Руины (ЛП)

И моя потребность в нем.
Она бушует. Дикая. Жгучая, как инферно.
Мы врезаемся в стену.
Он задирает мою юбку на бедрах.
Я обхватываю его ногу, прижимаясь к нему, нуждаясь в том, чтобы касаться каждой его частички.
Просто... нуждаясь в нем. Точно. Блядь. Прямо сейчас.
Он рычит и хватается за мою задницу, приподнимая меня.
Я обхватываю ногами его талию.
Его язык проникает в мой рот. Я подгоняю его удар за ударом.
Мои пальцы запутались в его волосах и дергают.
Он хихикает темным звуком на моих губах. Это так знакомо мне, что я могу разрыдаться.
— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, Голубка?
Я смотрю на него сквозь сильно зажмуренные глаза.
— А ты как думаешь?
Он прижимает свой рот к моему уху. Губы касаются моей кожи.
— Я думаю, ты хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо у этой стены. Сильно и глубоко.
Господи Иисусе.
Всегда так хорош в грязных разговорах.
— Скажи это. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я тебя трахнул. Скажи мне, как сильно ты хочешь, чтобы мой член был внутри тебя. — Его руки крепко сжимают меня. Пальцы впиваются в мою задницу.
Его глаза возвращаются к моим, и я смотрю в них. Глаза, затуманенные похотью. Из-за меня. Видя Зевса таким, я всегда испытывала такой кайф. Осознание того, что я имею над ним сексуальную власть, было захватывающим.
И до сих пор это так.
Я наклоняюсь вперед и касаюсь своим носом его носа. Мой собственный взгляд ни в чем ему не уступает.
— Прекрати говорить. И просто трахни меня.
В его глазах мелькает соблазнительное обещание.
Я чувствую, как его пальцы проникают за резинку моих трусиков. Затем я слышу характерный щелчок резинки и чувствую, как возбуждающий прохладный воздух обдает мои разгоряченные части тела.
Но я не даю ему понять, что мне это нравится. Возможно, я хочу его, да. Но не уступлю ему так легко. Ни за что.
— Они были моими любимыми. — Я хмуро смотрю на него.
— Я куплю тебе новые.
— Сломай что-нибудь. Почини за деньги. Вот как ты поступаешь в наше время, Зи?
По вспышке гнева в его глазах я понимаю, что задела нерв. И это меня чертовски возбуждает.
— Скажи, что любишь меня, — говорит он сквозь сжатые челюсти.
— Пошел ты, — огрызаюсь я.
— Сразу же, как только ты произнесешь это, Голубка. — Он нежно проводит своими губами по моим. — Скажи, что любишь меня, и я дам тебе то, что ты хочешь. Мой член глубоко внутри тебя.
Он прижимается своей эрекцией к моей киске, и я понимаю, что промочила материал его шорт.
Он ухмыляется со знанием дела, и это пробуждает во мне ярость.
Поэтому я впиваюсь зубами в его нижнюю губу и сильно прикусываю.
Он шипит и отстраняется, языком зализывая ранку.
А я получаю удовольствие от вкуса его боли на моем языке.
 
— Ты хочешь сделать мне больно, Голубка?
Да. Я хочу сделать тебе больно. И трахнуть тебя. И любить тебя... и, блядь, Господи! Я чувствую, что сейчас взорвусь от всех этих чувств, бурлящих во мне.
— Так сделай мне больно. Делай то, что должна. Бери то, что тебе нужно.
И я делаю.
Я обхватываю его руками за затылок и притягиваю к себе.
Я жестко целую его.
Это ярость, желание и чистая, без примесей, потребность.
Зубы сталкиваются. Сырой, болезненный, страстный поцелуй.
И он возвращает его мне.
Я засовываю руки под его толстовку и провожу ногтями по его груди.
Он задирает вверх мой свитер и спускает чашечку лифчика. Наклонив голову, он всасывает мой сосок в рот.
Проводя зубами по нежной коже, он покусывает грудь в то самое время, когда вводит толстый палец глубоко в меня сзади.
— Ахх, — стону я.
Потом еще один палец, прежде чем начать трахать меня ими.
— Всегда так чертовски туга, — стонет он.
Я снова притягиваю его рот к своему, нуждаясь в его поцелуе больше, чем в воздухе.
Он трахает меня рукой, его ладонь шлепается о мою задницу с каждым проникновением его пальцев.
И все, чего я хочу - это кончить.
Я потираю свой клитор о его член. От трения у меня в глазах появляются звезды.
Я слышу звук чистой потребности и понимаю, что он исходит от меня.
Затем я слышу звериный рык и понимаю, что он исходит от Зевса.
Его пальцы выходят из меня.
Я хнычу от потери.
Он стягивает шорты с бедер.
Его член - эрегированный, длинный и невероятно толстый - упирается мне в бедро.
Я чувствую, как его сперма смачивает мою кожу.
— Скажи это, Голубка. Скажи, что любишь меня.
Интенсивный взгляд его глаз держит меня в плену.
Прикусив губу, я качаю головой.
Он смотрит на меня так пристально и долго, что боль пронзает мое сердце, распространяясь по всей груди.
— Зевс...
Одним отработанным движением он входит в меня.
— Черт, — хрипит он.
Моя голова ударяется о стену с придушенным криком, глаза закрываются от волны эмоций от того, что он снова во мне.
Это абсолютно все. И ничего, что я должна хотеть.
— Посмотри на меня.
Но я не могу.
Я качаю головой.
Его рука хватает меня за подбородок, заставляя повернуться к нему лицом.
 
Я открываю глаза, и его блестящие голубые глаза пристально смотрят на меня. Его член глубоко вошел в меня. Его тело прижато к моему.