Первая академия. Том 3 (СИ)

— Здесь у них дружина размещалась? — спросил я. — Сколько?
— Человек двадцать их было приблизительно. Все к главному дому отошли — все, кроме четверых. Те уже никуда не уйдут.
То-то мне и показалось, что на базе мы встретили слишком мало дружинников: ожидалось человек пятьдесят, а по факту, если не считать сотрудников тайной канцелярии, было не больше тридцати. Похоже, остальные размещались в усадьбе.
— Раненых надо увезти, — сказал я. — У меня машина за воротами на безопасном расстоянии. Распорядитесь, чтобы их туда отнесли. А мы будем думать, как быть дальше.
Десятник приказал четверым эфирникам уносить тяжело раненного, второй мог идти сам. А затем мы с десятником зашли в дом и подбежали к оконному проёму, смотрящему на особняк. Повсюду виднелись следы боя: стёкла хрустящей крошкой устилали пол, от рам остались лишь щепки, мебель и внутренняя отделка тоже пострадали.
Мы встали у стены рядом с окном, и я осторожно выглянул. В саду царила темень, не было видно ничего, лишь в окнах главного дома горели прожекторы, лучи которых бегали по саду.
— Там сад с кустиками, — объяснил десятник. — Очень большое пространство. Днём не подойти, а сейчас можем попробовать на свой страх и риск. Только я не знаю, сколько там народу засело и какая у них сила. Видели, как по нам маги заклинаниями сыплют? Маги есть.
— Не попадают только.
— Да толку нет с такого расстояния бить, ещё и во тьму. Поэтому мы силы и боекомплект бержём. А ну на нас сейчас попрут? Вот и сидим, готовимся.
В это время со стороны особняка опять затрещали автоматные очереди, но быстро стихли.
В отряде было всего шесть одарённых, но только два имели седьмой ранг, остальные — девятый-десятый. Со мной приехали ещё двое, но и они не отличались выдающимися способностями. Всё это воинство могло и от пуль полечь.
Главная проблема заключалась в том, что особняк Шереметевых находился далеко от ворот. Чтобы добраться до него, предстояло преодолеть большое полностью простреливаемое противником пространство, где единственное укрытие — это ряды стриженных кустиков с облетевшей листвой. Не надо быть великим стратегом, чтобы понять, насколько опасно в таких обстоятельствах атаковать в лоб и чем это может закончиться.
Я попытался достать противника взрывными шарами, кинул несколько штук, но на расстоянии более двухсот шагов магия летела совершенно непредсказуемо. Пламя вспыхивало где-то в саду, загорелся куст недалеко от особняка, что стало единственный результат моих усилий. В ответ опять затрещали очереди автоматического оружия, и в землю неподалёку ударили булыжники, а один даже попал в стену нашего укрытия.
— Не годится, — подытожил я. — Так мы долго с ними будем воевать. Надо подходить ближе.
Я ещё раз выглянул в оконный проём. За особняком чёрной стеной рос лесной массив, и у меня появилась идея.
— Магией трудно будет их достать, — согласился десятник.
— А если подойти оттуда? — я указал в сторону, откуда мы приехали. — Там же у них лес, правильно? Ну вот. И там лес, возле дома. Мы обойдём по кругу и подберёмся с той стороны.
— А дорогу-то найдём? — задался закономерным вопросом десятник. — Тьма же вокруг хоть глаз выколи.
— Пожалуй, это будет трудно. Но если подсветить лес факелами, тогда, возможно, получится. Огневики же у вас есть.
— Тогда мы выдадим себя с потрохами ещё не подступах.
— Это верно. Поэтому я предлагаю сделать вот как. Пусть одарённые пойдут с той стороны и отвлекут противника на себя, здесь останутся эфирники и я. И вот когда враг подумает, что мы атакуем оттуда, я пройду прямиком через сад и захвачу дом. Годится такой план?
— Рискованный, — десятник почесал затылок. — Вас могут убить.
— Судя по тому, чем они кидаются, вряд ли. А если они будут заняты перестрелкой с вами — тем более. Подкрепление вызывать не будем. Все работают на своих направлениях, всем трудно. Нам дана задача, и мы должны справиться её собственными силам. А если будем здесь сидеть до утра — ничего путного у нас не получится. Да и вообще, я что, напрасно с вами пошёл? В общем, давайте, собирайтесь и дуйте через лес, а я пойду на штурм.
 
Мы вышли на улицу, я подозвал второго десятника и поставил обоим задачу. Затем все восемь одарённых потопали по дороге вдоль ограды, чтобы обогнуть особняк по парку.
Потянулось ожидание. Прошёл час, и я забеспокоился, а не заблудились ли парни. Пробираться ночью по лесу было делом непростым, могли и забрести куда-нибудь не туда.
Прошло ещё полчаса, я ещё больше стал тревожиться.
Самое паршивое, что у нас отсутствовала какая-либо связь, для координации действий между группами. Портативных раций в это время ещё не придумали, а массивные радиостанции таскать с собой была та ещё морока. Но даже их нам не дали. Оболенские таким «мелочам», как связь, кажется, не уделяли много внимания. А зря.
Я расхаживал по пустой тёмной комнате, освещённой магическим шаром, висящим в воздухе, и то и дело поглядывал на настенные часы. Вдруг где-то очень далеко со стороны особняка раздались грохот камней и шипение пламени. Я побежал в соседнее помещение и выглянул в оконный проём. Не увидел ничего. Тем временем звуки не смолкали, и это могло значить лишь одно: там идёт бой.
Настало время вступить в игру мне. Покинув убежище, я двинулся по дороге напрямик к особняку, даже не пытаясь прятаться. Шёл спокойно, создавая в руках мощный взрывной шар. Противник меня пока что не видел.
Заметили меня лишь когда до дома оставалось шагов сто. Сразу же забегали по дороге лучи прожекторов, захлопали выстрелы. Чтобы сбить с толку противника, я продолжил перемещаться рывками по пять-десять шагов, не меняя направления и не прячась.
Большинство стрелков засели на третьем этаж. Туда я и кинул шар, когда оказался на достаточно близком расстоянии. Большая ярко-рыжая «астра» с тёмной концентрированной сердцевиной влетела в окно, и ночь осветила яркая огненная вспышка, которая даже меня на миг ослепила. Один из прожекторов перестал светить, а стрельба смолкла.
Не дожидаясь, пока противник опомнится, я пятью рывками добрался до крыльца.
Войдя в двери, оказался в просторном холле с ведущей на второй этаж раздваивающейся лестницей. Над собой я повесил осветительный шар, и отблески пламени заиграли в зеркалах и на старинных картинах. В первые секунды здание мне показалось пустым, но приближающийся топот множества ног ясно дал понять, что хозяев уже мчатся встречать незваного гостя. Но я был готов.
Из соседнего помещения выбежали четверо: двое мужчин средних лет, молодой парень и женщина тоже лет тридцати. Женщина окутала себя воздушным смерчем. Один из мужчин — коренастый с бородкой — создал защитную пелену пламени, а остальные двое покрылись каменными доспехами. В руках их появились копья.
В меня полетели две каменные пики, воздушный кулак и огненный шар, но я закрылся защитной полусферой и почти не почувствовал удары. Одарённые передо мной не отличались великой силой. Только один из земельщиков имел достаточно высокий ранг — седьмой или, возможно, даже шестой.
Этот одарённый ринулся на меня, создав в руках ещё два копья, но не добежал: взрыв «астры» отбросил его назад, а следом полетели мои огненные «копья». Теперь уже противнику пришлось защищаться.
И всё же их было четверо, а я — один, что сулило большие проблемы.
Женщина подлетела ко мне через весь холл и атаковала то ли воздушной плетью, то ли вихрем, от чего я чуть не потерял равновесие. Я кинул в ответ небольшую «астру», но тут же получил от других двух противников огненный шар и каменное копьё.
Переместился к магу огня, двинул его кулаком с огненным импульсом. Человек закрылся щитом — щит рассеялся от моего удара. Я пробил одарённому в челюсть, но тут меня треснуло по голове что-то тяжёлое. По ногам прошёлся воздушный вихрь, и я шлёпнулся на пол.
Не поднимаясь с пола, принялся быстро, почти не целясь, кидать огненные «копья». Одно попало в мага огня, отшвырнув его от меня, следующие расколотили стену и мраморные лестничные перила, ещё одно угодило в мага земли, а одно — в женщину, но встретилось с воздушным щитом.