Механические изобретения Эммы Уилсби (СИ)

— Вы потрудились на славу! — сказала девушка. — Предлагаю отпраздновать наш приезд и ваш успех прямо сейчас. У меня в кондитерской как раз есть бутылка дорогого красного вина, которую мне презентовал один особо довольный клиент.
Я обратила внимание, как при последних словах Жаклин поморщился Оззи и поспешно сказала:
— Отличная идея, Жаклин. Нам с Хьюи надо немного развеяться, а то мы все работаем и работаем…
Я хотя бы совершила вылазку в госпиталь к Джейкобу Клифтону, хотя вспоминать об этом вовсе не хотелось, а вот Хьюи все три дня безвылазно просидел в мастерской, конструируя механических помощников.
Но говорить о том, что я встретила своего отца, Освальду и Жаклин я, конечно же, не стала. Вместо этого я принялась в красках расписывать все события, которые произошли в мастерской за время их отсутствия. Особое внимание я уделила тому, как хорошо потрудился Хьюи, и в подробностях рассказала о том, как тяжело мне далось совмещать работу мастера и управляющего. Под мои стенания мы покинули мастерскую.
Перед уходом в моей голове промелькнула мысль, что в мое отсутствие может явиться Джером, но, взглянув на часы, я поняла, что в десять вечера ни один джентльмен не позволит себе явиться к даме с визитом. Это могло означать, что Мейсон Герберт ещё не говорил с графом, и Джером не знает, что нанес мне оскорбление, либо ему просто все равно.
Всю дорогу до кондитерской я оборачивалась, высматривая автомобиль Джерома, но, вероятно, в этот день граф Гилфорд был занят чем-то или кем-то другим. В памяти всплыла картинка, где Джером сидит за столиком ресторана с симпатичной брюнеткой. Сердце сдавило неведомое прежде чувство ревности, втыкая в него свои острые коготки. Я почувствовала стойкую неприязнь к этой юной даме в ультрамариновом платье. Кто она? Должно быть, распутная девка, раз позволяет на людях кокетничать с мужчиной! До этого момента я не испытывала ни к кому необоснованной неприязни, граничащей с ненавистью, и от этого мне было не по себе. Моя бы воля, я бы с удовольствием вылила содержимое той самой чашки, из которой дамочка пила чай в обществе Джерома, прямо ей на голову.
Фантазия, получившая неожиданный выплеск в виде представления того, что бы мне хотелось сделать с графом Гилфордом и его пассией, разыгралась не на шутку, и мне большим усилием воли удалось ее остановить. И что это на меня нашло? Никогда не думала, что я способна на ревность. С того момента, как я увидела Джерома в обществе брюнетки, она буквально съедает меня изнутри, разрывая душу в клочья. Мне казалось, что моя душевная боль настолько сильна, что я начинаю ощущать ее физически в виде ноющего сердца, и невозможности сделать глубокий вдох.
— Эмма, — окликнул меня Освальд на пороге в кондитерскую.
Кузен окинул меня внимательным взглядом и спросил:
— С тобой определенно что-то случилось в мое отсутствие. Если граф Гилфорд или кто-то другой обидел тебя, скажи мне об этом. Вместе мы найдем выход из любой ситуации.
Неужели Освальд не ругает и не отчитывает меня, как обычно, а предлагает свою помощь? Не могу поверить в это!
— Меня никто не обижал, Оззи, — тепло улыбнулась я кузену. — Ты же знаешь, что это не так-то просто сделать.
— Тогда почему ты такая хмурая, я бы даже сказал потерянная…
— Я устала, — сказала я отчасти правду. — Ты же видел, сколько работы мы с Хьюи проделали за последнее время.
— Видел, — нахмурив брови, ответил Освальд. — Но ты всегда много работала, но никогда не была ни грустной, ни печальной, ни тем более растерянной.
Как же хорошо кузен меня знает. И ведь не обманешь того, с кем всю жизнь провела под одной крышей бок о бок. Если бы только я могла рассказать обо всем, что произошло за последнее время: о Джейкобе Клифтоне и его холодном ко мне отношении, о моих безответных чувствах к Джерому Гилфорду… У меня на глаза навернулись слезы.
— Я хочу домой, — всхлипывая, сказала я. — Хочу в Сверог к дедушке Гарету и тетушке Софии!
— Значит, никто не обижал, говоришь? — стиснув руки в кулаки, процедил сквозь зубы Освальд. — Скажи, что этот граф тебе сделал?! Если он хоть пальцем тебя тронул, я пристрелю его прямо на месте!
 
— Да ничего Джером мне не сделал! — вспылила я, продолжая всхлипывать, словно сопливая девчонка. — Ему вообще до меня дела нет!
— Так вот в чем все дело, — наконец-то догадался Оззи. — Наша Эмма влюбилась.
Кузен беззлобно рассмеялся.
— Да, ну, тебя, Освальд, — отпихнула я плечом кузена в сторону, проходя мимо него в кондитерскую.
Я провела замечательный вечер в компании Жаклин, Хьюи и Освальда, который рядом с кондитершей становился жизнерадостным и улыбчивым.
Между ними определенно что-то происходило, потому что я то и дело замечала их переглядывания и смущённые улыбки. Кажется, Освальд, в отличие от меня, нашел свое место в столице. Но во всем, что произошло со мной в Жердании, был определенный плюс. Я избавилась от предрассудков, в плену которых находилась до этого времени. Я поняла, что способна полюбить человека, не зависимо от его внешности, роста и увлечений. Конечно, должно пройти время прежде, чем я забуду Джерома Гилфорда, но рано или поздно я точно смогу выбросить его из головы и из своего сердца. Главное, не отчаиваться и верить в лучшее. В конце концов, у меня по-прежнему есть возможность заниматься своим любимым делом, а это дорогого стоит.
  
34 ГЛАВА
 
Утро началось с известия о побеге Джейкоба Клифтона. Сообщила мне эту невероятную новость Жаклин, которая стала свидетельницей разговора между городскими стражниками. Мужчины закупали сладости в кондитерской Жаклин, между делом обсуждая случившееся накануне. По всему выходило, что побег был совершен вечером во время смены караула.
Неужели механик сбежал сразу же после моего визита в госпиталь? В личности того, кто помог ему это сделать, я не сомневалась. То, что после моего визита к Джейкобу Клифтону, приходил королевский механик, не могло быть простым совпадением. Мейсон Герберт явно был причастен к происшедшему, но вряд ли кто-нибудь сможет это доказать.
Ощущения от полученной новости были неоднозначные. Я обрадовалась, что Джейкоб Клифтон обрёл свободу, но понимая, что теперь он скорее всего уедет далеко от столицы, я вновь загрустила. Мы так с механиком нормально и не поговорили. Я перестала обижаться за холодную реакцию Джейкоба Клифтона на известие о том, что я его дочь, ещё вчера вечером. Понятное дело, что его огорчило известие о кончине моей матери, после чего мужчина был просто не способен воспринимать другую информацию. Возможно, если бы нам вновь удалось встретиться, Джейкоб Клифтон отнёсся бы ко мне теплее. Но, увы, его побег поставил крест на моем желании обрести отца. Должно быть, механик уже далеко от города, и вряд ли мы когда-нибудь снова увидимся.
Я занялась работой, чтобы отвлечься от грустных мыслей и успеть до возвращения сэра Томаса сделать как можно больше заказов. Освальд оставался в парадной, поэтому на посетителей и несмолкающий динамик тифона можно было не обращать внимания, погрузившись с головой в сборку механических помощников. Хьюи сегодня помогал Жаклин в кондитерской, поэтому в мастерской я осталась наедине со своими изделиями.
Не знаю сколько времени прошло с тех пор, как я занялась работой, может час, а может быть два, но отвлек меня вошедший в помещение Джон Мале. Парень прикрыл за собой дверь и, обернувшись, прожёг меня изучающим взглядом, точно таким, как в нашу первую встречу.
— Джон? — я попыталась вытереть с лица следы масла тыльной стороной ладони, но оставила на щеке лишь черные разводы.
— Знаете, Эмма, легендарный механик, которого вы навещали накануне, сбежал, — прищурив глаза, сказал капитан, медленными шагами приближаясь ко мне, словно крадущийся тигр.
— До меня уже дошли слухи о произошедшем, — ответила я, настороженно глядя на Джона.
— А знаете ли вы, Эмма, что ваш кузен Освальд — это и есть тот подозреваемый в пособничестве Джейкобу Клифтону мужчина, которого я разыскивал?