Ведьмочка для художника, или Возвращение в Мир Мечты (СИ)

— Успокойтесь, Мирослава. Всё хорошо, — добавила мышь и медленно испарилась. В этот момент снаружи кто-то покрутил дверную ручку.
  
Глава 22. Мраморное здание
 
Дверь открылась. Я быстро встала с кушетки и выглянула в длинный коридор: никого. Только белые, словно выцветшие или побледневшие стены.
Я ступала по холодной плитке, постоянно оглядываясь и ища летучую мышь. Она точно была где-то рядом. Я знала это. Но пока не видела.
Я не смогла вспомнить, куда подевалась обувь. Куда вообще всё подевалось? Ведь были же, наверно, какие-то вещи с собой, было даже что-то ещё, что-то очень важное. По привычке коснулась шеи: кулон. На месте. Всё хорошо.
А коридор пляшет. Будто расширяется и вибрирует. Стены плавно уводят то влево, то вправо, словно в каком-то танце. Они манят, но не настаивают на своём ритме, я могу выбрать: следовать ему или нет. Я свободна.
Стены расходятся по сторонам и замыкаются в обширную площадь.
Полукруг из столбов, образующий величественное мраморное здание с розоватыми и голубыми разводами. Крепкие светлые колонны поддерживают купол. Взглянешь вверх — увидишь, как правильно сходятся все линии, какая точность царит в этом просторном здании, как всё высчитано и вымерено. До того гармонично, что внутри у тебя спокойствие и нега.
Тихая мелодия кружит рядом, заворачивается и предлагает отнести к самому небу. Но пока рано. Пока я здесь, у здания.
Касаюсь холодного мрамора, провожу ладонью по гладкой колонне, обхожу её кругом. Улыбаюсь. А мелодия рядышком, совсем близко. Танцует, вьётся ленточкой, оборачиваясь вслед за мной вокруг колонны. Идём к соседней. И дальше, дальше, обходя каждую. Что-то в этом есть важное, что-то сильное и значимое я делаю, но пока не понимаю что именно. Хотелось бы осознавать свои действия, но пока я не умею.
Что-то внутри меня повело к просторной галерее, сквозь неё, дальше — в пещеру, стены которой были усыпаны сотнями звёзд. Где-то далеко чуть слышно капала вода.
Увидела Артура. Но я была до того спокойна, что лишь кивнула ему. Он, кажется, даже не заметил, потому что прошёл мимо и прямо.
Дверь.
Широко раскрытая, манящая. Один лишь шаг — и ты окунёшься в полнейшее, в блаженнейшее небытие. Им веет из-за Двери, оно манит, оно нежно окутывает и вовлекает, и ты уже поднимаешь ногу, чтобы войти туда, но грохот разрывает чары.
Кто-то несётся сломя голову, кто-то роняет камни со стен.
— Скорей, скорей! Крутите! — кричит он, задыхаясь, и я узнаю в нём Хэйдена.
А за ним погоня. Двое стражей в птичьих масках. Совсем близко. Но и он почти у самой Двери, рядом со мной и Артуром.
Хэйден уже тут. Крутим настенное колесо, и Артур тоже, он наконец пришёл в себя. Как тяжело! Как скрипит, как шумно вокруг. Как кружится голова. И стражи почти здесь.
Вдруг колесо поддаётся, кто-то толкает сзади, я оступаюсь и…
  
Глава 23. Переход
 
И вот всё туманится. Брешь раскрывается, заволакивает, и я уплываю…
Чувствую, что Артур поблизости. С ним можно. Он проследит, чтобы всё было так, как нужно.
Доносится тихое пение. И световые полуточки-полупунктиры пульсируют, заворачивают по кругу, так и вертят по часовой стрелке, так и просачиваются в этот Мир Мечты.
Предо мною спирали, множество путей, множество мест вокруг. Хоть дверь и одна, но ведёт она каждого в разные края. Кто куда готов, кому куда можно.
Ты это просто знаешь. Знание дано тебе.
Куда же идти?.. Как мне лучше выбрать? Впрочем, хотелось бы, чтобы спокойно и хорошо стало прямо здесь, у нас. Но пока как есть.
Пение.
Тихое-тихое, едва уловимое даже не слухом, а чем-то иным, более чутким. Где откликаются эти чарующие звуки то ли голоса, то ли арфы, то ли флейты, то ли… Нет слов пока, не подобрать их, хотя хочу.
Мелькают, мерцают, проплывают, словно в эфире, полупрозрачные создания с крылами, сотканными из чистого сияния. Они подобны то птицам, то прекрасным девам, то юношам, то изогнутым стволам, то струистым, ещё не ясным для моего понимания существам, что видятся пока сгустками, мазками света. Прямо как звёзды на небе. Неужели и они?..
 
Но выбрать всё же нужно. Вот только что?
— Я проверю, — слышу я голос Артура и чувствую облегчение на душе. Пусть пойдёт первым, пусть разведает путь. А я следом. И Хэйдена тоже пропущу, пускай ступает вперёд.
Что ждёт нас за проходом? Я надеюсь, что свет и добро.
  
Глава 24. Другой Хранитель
 
— Они хотели отправить вас на дорогу в Пустоту, — слышу я голос Хэйдена и плавно движусь в его сторону. Медленно опускаюсь, открываю глаза.
Вокруг степь. Колышутся травы, на горизонте синеют остроконечные горы с множеством пиков. Тёплый ветер обдувает лицо. Хорошо и спокойно, как я и просила. Благодарю.
Вдруг услышала вздох и всхлип. Оглянулась.
Хэйден, согнувшись пополам, стоял рядом с Артуром, который потирал руку.
— Предатель, — процедил он.
— Не стану оправдываться, — пробормотал Хэйден.
— Я ничего не понимаю, — сказала я. — Что происходит? Что вообще случилось? Мне говорили, что… Знаешь, Хранитель сказал про тебя, Артур, много плохого…
— Хранитель? Кто-то звал меня? — послышался бодрый голос, от которого мы все вздрогнули и оглянулись.
Старик в развевающихся одеждах и золотой маске. Кудесник, алхимик из древних времён, который ещё тогда раскрыл многие тайны природы. Вот он берёт две почти не видимые глазу пылинки, два светящихся сгустка в одну руку, а ещё четыре — в другую, соединяет ладони, раскрывает их, и вверх взлетает нечто новое.
— Гелий, — пояснил он. — Вы обеспокоены?
— Простите нас, Хранитель, за вторжение, — сказал Артур, склонив голову. — Мы оказались здесь, ища приюта и спокойствия.
— Хорошо, оставайтесь, — просто ответил он и отошёл.
То ли гениальный учёный, то ли волшебник, то ли тот, кто подобно Богу созидает. Отыскивает взглядом и руками никому не видимые колебания, тонкими пальцами вытягивает эти нити и собирает в пучки пульсирующего света, съединяет в пылинки, в полупрозрачный силуэт, который медленно насыщается, обретает очертания, наполненность — и вот сейчас это золотой компас. А теперь трехногое крошечное существо. И зелёная почка, из которой прорастёт гигантский дуб — его уже почти видно, он ощущается, почти осязается чем-то периферийным, но пока никак не улавливается сознанием. А хотелось бы.
Сияющий дождь наоборот — вот лучшее описание того, что видели мы. Созидаемое переливалось и стройными потоками уплывало ввысь, где вскоре пропадало для нас.
В его пальцах сосредоточена сила. В его ладонях рождаются те и то, что составляет саму Жизнь.
— Ему ведь можно доверять? — тихо спросила я у Артура, хотя уже точно знала, что можно.
— Да, — сказал он и взял меня за руку. Я заглянула в его глаза и вдруг вспомнила, как была обижена на него, как разрывала всю связь между нами. Как я могу восстановить её? Как лучше создать связь с тем, кого я люблю? Впрочем, она ведь и так есть. Раз мы отыскали друг друга, раз мы вместе, то всё хорошо.
Как я могла поверить, что Артур предал меня? Как глупо. Я была обижена, была зла на него, но теперь я спокойна. Хотелось бы ещё больше безмятежности, но пока не получается.
— Обними меня, пожалуйста.
И он обнял. И всё беспокойное, всё лишнее, что металось внутри меня, доводя до срывов, то унося далеко, слишком далеко ввысь, то роняя под самую землю, то растаскивая в стороны, то разрывая и снова сталкивая, возмущая мысли и чувства — всё утихло. Ушло. Сменилось благостным состоянием глубокого, полного умиротворения, из которого я и созерцаю, и действую во благо себе и другим. Уверенность и земля под ногами.
— Ну как? Всё хорошо?
Я кивнула.
— А куда он делся? — спросил Хэйден, и я оглянулась. — Неужели докладывает о нас Хранителю? Видите ли, скоро за нами придут из Министерства…