Не ходи к гадалке, Лиззи! (СИ)
Не успел он проводить миссис Обри, как виновница его тревог появилась на пороге. И кто там говорил, что у него нет пророческого дара? Как сердцем чуял, что день предстоит непростой. И всё же он был рад ее видеть.
— Погадать? Какое необычное предложение. Еще недавно ты убеждала меня, что не веришь ни одному моему слову, — усмехнулся тайлер, стараясь не выглядеть влюбленным дураком. Чувствовал он себя именно так.
— Все ошибаются, — откликнулась девушка, и ее пальцы нервно дернули завязку плаща. только туже завязала. — А на другого человека погадать можно?
— Можно, — протянул гадалец, не ожидая такого ответа. Понял, что слишком пристально следит за ее руками, и шагнул навстречу, перехватил кисти. Он раньше не замечал, какие они тонкие и хрупкие. У него запястья тоже были худыми, но, как ни погляди, все равно шире ее раза в два. — Погоди, у тебя пальцы замерзли. Я cам развяжу. — Он ловко распутал завязки и помог ей снять плащ. — Что будешь? Чай? Кофе?
— Ничего не буду. Я по делу.
— Значит, чай.
тайлер развернул ее в сторону кухни, исподволь любуясь обтянутой в строгое платье фигурой. Лиззи поначалу растерялась от его самоуправства, а потом остановилась. В глазах появился знакомый решительный блеск, и она упрямо поджала губы.
— без шуток. Мне действительно нужна информация.
— Я не сомневаюсь, иначе ты не пришла бы «погадать», — с долей разочарования признал тайлер. было приятно, что он может быть полезен, и всё же он предпочел бы видеть ее у себя дома не только как заказчицу. — Для начала тебе надо успокоиться. У тебя руки дрожат. Даже когда на нас напала «черная вдова», ты так не волновалась.
Он отодвинул ей стул, приглашая присесть, поставил на стол тарелку с порезанным ореховым кексом, а сам занялся заваркой. Сладковато-пряный запах поплыл по кухне. Ароматный чай с бергамотом подарил роуз один из ее богатых поклонников, и таким чаем не стыдно было угостить знатных гостей.
Когда перед Лиззи появилась чашка чая, девушка успела раскрошить кусок кекса на свою тарелку, о чем-то размышляя и отщипывая по крошке. Ее беспокойство невольно передалось и тайлеру: что случилось у обычно невозмутимой журналистки, раз она позабыла манеры?
— Итак, по кому тебе нужна информация? — он уселся напротив, не скрывая, что разглядывает гостью.
— По нашему мэру, мистеру бастеру. Я хочу узнать, с кем он заводил интрижки и чем они закончились, — Лиззи обратила внимание, во что превратила кекс и поспешно отдернула руки.
— Для него — ничем плохим. Он до сих пор женат. Пока.
Закон парных cлучаев — еще недавно этот вопрос яро интересовал Хелену бастер. Жена мэра тоже пришла «погадать», а на деле хотела подать на развод и собирала подтверждения измен. Долго искать не пришлось. Не сказать, чтобы мэр скрывался, доказательства тайлер нашел, и их с лихвой хватало, чтобы миссис бастер могла развестись и отсудить себе часть имущества. Правда, насколько знал тайлер, бракоразводный процесс она ещё не начала и на днях как раз ждала гадальца в гости, с последними новостями и материалами. Осталось только договориться о встрече.
— Меня больше интересует, что стало с его любовницами, — пояснила свой вопрос Лиззи, а затем вытащила из кармана пачку свернутых листков и разложила на столе. — Посмотри, эти портреты мистер Поул нарисовал мэру вместе с десятком других. На всех изображены молоденькие девушки. И я подозреваю, мэр со многими из них крутил романы.
— Хм, ее я знаю. Клэр Кэрролл, дочь мелкого чиновника и начинающая актриса, — перебирая рисунки, припомнил тайлер одну из девушек. — Она действительно бывшая любовница бастера. Подправила за его счет свое финансовое положение и уехала в другой город. Эту вижу впервые. О, мисс Дойл. раньше она была у меня частой гостьей, искала свою любовь…
На последнем рисунке лицо гадальца побледнело: роуз на портрете выглядела как живая и смеялась над какой-то шуткой. Судя по проставленной карандашом дате, набросок был сделан за пару дней до нападения.
— Ерунда какая. Не стала бы роуз в своем уме связываться с мэром, — покачал головой тайлер. — Она его терпеть не могла!
— А если ее заставили? Могли пригрозить или подкупить… Ее ведь проверили на заклятия? Помнишь, берри видел какую-то вспышку.
— На ней был приворот, но слабенький, — помрачнел гадалец. Как-то сразу не сообразил. — Допустим, она заинтересовалась мэром из-за магии. Но не настолько, чтобы стать его любовницей!
— Может, поэтому ее и столкнули, что она отказала? — осторожно предположила Лиззи.
— Это просто домыслы, — с досадой отодвинул портрет тайлер. Не хотелось верить, что кузину впутали в такую грязную историю! Можно подумать, падения в реку было мало! — Где ты взяла эти наброски? У мистера Поула? Почему бы не расспросить его?
— Я хотела, но не успела. Сейчас он в больнице. Его пытались убить в собственном доме.
— Кому-то настолько не понравилось его творчество?
— Это не смешно. Его пырнули ножом, — вспомнив о своих почти бесполезных попытках остановить кровь, Лиззи вздрогнула и вытерла вспотевшие ладони о юбку.
Кажется, тайлер начал понимать, почему гостья выглядит напуганной.
— ты тоже там была? — хмуро уточнил он и сам же пробормотал cебе под нос: — Конечно, брала интервью. С тобой всё в порядке?
— Как видишь. — Она сжала кулаки, словно сама пыталась собраться в кучу. — Я надеюсь, что ошибаюсь насчет мэра и это действительно неудачное совпадение. Но давай проверим. ты можешь мне помочь? Я заплачу.
— О плате потом договоримся. Я не меньше тебя заинтересован в этом деле.
тайлер бросил короткий взгляд на портрет улыбающейся кузины и отвернулся от стола. Если Лиззи права и в деле замешан мэр… Что же, доказать его вину будет сложнее. Но восторжествует закон или нет, в одном тайлер был уверен точно — безнаказанным он преступника не отпустит.
***
«Шут», «Императрица» и «Правосудие», а вместе с ними четвёрка мечей — казенный дом: больница или тюрьма. Лиззи с любопытством посмотрела на выпавшие карты. В гостиной у Марино она была второй раз. Кто бы подумал, что жизнь так повернется? В прошлый раз он гадал ей на таро, а журналистка планировала разоблачающую статью. Сегодня они оказались на одной стороне. Но стоило зайти в кабинет, пропитанный запахами сандала и лаванды, и время словно повернуло вспять, на неделю назад. тлели ароматические палочки, приглушенный свет создавал атмосферу священного таинства. На полке скалился череп.
— раздвинь шторы, пожалуйста, — попросил тайлер, зайдя в комнату следом за Лиззи.
Он едва удерживал в руках кипу газетных вырезок и записок, балансируя, чтобы они не разлетелись по комнате. Поспешно сгрузил бумаги на стол. Карты были сдвинуты на самый край, вместе со стеклянным шаром.
Лиззи отошла к окну, раскрыла тяжелые бархатные портьеры, и в гостиной сразу посветлело. Загадочная атмосфера рассеялась. Обычный дом, обычный мужчина, пусть и в традиционном рамольском наряде. Об их общем вчерашнем приключении напоминали ссадины на его лице и проступающие сквозь тонкую рубашку бинты.
— Здесь всё, что я собрал по любовницам мэра. Имена, замужем или нет, где живут, кем работают. — тайлер наклонился над столом, демонстрируя по — кошачьи гибкую спину. Кисти повязанного на бедрах пестрого платка мазнули по столешнице. Может, с гаданиями он и лукавил, зато с информацией работал на совесть. — большинство из девушек — аристократки из разорившихся семей или, наоборот, те, что недавно пробились в высший свет и искали благодетеля. У одной, правда, был жених.
— Это всё проверенные случаи измены? — спросила Лиззи, хотя и понимала, что досужие слухи жене мэра могли пересказать и доброжелательные (или не очень) кумушки. Гадальца для этого ей нанимать не потребовалось бы.
— За домыслы мне не платят.
Лиззи взяла первую попавшуюся записку и вчиталась в мелкий убористый почерк. Неудачно выбрала. В записке упоминалось романтическое свидание на окраине города. Мэр просил кучера ненадолго оставить их одних, а позже в карете нашли тонкий женский чулок. И хотя никаких подробностей расписано не было, Лиззи покраснела и положила бумажку обратно.