Не ходи к гадалке, Лиззи! (СИ)

— Я боялась! — отчаянно воскликнула мама. — Не все принимают магию мертвых как дар! Мой отец отправил свою жену — твою бабушку — в сумасшедший дом, когда узнал о ее способностях. Она зачахла в четырех стенах, а мне не позволяли с ней видеться до самой ее смерти! Отец никогда не любил ее и искал повод, чтобы избавиться. Повод нашелся: разве достойной леди приличествует общаться с призраками? Он и от меня избавился бы, но я быстро научилась притворяться. Никто не знал правды. Я была тихой скромной девочкой, которая не владеет магией. Послушной будущей женой. Едва подвернулся случай, я вышла за твоего отца, уехала… Я просто хотела сбежать, а Чарльз был так добр ко мне! Никто никогда не был ко мне так внимателен. И мне стало страшно. Я влюбилась в него, но боялась, что он бросит меня, если узнает правду.
— Отцу плевать на магию мертвых! ты могла рассказать ему позже, когда родилась я.
Мама истерично рассмеялась.
— Как я могла признаться, что лгала ему столько лет? Доверие как разбитая чашка — склеить можно, а пить нельзя.
— ты права. Я теперь тоже не могу тебе верить, — тихо сказала Лиззи и отступила. Подобрала лежащий у лестницы ридикюль. Ее привычный мир разрушился в одно мгновение, и ей нужно было время, чтобы это принять.
— Лизетта, немедленно вернись! — услышала она, но не остановилась.
Ноги уже сами несли на улицу. Хлопнула входная дверь. Хорошо, что Лиззи не успела переодеться в домашнее платье.
Кэб девушка поймала удачно — он подвозил соседей и собирался уезжать, но она выскочила на дорогу прямо перед извозчиком.
— Вам куда-то надо, мисс? — окликнул ее тот.
Первую часть фразы — ругань на вылетающих из темноты особ, — Лиззи благополучно пропустила мимо ушей.
— Да. В полицейский участок, пожалуйста, — не раздумывая, ответила она. Если кто и мог выслушать ее сейчас и помочь, это Габриэль.
***
Полицейский участок занимал двухэтажное здание бывшей духовной гимназии неподалеку от Соборной площади. Прошлый мэр посчитал, что полиция нужнее, и щедрой рукой отписал им место. Кто-то из гимназистов, подумав, бросил богословие и присоединился к стражам порядка, другие, скрепя сердце, уехали.
В участок Лиззи всегда заходила с воодушевлением: где, как не здесь, можно было услышать самые горячие новости? Обсуждение расследований, допрос подозреваемых, драки, попытки сбежать и угрозы — Лиззи случалось попадать в участок в удачный момент. Иногда на столе лежали улики, могла остаться и фотокарточка преступника. без изюминки к статье она ни разу не уходила.
Габриэль, зная о неуемном любопытстве сестры, визиты к себе на работу сводил к минимуму и выпроваживал Лиззи раньше, чем она успевала толком осмотреться. Пару раз вынужденно оставив сестру в собственном кабинете, он потом ловил ее за руку: она из интереса просматривала папки с подвисшими делами или изучала забытые на столе бумаги.
Но сегодня Лиззи пришла не за сенсацией. Ей просто нужно было увидеть Габриэля и воспользоваться его жилеткой: рядом со старшим братом проблемы волшебным образом становились меньше, и Лиззи находила в себе силы с ними справиться. В приемной дежурил знакомый офицер и, отсалютовав сестре начальника, без вопросов пропустил ее дальше. расположение кабинетов она помнила наизусть.
Девушка собиралась броситься к брату в объятия без лишних разговоров и вопросов — поговорить можно и потом, когда закончатся слезы. Увы, Габриэля на месте не оказалось. Вместо него, закинув ноги на стол, в глубоком кресле сидел Керн и лениво листал какие-то заметки. Когда Лиззи зашла, он тотчас принял приличную позу, едва не свалившись от резкого движения.
— ты не поздно в гости зашла? — откашлявшись, пробасил маг. Воровато стряхнул со стола песок. — Габриэль уже уехал. Сегодня вряд ли вернется. У него остались дела в городе.
Не вернется, значит. Лиззи прикусила губу. Все-таки нервы сдали. Она всхлипнула раз, другой. Сильно ущипнула себя за руку, но боль не отрезвила. Слезы покатились по щекам, и их было не остановить.
— Эй, малышка, ты чего? — не на шутку перепугался Керн, только сейчас заметив ее тихие всхлипы.
 
Она помотала головой, отворачиваясь. Господи, да она сейчас позорно разревется!
Маг вскочил и оказался рядом, придержал за плечи, пытаясь заглянуть ей в лицо — и плотина рухнула. Лиззи вцепилась в его пиджак, плача громко и отчаянно, как маленькая девочка. Она же не железная! Сколько ещё ударов должна сносить с высоко поднятой головой? Спятивший артефакт, увольнение, разрыв помолвки, семейная тайна — не перебор для одного дня?! Для нее это слишком!
Попытки Керна что-то выяснить провалились. Опыта, как вести себя с плачущими девицами, у него было немного. Лиззи даже не слышала его слов, и, в конце концов, маг махнул рукой, просто похлопывая ее по спине и позволяя выплакаться вдоволь. Наконец, всхлипы стали тише, а Лиззи запоздало сообразила, что Керн — не Габриэль, и не обязан сносить ее истерики.
— Извини, — она отстранилась, воровато посмотрев на мокрое пятно на его пиджаке.
— Ну-ка присядь. — Керн довел ее до софы, а сам метнулся к шкафу. Вытащил оттуда бутылку с виски и плеснул в стакан. — Выпей.
— Я не пью… — попыталась отказаться Лиззи.
— Пей!
Она послушно глотнула. Виски у Габриэля хранился что надо — крепкий, терпкий. Внутри разлилось тепло, и Лиззи хотя бы трясти перестало.
Керн незаметно смахнул со лба пот.
— А теперь расскажи, что с тобой произошло? тебя кто-то обидел? твой жених? Или этот гадалец? Да я ему шею сверну, если он тебя хоть пальцем тронул!
— тайлер тут ни при чем, — мотнула головой Лиззи. Слезы немного подсохли под злым взглядом Керна. — С чего ты вообще о нем вспомнил?
— Нам доложили о сегодняшнем инциденте у Хамель.
— А, это! — Лиззи вдруг осознала, каким далеким кажется сегодняшнее утро. Откровения дня так вымотали ее, что разборки с артефактом выглядели приключением, а не проблемой. — Артефакт оказался проклятым, а тайлер помог его утихомирить.
— тогда в чем дело? Я не помню, чтобы ты хоть раз плакала! Да еще так горько…
Лиззи вдруг поняла, что не может рассказать Керну всю правду. Скелеты ее семьи должны были оставаться в шкафу даже для их близкого друга, она не хотела вытаскивать их на всеобщее обозрение.
— Меня уволили с работы, — выбрала Лиззи другую причину. Керн знал, как трепетно она относится к своей профессии. Чем не повод для расстройства?
— За что?! — маг выглядел по-настоящему потрясенным.
— Спроси лучше, из-за кого. Несостоявшаяся свекровь подсуетилаcь.
— Несостоявшаяся?
— Я разорвала помолвку, — сухо пояснила Лиззи.
Керн присвистнул: учитывая влияние Сандерсов, решение было рискованным. При желании они могли довести дело до суда и потребовать компенсацию, а у Уоллисов финансовое положение и так было шатким.
— Сандерс тебе изменил? — с надеждой уточнил Керн. тогда всё было бы проще — Лиззи осталась бы пострадавшей стороной, и никаких претензий.
— Остин? — Лиззи удивленно взглянула на друга семьи и помотала головой. — Нет, нет, конечно. Просто мы не сошлись характерами… Особенно с его матерью.
— Да с ней вообще никто характером не сходится, — пробормотал под нос Керн и уже громче добавил: — Госпожа Уоллис разрыву помолвки не рада?
— Она уже заказала мое свадебное платье. так что сам понимаешь…
— И тебя выгнали из дома?
— Можно и так сказать, — не стала оспаривать Лиззи его ошибочные выводы. Уж больно удачно они сочетались с нежеланием возвращаться к матери. — Поэтому у меня к тебе маленькая просьба…
— Начало уже пугает.
— Я могу здесь заночевать? Обещаю ничего не трогать! Мне и софы довольно, — она постучала ладонью по жесткому сидению.
— Предлагаешь оставить тебя в участке? В одной комнате c нераскрытыми делами, допросами и уликами? — Керн покачал головой. — Прости, но я не настолько сошел с ума!
— Не переживай, как журналист я никуда не полезу. Я ведь больше не работаю в «Чистом листе».