшись молодой здоровой кожей.
— Вот мы и остались вдвоём у разбитого корыта, — тяжёлым взглядом исподлобья Даррель уставился на Лльюэллина.
— Но ведь должен быть способ остановить это, — Шемс почти с мольбой смотрела в лица бывших поклоняющихся. — Какой-нибудь ритуал отмены…
Их мрачные гримасы говорили сами за себя. Только Тиббот похоже готов был цепляться за соломинку.
— Быть может, если уничтожить Сатис, контракт автоматом утратит силу, — но даже в его голосе не слышалось особой уверенности.
Ответить Тибботу никто не успел, потому что деревянная дверь вдруг распахнулась и по ушам ударила волна зловещего пения. Тихик влетел в пещеру, как метеор, и силой мысли немедленно захлопнул её за собой, после чего без сил рухнул на колени.
— Какой же там погром твориться, — сообщил он бодрым голосом, не сочетающимся с его крайне потрёпанным видом. — Боюсь от твоих покоев, — он взглянул на Дарреля якобы виноватым взглядом, — остались одни руины и все «памятные вещи» погибли в вихре дьявольского пламени. Ну и глотка у Сатис, прям драконья! Мне чудом удалось предотвратить пожар. Впрочем, ещё не вечер… Хорошо, что я пока жив… Ах, ну да, вы-то тут как?
Даррель в ответ просто кивнул, но его потускневший взгляд, в котором читалась лишь какая-то отрешённость был направлен уже не на чёрта, а куда-то вдаль, в пустоту. Зато Тиббот с удивлением в упор разглядывал мохнатое существо.
— Выходит, попусту мы уверовали в одушевлённость дома. И это ты занимался обеспечением всех бытовых нужд.
— Не только этим, — Тихик немного оскорблённо поджал губы. — Мои силы не ограничиваются обширными знания в гастрономической или модной индустрии.
— Хорошо, что хоть с этим разобрались. Но всё-таки давайте вернёмся к более злободневной теме, — напомнил Лльюэллин. — Самому не верится, однако, нам, похоже, придётся призвать в дом горгулий. Для этого очевидно потребуется портал. И убежище для нас, пока эти… создания разбираются с Властвующей.
Тихик широко улыбнулся:
— Я построил множество дверей из этого дома. Они присутствуют чуть ли ни в каждом помещение.
Шемс на всякий случай ещё раз внимательно осмотрела глухие стены подземной пещеры.
— То есть, двери — это наши окна?
— Двери — это выходы или входы, — загадочно пояснил Тихик. После чего поднялся и, прихрамывая, направился в сторону каменного колодца. — А вот куда они ведут или откуда, зависит от желания и мастерства строителя портала. Как жаль, что я не успел обучить тебя…
— Тихик, — Шемс робко позвала чёрта и тот обернулся, замерев подле колодца, виток за витком, будто ступенями, окружённого большими булыжниками. — Я кажется догадалась, что с тобой происходит. Пожалуйста! Если есть хоть какой-то шанс, любая возможность… Если от меня хоть что-то зависит — ты только скажи, как вам помочь…
— Это всего лишь этап. Не терзайся, дитя. Я ни в коем случае не кану в небытие. Вернувшись в Ад, моё тело возродится, и я буду жить. Просто уже не здесь.
— Правда?
— А насчёт нас как? — поинтересовался Даррель, поняв, что проблема приобрела особую актуальность.
— Ничем не могу вас утешить, — резко и довольно бестактно бросил чёрт. — Моё время на исходе, не хочу тратить его на бесплодные рассуждения. — Он вновь обернулся к Шемс. — Прости, дитя. Я не успел дать тебе необходимые знания. И наша библиотека тоже порядком пострадала, но уверен, там ещё можно найти много полезной информации. Ты справишься. Я в тебя верю… Эй, Тиббот, ловец снов всё ещё при тебе?