Легкое сумасшествие по имени любовь
— Ты решил, что я пойду по магазинам только потому, что какой-то парень пригласил меня на ужин?
— Конечно, нет. Ты отправишься на шоппинг, чтобы купить вещи, в которых будешь чувствовать себя неотразимой. Ты этого достойна. Это не для него, а для тебя.
Но два часа спустя, когда я стояла в примерочной одной из модных лавок Белл-Харбора, Фонтейн запел по-другому.
— Дез будет от этого без ума, — утверждал он.
На мне было крохотное красное платье с глубоким вырезом и явным недобором ткани. А ступни в босоножках на высоком каблуке, украшенных пряжками со стразами, казались мне голыми.
— Оно слишком короткое. Он подумает, что я его соблазняю.
Фонтейн кивнул:
— Увидев это платье, он подумает, как бы поскорее снять его с тебя, больше ни о чем.
В животе заныло, будто я получила удар под дых. Снять с меня платье? Мне это в голову не приходило. Ну, точнее, приходило, конечно, но совсем в другой версии, для прекрасного фильма. В той, где я воображала, что у меня есть идеальный кондиционер, который заставил бы мои волосы красиво развеваться, как в рекламе. Или в той, где я в своих мечтах сделала что-то нереально крутое для всего человечества и меня поздравил сам Боно. Но фантазии фантазиями, а реальный физический контакт с другим человеком?
Фонтейн болтал о чем-то вроде «кожа к коже». Я была к такому не готова. Я вдруг вспомнила свое последнее, самое ужасное свидание вслепую. На этот раз я подготовлюсь получше.
— Обуви не надо. У меня есть туфли, которые я могу надеть.
— Те белые сандалики, которые я видел в твоем шкафу? К черту, солнышко. Эти шлепки были пожертвованы общественному театру для постановки «Золотых девочек». Следующая остановка — «Виктория Сикрет»!
* * *
Назавтра, стоя перед зеркалом за минуту до того, как Дез должен был за мной заехать, я не чувствовала себя комфортно ни в новом платье, ни в новых туфлях, ни в новом шелковом белье. Я поправила вырез, но это только сделало платье короче. Ужас. И босоножки так стиснули пальцы на ногах, будто я была уродливой сестрой Золушки, которая по нелепой случайности получила приглашение на свидание с принцем. Что, если он явится сюда и скажет: «Постой, я же не тебя имел в виду. А где красотка?»
Я начала задыхаться.
— Фонтейн, мне нужно срочно переодеться. Разреши мне хотя бы надеть черные брюки.
— Да возьми же себя в руки! Ты же не с Доди на шоу рукодельниц идешь, а на свидание. Не вынуждай меня устраивать тебе взбучку. Я могу, ты же знаешь.
Да, он может. Я помню, что он устроил, когда я вымазала на себя остатки его любимого скраба с ароматом клубники и киви.
— Да и вообще, что ты так распереживалась? Это же Дез.
Я попыталась сделать глубокий вдох, но платье мне не позволило.
— Я знаю. В этом-то вся и проблема, — прошептала я, прикусив губу. — Фонтейн, а что, если я полюблю его? Я имею в виду — по-настоящему?
— Ну будешь его любить. А какая альтернатива — бездонная скука? Ты слишком веселый человек для этого. А теперь я спущусь вниз и сделаю тебе коктейль. Ты так дрожишь, что я тоже начинаю нервничать. Просто успокойся.
Фонтейн ушел, а я присела на кровать, чтобы собраться с духом. Я справлюсь. Ну конечно, справлюсь. Это ведь не какое-то идиотское свидание вслепую, как было в прошлый раз. Это ведь Дез. А он хороший парень. И все будет хорошо.
Когда в назначенное время я спустилась вниз, Доди и дети были на кухне. Фонтейн открыл Дезу дверь, и я была благодарна ему, что он отвлек внимание на себя. Боже милостивый! Дез выглядел так сногсшибательно, что у меня перехватило дыхание. Я видела его в медицинском халате и потрепанной пляжной одежде, в которой, впрочем, он был чертовски хорош. Но при параде он был просто супер!
Он причесался, надел приличные брюки и рубашку. Мысль о том, что он гладил одежду ради меня, подняла у меня в животе целую стаю бабочек. Дети тут же облепили его, как игривые щенки, и он гладил их по головам, будто они действительно были щенками. Хорошо хоть, Лэзибоя и Фацо заперли на веранде, а то они бы сейчас обслюнявили Деза. Впрочем, это и без них могло бы произойти… Что-то мой язык от этих мыслей перестал умещаться во рту.
Наконец-то Дез повернулся ко мне. Его взгляд заскользил по моей фигуре, начиная с кончиков босоножек и медленно поднимаясь вверх, заставляя меня нервничать так, что казалось, будто я слышу разряды электрического тока. Его взгляд немного задержался на вырезе моего маленького красного платья. Черт. Кажется, Фонтейн был прав.
Я выпрямилась, как могла, расправила плечи, напоминая себе побежденного спортсмена, который осмелился выйти на поле для последней игры. Выпускайте меня, тренер. Я готова. Кадык Деза двинулся, когда он сглотнул.
— Ты отлично выглядишь. — Эти слова были просты и понятны, но то, как он произнес их, заставило меня затрепетать.
— Спасибо, ты тоже.
— Ох! — тихо обронил Фонтейн, прижимая кулак к губам. Он обнял сияющую Доди. — Идите, ребята. У нас все будет хорошо.
ГЛАВА 11
Во время недолгой поездки до ресторана я старалась не думать о том, что ветер сделал с моей укладкой, предпочитая вместо этого таять от воспоминаний о том, как Дез помогал мне усаживаться в машину. Ричард никогда не открывал мне дверцу авто, даже когда вез меня рожать. Его голова была слишком забита опасениями по поводу того, что воды могут отойти прямо в его новеньком «Лексусе». Я тряхнула головой. Не буду думать о сволочном Ричарде этим вечером. У меня свидание. Настоящее, нормальное свидание с мужчиной, который знает меня и все равно пригласил.
Дез припарковал автомобиль на углу улиц Шикарной и Живописной, в милой старинной части Белл-Харбора, будто сошедшей с черно-белой пленки. Исторические здания выстроились вдоль тенистого, вымощенного булыжником бульвара.
Дез вышел, и я оправила подол платья, гадая, откроет ли он мне снова дверцу. Я притворялась, что вожусь с пряжкой на босоножке, пока не убедилась, что он действительно идет ко мне. Ах, какая рыцарская учтивость. Если бы там была лужа, он смог бы кинуть в нее плащ? О, постойте. У него же нет плаща. Так что… эти мысли заставили меня улыбаться.
— Что тебя насмешило? — спросил он.
— Да так, ничего. Я просто радуюсь, что мы нашли отличное местечко для парковки.
— Ну да. — Дез посмотрел в оба конца улицы, на которой не было ни единого автомобиля.
* * *
Его спортивный БМВ имел весьма низкую посадку, а мои босоножки были на таких каблуках, что напоминали ходули. Я изо всех сил старалась вылезти из машины, не подвернув лодыжку. О чем я только думала, доверив гею, носящему нелепые мокасины с кисточками, выбирать мне обувь?
Дез взял меня за руку, помогая выйти из авто. Черт побери! Так Фонтейн оказался гением, заставив меня надеть эти босоножки. От невинного прикосновения Деза по коже побежали мурашки. Он сжимал мою руку нежно, но твердо и достаточно крепко. И не отпустил пока мы шли к ресторану. Я с трудом сдержала ребяческий смех и едва не начала раскачивать наши руки взад-вперед. Ричард не любил держаться за руки и не делал этого. Он говорил, что ему от такого становится душно. Проклятие! Хватит уже вспоминать Ричарда.
Мы с Дезом миновали модный магазинчик, весь заставленный цветочными горшками, и бистро, где мы обедали с Кайлом и Фонтейном. Через дорогу находились магазин воздушных змеев, кондитерская и старомодное кафе-мороженое с навесами в красную полоску. Облицованные плиткой тротуары под нашими ногами были безупречно чистыми, а через каждые несколько шагов нам попадались скамьи, которые выглядели, словно старинные тележки. И все птицы на деревьях щебетали «Оду к радости» Бетховена… Ну ладно, это я уже сочиняю.
— Как насчет суши? — спросил Дез, указывая на ресторанчик в следующем квартале, украшенный каменными драконами у входа. — Коллега сказал, что это отличное место.