Притворись моей (СИ)

Смотрю на время – почти восемь. Порываюсь набрать Гарика и поделиться новостями, но вовремя торможу. Совсем забыла о конфликте.
Открываю его страничку, рассматриваю фотки. Все еще злюсь, обижаюсь и... скучаю.
Зачем-то кликаю на иконку Златы. Давно не заходила на ее профайл. Там ничего нового, обычное каждодневное самолюбование. Сегодня она в мексиканском ресторане пьет Пина коладу, утверждает, что лучшую в городе. На фото отмечена Инга. Кликаю на ее ник и в следующую секунду в груди все обрывается и летит в бездну.
На коротком видео любящая сестра смачно чмокает в щечку брата. Громко играет музыка, но я отчетливо слышу на фоне смех Златы. На видео есть подпись:
«Все возвращается на круги своя. Аминь.»
Я смотрю и глазам своим не верю. Мой Гарик не шашлыки жарит на беременной вечеринке, а хлещет коктейли в компании бывшей. Как же так?!
Отбрасываю телефон, хватаюсь за лицо. Закрываюсь. Лучше бы не видела, но воображение уже включилось и дорисовывает мерзкую картинку. Они там веселятся, пьют, обнимаются… Что еще?
Ревность огромным кинжалом пронзает грудь и выворачивает наизнанку.
С дрожью в руках проверяю страницу Яна Требински. У него только фотки с тренировок. Судя по подписям, он на сборах в Милане.
Снова открываю видео Инги. Смотрю раз десять. Гарик не выглядит веселым, улыбается натянуто, но это не важно. Его Золотко заливисто хохочет, значит, им хорошо вместе.
Меня колотит. Руки ходуном, тело крупной дрожью. Во рту металлический привкус. Мне страшно. Адски страшно! Кажется, я потеряла что-то крайне важное и больше никогда не найду.
Вскакиваю, мечусь по комнате. Останавливаюсь по центру, тру лицо, потом плечи. Страшно, холодно, больно…
В этой агонии я делаю необъяснимое – пишу Владеку.
«Привет. Я у родителей. Нам нужно увидеться».
Спустя минуту приходит ответ.
«Заеду через полчаса. Поужинаем»
***
Чем дороже заведение, тем тише в нем играет музыка и выше рост у официантов. С недавних пор я неплохо разбираюсь в ресторанах. Владек привез меня в очень дорогой. Белые скатерти, фарфоровая посуда, изысканная кухня. Он любит лоск во всем.
– Что ты будешь пить?
– Персиковый сок.
– Здесь вкусно делают лимонад, – холодно смотрит прямо в глаза.
­­– Персиковый сок из пакета, – настаиваю, выдерживая его взгляд.
Вот он, мой первый за вечер протест. Не успели поздороваться, как бывший будущий муж начал бесить советами, что заказать. Я бы выпила чего-нибудь покрепче, но это будет слишком. Он не приемлет алкоголь.
Нам приносят вегетарианские закуски необычайного вида и теплый салат с мягким сыром для Влада. Я отказалась от основного блюда, а надо было взять стейк с кровью или тартар из говядины, чтобы его передернуло. Он так снисходительно на меня смотрит, что подбивает что-нибудь сотворить.
Влад ест неспешно и крайне аккуратно, в каждом движении степенность, достоинство, превосходство. Красивые ухоженные руки с помощью приборов ловко поддевают еду и переносят в четко очерченный рот. Выглядит эстетично, можно залюбоваться, но я раздражаюсь.
Посматривая на идеального спутника в белой рубашке, вспоминаю лохматого Гарика в мятой футболке. Как аппетитно он уплетает пиццу руками, а после этими же руками тискает меня. Точнее, тискал. Сейчас он в мексиканском ресторане обнимает бывшую.
Видео воссоздается в памяти в мельчайших подробностях. Ревность больно жалит, яд мгновенно расползается по телу. Обида обвивает шею, оплетает грудь и сдавливает ребра так, что больно дышать. Хочется сжаться в комочек, забиться в угол и тихонечко поскулить, но я сижу с прямой спиной и держу лицо.
– Ты бледная, – ровным тоном замечает Влад. – Хорошо себя чувствуешь?
– Не очень, – признаюсь. – Мне бы хотелось объясниться.
– Я тебя слушаю.
Он складывает нож и вилку на тарелку и важно откидывается на спинку кресла. Я обнимаю себя за плечи.
– Дело не в тебе. Я просто не готова к браку.
– А просто трахаться с молодым боссом готова?
Его слова окатывают ледяной волной. Я вздрагиваю. Не ожидала такой грубости.
 
– Прости, если сделала больно, – туплю взгляд.
– Одного «прости» недостаточно.
Напрягаюсь. О чем это он?
– Мне встать на колени?
– Заманчиво, но столько ты не стоишь, – усмехается и я понимаю, как пошло это прозвучало. – Потраченное на приготовления к свадьбе надо вернуть.
– Ты про деньги? – догадываюсь. Он коротко кивает. – Хорошо. Сколько?
– Пришлю счета на е-мейл. Там немало. Столько ты еще не…заработала.
Он намерено сделал паузу перед последним словом, давая понять, что просится другой глагол. Меня подмывает съязвить, что сосать я еще не начинала, но тогда разговор окончательно уйдет не в то русло.
– У меня достаточно хорошая зарплата, – говорю с натянутой улыбкой.
– Я знаю, сколько он тебе платит, и за что.
Влад настойчиво смотрит в глаза. В его взгляде непрекращающееся разочарование с оттенком боли. Когда тебе предпочитают другого – это неприятно, мне ли не знать.
В кармане жакета вибрирует телефон. Я осторожно смотрю на экран – Гарик.
Отбиваю звонок. Через три секунды снова чувствую вибрацию и начинаю дрожать вместе с телефоном. Зачем он звонит? Сказать, что помирился с Золотком и мы расстаемся? От этой мысли пустой желудок скручивает в узел и к горлу подступает тошнота.
– Извини, мне нужно на минуту, – вскакиваю из-за стола, глазами ищу туалеты.
– Прошу счет?
– Да, пожалуйста. Я оплачу свою часть.
– Твой сок не стоит ничего, – бросает небрежно.
Он продолжает унижать меня и обесценивать, но у меня нет желания отвечать.
Гарик звонит в третий раз. Я снова отбиваюсь.
Забегаю в туалет, включаю холодную воду, сую под нее руки. Просто не могу взять трубку и услышать то, чего так боюсь.
Больше он не перезванивает.
Когда выхожу, Владек ждет под дверью. Пришел следом.
– Я купил пентхауз в новой высотке. Помню, ты хотела жить в центре.
Мы стоим в коридоре, ведущем из зала к туалетам. Я заторможенно моргаю, не понимая к чему мне эта информация.
– За него мне тоже нужно вернуть тебе половину?
Впервые за вечер он улыбается.
– Не нужно. Это удачное вложение. Там сейчас заканчивают ремонт. Хочешь посмотреть?
На несколько секунд я подвисаю. Пытаюсь разгадать, это за чудные метаморфозы приключились с бывшим женихом. Мне кажется или он пытается быть милым?
Телефон снова жужжит.
Я мотаю головой, собираясь вежливо отказаться и ответить Белецкому, когда Влад толкает меня к стене и нависает сверху.
От неожиданности я бьюсь головой и пугаюсь до темных пятен в глазах.
– Что тебе было не так? – шипит он, хватая меня за лицо.
Больно впивается пальцами в щеки, вынуждая разжать челюсти и приоткрыть рот. Я делаю резких вдох и цепенею от происходящего.
Всегда выдержанный и переисполненный достоинства Владек грубо зажимает меня возле туалетов одного из самых дорогих ресторанов столицы. Это что за сюр? В реальности такого быть не может.
Но это происходит. Его тело блокирует, а пальцы причиняют боль. Он шумно дышит в лицо и смотрит так, словно хочет размазать мою голову по красивой мраморной стене. Он улыбался не по-доброму и не пытался быть милым. Мне показалось.
Владек прижимается тесней. Терпкий запах его тела проникает в ноздри, провоцируя очередной за вечер приступ тошноты. Я тщетно пытаюсь его оттолкнуть. Хватая ртом воздух, взглядом требую отпустить.
Он ухмыляется с жутким оскалом и просовывает мне в рот палец. Горло сжимает спазм, во рту появляется горечь отвращения. Тошнота стремительно нарастает. Глаза слезятся.
– Такие высокие ставки на простую шлюху, – выплевывает этот гад и мерзко смеется.
После этих слов меня начинает трясти. Огненный шар гнева несется вверх по телу и заряжает отчаянной смелостью. Я дергаюсь, толкаюсь, выворачиваюсь и наконец вырываюсь.