Руины (ЛП)

Его руки отпускают мои ноги и упираются о матрас по обе стороны от моей головы, и затем он начинает трахать меня.
Я обхватываю коленями его плечи, пока он продолжает входить в меня, толкаясь в меня своим членом.
Повернув голову, он начинает целовать мою ногу, его язык гладит кожу, зубы покусывают, и это потрясающее ощущение.
Но я знаю Зевса, и я не останусь здесь надолго. Когда он трахается вот так, он очень изобретателен в плане количества поз.
И я права.
Меня снова передвигают. Переворачивают на живот. Задница в воздухе. Ноги раздвинуты. И он снова во мне.
Пальцами он впивается в мои ягодицы, сжимая их, он входит и выходит из меня. Кожа шлепается о кожу самым восхитительным образом. Этот звук заводит меня еще больше.
— Блядь, — хрипит он. — Я чертовски скучал по тебе.
Я тоже по тебе скучала.
Его рука проникает под меня, и он приподнимает меня. Сидя на пятках, член все еще внутри меня, он притягивает меня к себе. Я прижимаюсь спиной к его груди.
— Покатайся на мне, - шепчет он грубо мне на ухо.
Я так и делаю.
Его рот и язык на моей шее. Его руки на моей груди, щиплют мои соски. Пот пропитывает мою кожу. Она скользит по его коже.
Одна рука оставляет мою грудь и проскальзывает между бедер.
Его пальцы находят мой клитор, и он начинает дразнить меня, доводя до безумия.
Мои ноги дрожат. Сердце колотится.
Но я продолжаю трахать его, все сильнее и сильнее, пока не разрываюсь на части в его объятиях.
Я едва успеваю кончить, как меня поднимают с него, и я ударяюсь спиной о матрас. Секундой позже тело Зевса прижимается к моему. Еще секунда, и он снова внутри меня. И на этот раз он не играет.
Это чистый, животный трах.
Он дошел до края, и готов переступить через него. Я вижу это в его глазах.
Ему это нужно. Я нужна ему.
Я перекидываю ноги через его бедра, обхватывая ими его спину. Я прижимаю руки к его груди. К его татуировке.
Затем я приподнимаюсь и целую ее.
Он замирает.
Я снова опускаю голову. Его глаза смотрят на мои, и от этого взгляда у меня болит сердце.
Он берет мое лицо в свои руки и наклоняется, чтобы поцеловать меня.
Я обхватываю его руками и целую в ответ.
Затем он снова двигается.
Но теперь это не похоже на трах. Это очень похоже на занятие любовью.
Но я не могу заставить себя изменить то, на чем мы остановились.
Я слишком сильно хочу быть здесь.
Я чувствую, как мой второй оргазм начинает быстро нарастать.
— Ты кончишь снова, Голубка. — Это не вопрос. Это факт.
Зевс знает, что он может сделать со мной. Так же, как и я знаю, что могу сделать с ним.
— Да, - выдыхаю я, проводя ногтями по его плечам.
Он рычит и сильно прижимается ко мне, его таз врезается в меня как раз в нужный момент.
— Еще, — задыхаюсь я.
 
И он дает мне то, что я хочу. И он продолжает давать мне это, пока я не кончаю снова, и кончаю сильно, сжимая его член своими внутренними мышцами.
— Блядь..., — выдыхает он, уткнувшись головой в мою шею.
Из него вырывается рваный звук, и я чувствую, как он дергается внутри меня, когда кончает.
Мы лежим здесь, и единственным звуком является наше неровное дыхание.
Зевс поднимает голову с моего плеча. Его глаза встречаются с моими. Его взгляд тлеет.
Он приближает свой рот к моему и нежно целует меня.
Он пытается отстраниться, но я не готова его отпустить, поэтому я накрываю его рот своим. Запустив руки в его волосы, я целую его, говоря ему своими губами, что не хочу пока заканчивать этот момент, и он с радостью соглашается.
Мы целуемся, как подростки, целующиеся в первый раз, напоминая мне о другой жизни.
Я позволяю себе предаваться этому. Пока не понимаю, что пора отпустить его.
— Мне нужно в душ, — говорю я ему.
Он смотрит на меня с минуту, а потом говорит:
— Оставайся на месте.
Когда он выходит из меня и идет в ванную, чары словно развеиваются. Реальность, словно месть за удовольствие обрушивается на меня. И это как холодный озноб по моей коже.
Я только спустила ноги с края кровати, когда он снова появляется во всей своей обнаженной красе с мочалкой в руке.
Он подходит ко мне и прижимает ее между моих ног, очищая меня. Затем он наклоняется и нежно целует меня в губы.
Если он и замечает, что я не отвечаю на его поцелуй, то ничего не говорит.
Он уносит мочалку обратно в ванную. И на этот раз, когда он возвращается, я уже на ногах, собираю с пола остальную одежду. Я уже надела лифчик и трусики.
Он останавливается у кровати и смотрит на меня.
— Ты хотя бы собиралась попрощаться перед уходом? — сарказм в его голосе очевиден, и он бьет меня по позвоночнику, как раскаленная кочерга.
— Не будь ослом, Зевс. Ты знал, что наш секс ничего не изменит.
— Да. Но я не ожидал, что ты убежишь сразу после того, как трахнула меня.
— Я не убегаю сразу после секса. — Хмурюсь. — Я просто возвращаюсь в свою комнату. Не хочу заснуть здесь, чтобы утром наша дочь нашла нас вместе в постели. Я не хочу сбивать ее с толку.
— Хорошо, — жестко говорит он.
Он подходит к месту, где лежит его одежда. Он берет свои трусы-боксеры и надевает их.
Затем он выходит из комнаты.
Я надеваю остальную одежду и выхожу из его спальни.
Я нахожу его стоящим в гостиной в полумраке. Он стоит спиной ко мне и смотрит в окно. Я вижу, что бутылка пива, которую я взяла для него ранее, болтается у него в пальцах.
 
— Зевс... — говорю я, чувствуя, что мне нужно что-то сказать, но меня прерывают прежде, чем я успеваю сказать что-то еще.
— Спокойной ночи, Камерон.
Его тон не располагает к разговору, и, честно говоря, это облегчение, потому что я не знала, что собираюсь сказать ему. Я просто собиралась сделать это.