Попаданец. Маг Тени. Книга 7

Угадал. Вскоре послышались звуки въехавшей во двор кареты и нагоняя дворовому. У Сарима поди только-только спина и задница заживать начали, и вот опять.
Валялся Андрей одетым, нужно было только обувь натянуть, что он и сделал, после чего пошёл вниз встечать жену.
— Ого, да ты крепко набралась, ваше высочество. — обратился он словно к земной принцессе. — Кувшин? Два?
Понятно, ола легко могла отрезветь, воспользовавшись амулетом, однако, похоже, её нынешнее состояние Джисе нравилось, она пребывала в отличном настроении.
Крутанулась вокруг себя расставив руки в стороны и обняла мужа.
— Держи крепче! — потребовала. — Андрей, неси меня на руках. К нам. Ну же! Ну, целуй меня, целуй, хоть до крови, хоть до боли!
— Мда уж. Раз до Есенина дошло, то явно и двумя не ограничилось. — подумал вслух землянин, поднимая на руки лёгкую как пушинка жену. — А вы чего уставились? — обратился он к воспитанникам и слугам, выскочившим в холл встречать хозяйку. — Идите по своим местам. Эмга, ты ещё здесь? — удивлённо посмотрел Андрей на горничную.
Девушка кинулась наверх готовить постель, Немченко, не торопясь, следом с Джисой на руках.
Спустя час, когда хмель из головы олы Рей выветрился и без лечебной магии, она, усевшись на живот мужа, рассказывала, как прошёл первый в этом году учебный день и про последовавшую затем вечеринку. Немченко получил очередное подтверждение того, что в разных мирах от сессии до сессии живут студенты весело. Правда, Джиса вскоре эту истину опровергла.
— Эти дурачки, когда узнали про твой десятый ранг, принялись хвастаться. — сообщила Джиса. — Болтуны.
— Кто болтуны?
— Да Эльмий с Ситом. Причём, весь университет уже в курсе, что они твои лучшие друзья.
— Ну, может и не лучшие, но всё же друзья. — Андрей, хоть и высушенный уже досуха, с удовольствием поглаживал упругие ягодицы любимой. — Пусть хвастаются, тебе-то чего?
— Мне? Мне-то как раз ничего. А вот нашему декану они теперь явно весьма неприятны. Не забыл, что руководитель нашего факультета алхимии папуля моего бывшего жениха.
— Не то, чтобы не забыл, даже и не знал. Во истину, век живи, век учись. Серьёзно? И как же теперь тебе там учиться будет?
— Без проблем. На мне он не решится отыгрываться, а вот твоих, моих, наших дружков при малейших проделках накажет по полной вплоть до отчисления. Да, да, ты же знаешь этих обормотов, они точно что-нибудь рано или поздно выкинут.
Ведь и в самом деле, сейчас пришло на ум попаданцу, на самого десятирангового мага, члена избранного клуба никто не решится даже посмотреть криво, а вот на его приятелях и соратниках вполне могут попытаться отыграться. Известный приём.
— Слово не воробей, вылетит — не поймаешь. — хмыкнул Андрей. — Зря конечно они языки свои распустили, но чем я-то теперь могу помочь? Вот когда влипнут в что-нибудь, тогда и будем решать.
— Тогда может быть поздно. — Джиса улеглась на грудь супруга. — Лучше заранее поговори с деканом. Мой несостоявшийся свёкор хоть и зануда, но весьма осторожен и разумен. Я бы и сама могла, только это будет слишком вызывающе, всё же я его студентка, а Тольмий не простолюдин какой-нибудь.
— Ладно. — без особых раздумий согласился землянин. — Поговорю. А сейчас пошли в баню. Мне надо ещё успеть просохнуть.
— В смысле, успеть?
— А я разве тебе ещё не сказал? Точно, забыл. Мне в ночь надо будет уйти. Эта, Джи, ты не смотри так. — попросил он сползшую с него жену. — Ничего серьёзного. Пополню свою магическую армию на семь теней приехавших в столицу придурков. Собираются нашего торговца Викара ограбить. Хочу их встретить и воздать им должное. Да, развлечься тебе без меня будет чем. Вон, смотри, сапфир лежит. Специально для тебя сделал. А потом Жюли подарим. Хорошая женщина, добрая.
Ола Рей села, свесив с кровати ноги, обернулась и сердито посмотрела на мужа. Опять станет выговаривать? Нет, только выдохнула глубоко.
— Надолго уйдёшь?
— Не знаю. Работы-то на пару минут, но непонятно, во сколько эти уроды заявятся.
— Лучше бы их живьём взять и казнить так, чтобы другим неповадно было на людей и собственность Пиренов нападать. И Реев.
 
— Ничего не лучше. — Андрей тоже начал вставать, чтобы одеться — не идти же в баню голышом. — Мне эти сведения Гадюка принесла, а чтобы их добыть, в компанию к чужакам затесалась. Если их схватить, столичные воры быстро поймут, кто донёс, а это у отребья считается очень скверным делом. Не хочу подставлять нашу осведомительницу.
Джиса недоумённо подняла брови.
— Какая разница, схватить или убить? — спросила.
— Большая. Я тела в сумраке растворю, и, вообще, постараюсь, чтобы даже сам лавочник со своим сторожем не прознали о попытке ограбления. И для всех семёрка приезжих просто куда-то исчезнет. Уехали или не уехали, вряд ли о них уже через день кто-нибудь вспомнит. Ты идёшь мыться-то? Скоро уже стемнеет.
К своему стыду, землянин до сих пор не удосужился узнать место, где продаются его изделия, спасибо супруге, всё толково объяснила. Сомнительно, что грабители полезут в лавку сразу же после наступления темноты. Празднования ещё продолжается и народа на улицах столицы в первой половине ночи ещё много. Гуляют при свете ламп, факелов, а кто-то пользуется и амулетами. Наверняка полезут после полуночи. И всё же Немченко решил отправиться заранее. Обидно будет ошибиться насчёт времени налёта. Да и какая разница, где ждать, в доме не находить себе места от волнения или внутри магазина спокойно затаиться? Предпочёл второй вариант.
Чтобы не было скучно, положил в свою походную многоразмерную сумку книгу с описанием путешествий, флягу хорошего вина, мешочек очищенного фундука вместо попкорна и путём тени оказался на углу улиц вблизи площади Большого схода. Отсюда надо было пройти всего три десятка шагов между двумя рядами двухэтажных домов без оград. Это и были магазины, торгующие всякой всячиной.
Хотя попаданец был одет как обычный горожанин и ни у кого вопросов бы не вызвал, выходить из сумрака он пока не стал. Понимал, что в лавку придётся проникать через уже запертую дверь. Да, людей ещё было полно, но работали только кабаки, остальные заведения закрылись.
Возле крыльца запертой аптеки обнимались юноша и девушка возраста Жоры и Гани.
— Верда, ну чего ты? — уговаривал вкрадчивым голосом паренёк. — Пойдём к Больме, у меня есть деньги, она даст нам комнатку на часок.
— Папа…
— Твой отец ничего не узнает. Скажешь, у Ироны была в гостях и задержалась за разговорами. Мы с ней завтра поговорим, подруга подтвердит, если её спросит.
Проходя мимо, естественно, невидимым, Немченко похвалил себя, что проявляет твёрдость, когда его воспитанники просятся допоздна побыть с друзьями. Пл себе, по своей прежней юности знал, чем такие посиделки могут завершиться. Это не говоря уже о криминале. Здесь было опаснее, чем у него на родине в девяностые.
А вот и вход в лавку Викара. Двухэтажное строение ещё светило окнами, но на первом этаже свет еле пробивался через ставни, закрытые, как и дверь, изнутри.
Потоптавшись ещё немного возле крыльца и прислушиваясь к голосам молодых людей, отругал себя с сарказмом — прямо как бабка любопытный. Ему-то какая разница, уговорит юноша девицу или та сможет устоять под напором любовных чувств?
Проник в магазин сквозь двери и встал посреди небольшого зала, с трёх сторон окружённого прилавками. Большая, и самая дорогая, часть товаров была убрана, на виду оставались только ткани, самая простая одежда, деревянная обувь и ещё что-то по мелочи. Ни амулетов, ни накопителей или даже просто заготовок под магические поделки на прилавках не имелось, как и оружия или книг.
Наверху слышались голоса, временами раздавался смех, а в зале царила тишина. Сторож — действительно старый — мирно дремал в углу на стуле, прислонившись седой головой к стене. Викар добрый человек, раз не прогнал давно такого горе-охранника. Или жадный очень, не хочет тратиться на молодого вышибалу. У Немченко отстутствовал достаточный объём информации, чтобы определить, какое из его предположений верное.