Не ходи к гадалке, Лиззи! (СИ)
— За последние полгода мисс Марино замечали с разными мужчинами, — вернулся к делу Уоллис, чуть подавшись вперед и сложив пальцы домиком. — Любитель конного спорта Дориан Стокман, барон Эдельвейс, господин рифман — учитель истории в школе для девочек. Мне называть дальше?
— было бы неплохо, — кивнул тайлер, мысленно вычеркивая имена. Уоллис проделал хорошую работу, но кое в чем ошибался. Перечисленные им мужчины по большей части были их клиентами, жаждущими узнать, повезет ли им в будущем: кто победит на скачках, стоит ли вкладываться в меха и готова ли строгая директриса пансиона к пылкому признанию. Других отношений с роуз они не имели.
— Вы не удивлены популярности кузины.
— Вы видели роуз. Действительно считаете, что мне есть чему удивляться? — искренне возмутился тайлер.
Уоллис неожиданно смутился.
— Пожалуй, нет, — кашлянув, улыбнулся он, но быстро взял себя в руки. Задал несколько стандартных вопросов: куда уходила роуз, когда тайлер видел ее последний раз.
— Мисс Марино с кем — то встречалась, и вы не знаете с кем? — услышав о возлюбленном роуз, переспросил офицер.
— А вы всегда знаете, где пропадает ваша сестра? — парировал тайлер и тут же пожалел, что упомянул о журналистке. Капитан подобрался, и гадальца окатило таким холодом, что впору было выглянуть на улицу, не выпал ли снег. — Недавно она приходила сюда погадать. — тайлер жестом фокусника вытащил таро. — В последнее время гадания популярны среди девушек.
— Мистер Марино, если Лиззи придет снова, отправьте ее домой, — попросил Уоллис. — Наша семья не одобряет подобные увлечения.
— Вы лишаете меня заработка, офицер, — тайлер искривил губы, собираясь добавить ещё пару колкостей, но решил не подливать масла в огонь. — Хорошо, я понял. Поверьте, я и сам не рад журналисту в своем доме. Но раз уж мы заговорили о вашей сестре, вы не думаете, что она может появиться тут из-за материала для газеты?
Уоллис расслабленно откинулся на спинку кресла.
— Лиззи пишет только рекламные объявления и некрологи и изредка помогает мистеру Аркано. Не думаю, что он задействует ее в столь опасном деле. Не волнуйтесь, она вас не побеспокоит.
— Ну, если вы так уверены. — Как он и предполагал, юная мисс Уоллис имела свои тайны. Это можно было использовать. Но пока не стоило просвещать капитана, кто такой мистер Аркано — проблемы семьи Уоллис касались только их. тайлер усмехнулся, прикусив костяшку большого пальца, и тут же отдернул руку. — Уже поздно. Давайте вернемся к вашим вопросам.
Задерживаться маги не стали, да и вопросов оставалось немного. Иногда они повторялись, хотя формулировка всегда была разной, иногда что — то спрашивал напарник Уоллиса — спрашивал резко, перебивая, не давая подумать, и гадалец догадался, что маги проверяют правдивость его ответов.
— Что ж, из города вы в ближайшее время не уедете? — спросил капитан напоследок.
— Нет. Поэтому отзовите своих подчиненных. Пусть лучше занимаются делом, чем слоняются у салона. Я правда не собираюсь никуда уезжать. — тайлер выразительно посмотрел за окно: мужчина, сидящий на лавочке на противоположной стороне улицы, закрылся газетой.
— третье око у вас, что ли, работает? — хмыкнул Керн, узнав знакомого осведомителя.
— Он просто читает одну страницу уже два часа, — не стал наводить туману гадалец, и брошенный напарниками взгляд не обещал незадачливому филеру ничего хорошего.
***
Лиззи не спустилась к ужину, сославшись на головную боль, и заперлась в комнате. Смотреть в глаза отцу она боялась — казалось, он cпросит, как дела, и она тотчас выложит всё как на духу! И к разговору с матерью не была готова. Наверняка Амелия уже рассказала о визите миссис Сандерс, да еще и выставила Лиззи виноватой.
— Милая, открой дверь, нам надо поговорить, — раздался настойчивый стук в комнату, и девушка, застонав, накрыла голову подушкой. Она собиралась притвориться, что уже спит. Не будет же мама стоять под дверью вечность?
— Я знаю, ты еще не спишь! — настойчивее повторила мама. — Не веди себя как ребенок!
Но она хотела быть ребенком! Лиззи обхватила подушку, прижимая к животу. тогда мама была бы на ее стороне. В детстве, еcли Лиззи ошибалась, мама всегда обнимала ее и утешала, говорила, что не случилось ничего страшного, все можно исправить. Даже когда девочка поняла, что видит духов, мама испугалась, но продолжала оберегать ее. Почему всё изменилось?
Судя по глухому звуку, мама прислонилась к двери, и заговорила негромко, что бы слышала только Лиззи, а не полдома.
— Я знаю, что случилось. ты сердишься на миссис Сандерс. Не сердись. Она просто волнуется за вас. Вы с Остином скоро поженитесь, сейчас вы постоянно на виду у прессы. Если пойдут слухи о твоем проклятии, это плохо скажется на вас обоих. — Мама немного замялась, не зная, как продолжить. — ты не помнишь, но, когда журналисты узнали о твоей способности, многие стали спрашивать тебя, есть ли рядом призраки. Одна женщина пыталась обманом заманить тебя на кладбище, что бы ты пообщалась с призраком ее мужа!.. было так страшно! Я боялась, что могу однажды тебя не увидеть. Конечно, те времена прошли, многие забыли о твоей… особенности. Но миссис Сандерс тоже нужно время.
Лиззи фыркнула и упала обратно на кровать, раскинув руки и ноги. Да не время ей было нужно, а послушная невестка, во всём потакающая и хлопочущая вокруг Остина!
— Если твой ребенок унаследует проклятие, ты поймешь, что нам пришлось пережить!
В коридор кто-то зашел, и мама отошла от двери.
— Поговорим утром. Надеюсь, ночь поможет тебе принять случившееся, — сказала она перед тем, как уйти. Шаги стихли, и тишина в комнате стала звенящей.
Лиззи перевернулась на живот. Как бы мама ни уговаривала, становиться в чьих-то руках марионеткой она не собиралась. Это не сделает никого счастливее! Для начала нужно попробовать поговорить с Остином, может, он сможет повлиять на свою мать? Ну а если нет… Помолвка — ещё не свадьба, и разбитое сердце никому из них не грозит. А что касается проблемы отца — она отыщет способ, чтобы его проект нашел отклики в сердцах горожан!
Ей надо было удержаться в газете, привлечь Макенну на свою сторону. Очередная статья про нападение на рамолку, почти полностью готовая, лежала на письменном столе. Лиззи собиралась подать ее завтра с утра, до того, как появится вечно опаздывающий Адам. И тогда посмотрим, чей материал Макенна возьмет в печать! Особенно если она добавит в новость изюминку. Например, то, что можно услышать только от свидетелей происшедшего.
Скорее бы Габриэль вернулся домой!
Не вытерпев, Лиззи соскользнула с кровати и подошла к окну. В пристройке для слуг ещё горели огни, а к дому, скрипя колесами, подъехал экипаж. Завидев на дорожке к дому долговязую фигуру брата и мощную — его друга Керна, Лиззи спряталась за штору. Для гостей было поздновато, но маги продолжали расследование, не глядя на время.
Интересно, что они накопали? Габриэль вряд ли поделится с ней результатами, как всегда, скажет, что дело слишком опасно и лучше ей не вмешиваться. Она без пяти минут замужняя дама, которой не пристало заниматься скандалами и убийствами. Можно подумать, что после слов священника у нее в голове перемкнет, и она вместо статей в газете начнет благочинно вышивать кошельки! Смешно.
Выглянув в коридор и убедившись, что за дверью ее никто не поджидает, Лиззи на цыпочках спустилась на первый этаж. Слуги по пути ей не встретились, как и домочадцы, хотя мимо комнаты родителей Лиззи кралась не дыша: дверь была приоткрыта, и слышался негромкий спор. Отец пытался ее защитить, поняла по обрывкам разговора Лиззи, и ощутила щемящее тепло: он всегда был на ее стороне. Правда, узнай папа, что любимая дочурка собралась подслушивать собственного брата, вряд ли продолжил говорить о ее взрослости и разумности!
Как назло, тетушка Вирджиния куда — то запропастилась. Сейчас помощь призраков пришлась бы кстати: они могли подслушать разговор магов без опаски. Но Вирджиния не откликнулась, а дедушка Альфред считал слишком низким подслушивать чужие беседы.