Дом Властвующей (СИ)

Сиреневые блики от фиолетовых колпаков на свечах неожиданно утратили налёт таинственной мистичности и вместо этого вызывали приступы вялой меланхолии. В непрошенных причудливых мыслях представлялось, будто остатки света, живущие в них, вот-вот окончательно вытесняться тьмой.
— Эм, — Евгения чуть рассеянно взглянула в свою пустую тарелку и промокнула губы льняной салфеткой. — Мы с Тибботом тут порылись в библиотеке…
— Вот именно, — совершенно по-деловому продолжил за неё Тиббот, — нарыли кой-какую информацию про горгулий. Ты знала, что они боятся солнечного света?
— Об этом все знают, — Шемс заносчиво фыркнула. — При свете дня они превращаются в каменные статуи.
— Ага, и служат для украшения средневековых храмов, — фыркнул Тиббот недовольный, что Шемс явно не оценила его стараний. — Это мифы для людей, которые и в горгулий-то не верит. Однако сейчас, Шемс, мы говорим про реальных, живых тварей, открывших на тебя охоту, а не про сказочных персонажей. Будь добра, отнесись к этому серьёзно.
— Значит они не каменеют?
— Каменеют вообще-то. Я к тому, что нельзя изучать врага по таким ненадёжным источникам.
— Вот именно, — снова вмешалась в разговор Евгения. — А то выходит, что Тиббот зря потратил половину ночи, переводя с латыни две страницы из фолианта пятнадцатого века.
— Ты знаешь латынь? — удивилась Шемс.
— Немного, — Тиббот скромно пожал плечами. — Смысл в том, что у нас появилась одна идея. Конечно, её ещё нужно дорабатывать, усовершенствовать… Подождите тут, я сейчас принесу один артефакт.
— Конечно. Как будто я могу куда-то отсюда деться, — мрачно бросила Шемс ему вслед.
Резко поднявшись и похватав со стала грязную посуду, она едва ли не швырком отправила их в посудомоечную машину.
— Ты в порядке? — насторожилась Евгения. — Выглядишь какой-то раздражённой.
— Всё нормально. Ну так что за гениальная идея у вас появилась?
— Сперва нужно найти кого-то, кто сможет управлять ловцом солнца. Скорее всего — это будешь ты, потому что моя магия теперь сосредоточилась на зельеварение.
— Я думала, что магия идёт из души.
— Как видно связь с телом всё же сказывается.
— Ну да, теперь ты сваливаешь всю вину на Иону, — неожиданно огрызнулась Шемс.
— Да что с тобой такое? Ты на меня злишься что ли?
— Я же сказала — всё нормально!
— А с лицом что? Судя по злобному выражению, ты совсем не прочь кого-нибудь покалечить… Эй, Шемс, если продолжать играть в молчанку, проблема не исчезнет. Друзья для того и нужны, чтобы делиться мыслями и эмоциями, ну может ещё свежими сплетням.
Шемс пристально посмотрела подруге прямо в глаза.
— Помнишь, я рассказывала о способности видеть сквозь стены?
— Да, уникальный рентгеновский взгляд. Полезный дар.
— Раньше это всегда выходила спонтанно, без всякого контроля. Теперь я могу этим управлять.
— Ого. Так это же здорово! Любое наше преимущество — слабость противника.
— Я видела, как ты целовалась с Тибботом, — скороговоркой выпалила Шемс. Задрав подбородок, она с вызовом воззрилась на молодую колдунью.
— Вот оно что, — та запнулась, будто раздумывая и пытаясь подобрать правильные слова. — А ты видела, что было после поцелуя?
— Фу, — Шемс брезгливо передёрнула плечами. — Разумеется нет! Я не извращенка какая-то. Знала бы, чем вы там занимаетесь, в жизни бы не сунулась.
— Да не было ничего! И быть не могло. Не то чтобы я продолжала таить к Тибботу неприязнь, но неряха-сатанист уж наверняка не способен вызвать во мне особой симпатии. Это всё из-за распутства Ионы — странное физическое влечение к мужчине, который мне даже не нравится.
— И снова виновата, конечно же, Иона. Как удобно.
— Но это правда! Лльюэллин предупреждал, что есть вероятность… остаточного явления. Это тело… просто сохранило привычку… близости с Тибботом. Привычку Ионы, не мою.
— Значит Тиббота влечёт не к тебе, а к телу Ионы. Понятно.
— Но-но! Теперь это моё тело. А Тиббот… Ну ты как будто мужчин не знаешь. При виде хорошеньких женщин у них напрочь отключаются мозги.
 
— Похоже на него. Да и пофиг, всё это вообще не должно меня касаться.
— Значит разобрались? Вот и отлично.
Тиббот вернулся через несколько минут с артефактом — подвеской собранной из кусочков перламутра, только вот не один, а в компании брата, и лица у обоих были подозрительно напряжённые.
— Властвующая желает видеть Иону, — без интонации, без выражения, ровно произнёс Лльюэллин. — Немедленно.
Шемс вздрогнула, и ощущая некое подобие мысленного ступора, спросила:
— Не знаешь зачем?
Евгения стояла рядом, совершенно оглушённая внезапным поворотом событий. Тиббот, с лицом белым как полотно, пустым помертвевшим взглядом смотрел в одну точку прямо перед собой.
— Раз уж взялась играть роль, то сделай это хорошо, — напутственно призвал Лльюэллин.
Справившись с застрявшим в горле комом, Евгения набрала воздуха побольше, будто готовилась нырнуть в холодную виду с разбега, и не говоря больше ни слова вышла из кухни.
— Всё ведь обойдётся? — Шемс умоляюще смотрела в лица мужчин.
— Зависит от Евгении, — неподражаемо-холодным тоном ответил Лльюэллин. — Наши жизни теперь зависят от того, сумеет ли она убедить Властвующую.
— Но ты не веришь, что она сумеет? — догадалась Шемс и помертвела от ужаса.
— Надо найти Дарреля. Следует подготовиться… к возможной битве.
Шемс поняла, что все они думают об одном и том же. Едва ли кто-то из них по-настоящему способен обвести вокруг пальца древнего демона, а также сразиться с ним и победить. И Лльюэллин это знал, но почему-то всё равно решил сопротивляться, даже не веря в успех.
— Хорошо, — разгоняя вихрь путанных мыслей, она подняла перед собой ладони в успокаивающем жесте. Очень трудно сосредоточиться на чём-либо, но сейчас решался вопрос буквально жизни или смерти. — Вы приготовьте оружие, а мне нужно кое-что сделать.
— Что сделать? — Тиббот схватил её за руку. — Не вздумай отходить от меня ни на шаг, Шемс.
— Разыщите Дарреля. Обещаю, я вернусь через десять минут, — но убедившись, что освободить её от пальцев, крепко сжимающих кисть, сейчас способен только меткий удар в пах, Шемс решила попробовать пойти другим путём. — Ладно-ладно, остаюсь здесь. Просто дай мне присесть. И отпусти руку, пожалуйста… Если б я могла телепортироваться, то уже бы это сделала.
— Я построю ловушки, сколько успею, — Лльюэллин мрачно вздохнул и вслед за Евгенией покинул кухню.
Шемс поспешила устроиться в позе лотоса на круглом пёстром коврике возле высокой деревянной этажерки, обвешанной сушёными букетами трав и цветов.
— Что происходит? — недоумевал Тиббот, наблюдая за ней.
— Хочу поговорить с духом дома, попросить его о помощи. А ты мне мешаешь. Помолчи, пожалуйста.
— Уверена, что знаешь, что делаешь?
Она не ответила. Лицо спокойно, глаза закрыты. Тиббот присел рядышком, коснулся блестящих волос, шелковистой щеки и на уровне инстинкта втянул её запах, ощутил тихое размеренное дыхание. Девушка и правда казалась спящей. В любом случае оставалось только ждать, чем всё это закончится.
— Тихик ты здесь? — Шемс осмотрелась в пространстве, неосвещённом ни единым оплывшим огарком свечи.
— Приветствую, дитя.
Он откликнулся, и Шемс сочла это добрым знаком.
— Нам срочно нужна твоя помощь.
— Знаю, — он появился перед ней с задумчивым выражением на мохнатой рожице, с характерным прищуром и скупой улыбкой, в руках зачем-то вертел малахитовую табакерку. — Последние события ускорили развязку, увы, я не успел должным образом подготовиться.
— Но ты ведь нам поможешь?
— Сразиться с Сатис? А я говорил, что появились некоторые проблемы с моей физической формой? Как только Сатис увидит меня во плоти, мигом сообразит, насколько я слаб.
— Она и так поймёт рано или поздно. А нам именно сейчас очень бы пригодились твои знания и магия.
— Меня не нужно уговаривать. Я и так приду защитить тебя, дитя, просто пытаюсь просчитать ходы, понять, какие у нас шансы, — его улыбка стала чуть более ободряющей, но взгляд оставался прежним — выражающим какую-то дикую нечеловеческую усталость…