(Не) Моль для миллионера (СИ)

— Почему был?
— Ну как же…мы больше не вместе. Я теперь совершенно свободна, — сверкая глазами изрекает пышногрудая и склоняется ко мне ещё ближе.
— Больше ничего сказать не можете о бывшей сотруднице? — Через силу сдерживаюсь что бы не отшатнуться и старательно вежливо продолжаю разговор.
— Ну если более подробно, то живёт она на съёмной квартире, свою нажить мозгов видимо не хватило, меньше на мужиков нужно было тратиться. Из родителей у неё только мама. Непутёвая кстати, пропажа ваша, скорее всего в мать и пошла. Как умер отец Кати та мужиков каждые полгода меняла. Кошмар. На дочь у неё времени никогда не было. Бабке сбагрила ребёнка и довольна. Так что Катюшу старуха воспитывала, видимо не доглядела.
Трёп Марины вовремя прерывают чьи-то шаги. Девушка моментально группируется и сменившись в лице, отскакивает от меня на добрые пару шагов. Обернувшись, она с облегчением выдыхает и закатывает глаза.
— Ксения, не за чем так подкрадываться! Вы меня до жути напугали, я уж было решила кто-то грабить пришёл! — Визгливо проговаривает блондинка обмахиваясь рукой.
— Вам Виталий звонит, телефон в кабинете орёт уже минут десть, — сложив руки на груди выдаёт женщина и недовольно поджимает губы.
— Ах! — Вырывается у дамочки и её сносит ветром.
Бывший. Ну, конечно.
  
Глава 33
 
Шагаю к машине в глубокой задумчивости. Ясное дело, что сказанное Мариной по большей части клевета, но кое — что меня зацепило. Получается у Кати есть мать. Почему я ничего о ней не слышал. Она не упоминала о ней даже вскользь. Странно. Хотя судить о чём — то рано. Может они действительно не очень близки, раз Катю воспитывала бабушка. Но наличие близкого родственника усложняет дело. Из — за матери могут нарисоваться проблемы с переездом, чего я допустить не могу. Чешу затылок и хмурю лоб.
— Молодой человек! — слышу стук каблучков по асфальту и оборачиваюсь. Женщина, которую я видел в салоне перед уходом, спешит следом за мной. Её темно — каштановые кудряшки забавно подпрыгивают при беге, спорт точно не её конёк. Схватившись за сердце, она делает пару глубоких вдохов и расправляет плечи.
— Ух! Давно не бегала, лет двадцать точно, — обмахнувшись рукой она воровато косится по сторонам и заговорчески склоняется ко мне. — Я слышала вы Катюшей интересовались?
— Да, вот хотел на …
— Ох, хорошо, что вас догнала, — перебив меня она шумно выдыхает, смахивая упавший на лоб завитой локон. — Вы пожалуйста выбросьте из головы всё, что вам Мариночка Владимировна наговорила. Не правда всё это!
— Да? — выгибаю бровь и ухмыляюсь. Защитница нарисовалась. — А что именно?
— Про Виталия в основном. Это же она, Марина, разлучница. Обхаживала Катиного мужчину, а он и не против был. Давно они за её спиной крутили роман, а она, бедняжка, ничего не замечала. Доверчивая очень девочка, не видит в людях плохого. А я знала обо всём, все знали, но рассказать, сами понимаете, никто не отваживался. Виталий от Кати ушёл, да простит меня господь, и слава богу, ей такой не нужен, встретит ещё хорошего мужчину, ну и с Мариной у них не складывается. Всё ругаются и спорят, постоянно!
— Очень интересно. А Катя то сама, как на расставание с …Виталием отреагировала?
— Ну, самих слёз я не видела, и ругаться она не стала, когда с ними в салоне столкнулась, просто промолчала. Хотя переживала, по лицу было понятно. А как вы сами думаете? Пять лет всё — таки вместе! Хорошо бог детей не дал, такому как Виталик никто не нужен. А Катя всё переживала, что он о малыше и слушать не хочет, очень её это беспокоило. Понимаете у каждой женщины приходит время, когда хочется ребёнка, семью, а тут такое…ох!
— Семью значит хочет и детей, что ж, — у меня на губах расцветает улыбка.
— Ой, что это я тут разоткровенничалась с вами! А вы кто вообще? Молодой, красивый. Зачем вам наша Катя? Ох! Вы можете сказать, как она? У неё всё хорошо? — женщина огорченно вздыхает. — Если она не объявится через пару дней позвоню и отругаю. Думаю, дам ей время отойти, не буду звонить о Фрее и Маринке напоминать, но сердце уж очень болит за неё.
 
Наблюдая за болтушкой, расплываюсь в улыбке.
— Позвольте представится, Алексей Леонидович Лукъяненко, — протягиваю ей руку.
— Ох, как представился, — женщина восхищённо вскидывает брови и широко улыбаясь, подаёт руку в ответ. — Прямо миллионер, не меньше! — Она искренне смеётся и на щеках появляются милые ямочки.
— Вы очень проницательны, мадам! — киваю ей и легко пожимаю пухлую ладошку. — Как мне к вам обращаться?
— Ксения Андреевна, — отвечает собеседница и прищуривается. — Так кто же вы Алексей Леонидович? И зачем вам наша Катя?
— Я её будущий муж. И …можете не беспокоиться, с ней всё хорошо.
Ксения охает, всплеснув руками. На её глазах появляются слёзы радости.
— Господи, радость то какая. — Женщина в момент сгребает меня в свои объятия и ощутимо сдавив торс, отпускает. Сильная, а с виду не скажешь. Смахнув слезу, она одёргивает блузку и гордо вздёрнув подбородок смотрит в сторону салона.
— Пойду Мариночку Владимировну обрадую, что наша Катюша замуж за миллионера выходит. Пусть порадуется за «подругу», — чеканит она каждое слово с явным удовольствием и подмигнув мне, с важным видом, удаляется.
Проводив женщину немного удивлённым взглядом, спешу к машине. Никогда не перестану поражаться женской смекалке и продуманности.
Пора возвращаться к Кате. Хватит на сегодня расследований. Информацию я получил, всё что хотел разузнал. Остальное дело времени.
Екатерина Молина
Устроившись на мягком диване в зоне отдыха, уже двадцать минут печально смотрю на кофемашину. Кофе пью очень редко в основном чаи, но тут в одиночестве дожидаясь Лекса, приговорила уже две чашки. В пустом желудке булькает жидкость. Очень хочется есть.
Просверлив дыру в двери салона, переключаюсь на окно. Ничего интересного. Живот начинает отчаянно урчать. Вздыхаю. Ещё пять минут и я ухожу отсюда. На меня, итак, уже косо смотрят. Особенно админ. Я видимо с первого взгляда ей не понравилась. Интересно, дело во мне или Лёше? На него она смотрела с нескрываемой симпатией. Курица. Внутри просыпается ревность. Неприятное чувство. Пытаюсь успокоиться, но почему — то не отпускает. Со мной такое редко случается.
После процедур тело непривычно покалывает. Что они делали со мной никто объяснять в процессе не затруднился, но эффект меня немного поразил. Теперь на коже, кроме головы, конечно, ни одного волоска. Это странно и непривычно. Но раз это так необходимо для работы я не против. Меня массировали, натирали скрабами и кремами. Грели, морозили и всё заново. Потом постригли волосы, убрали треть длины и сделали укладку. Красиво кстати. Парикмахер оказалась просто душкой. Интересно, как на новую длину волос отреагирует Лекс. Снова кошусь на дверь. И что же мне делать? Ждать или нет? Достаю телефон и смотрю на экран. Позвонить? Нет, не стану донимать, если не приехал значит занят.
Поднимаюсь с дивана и поправив толстовку направляюсь к выходу. Чувствую спиной неприязненный взгляд админа. Может я накручиваю. Оборачиваюсь. Нет! Я правильно всё поняла. Девушка ухмыляется. Вот что я ей сделала? Тянусь рукой к дверной ручке, но не успеваю ухватится, она распахивается и появляется Лекс. Запыхавшийся и с огромными глазами.
— Лёша, — охаю я и тут же растягиваю губы в улыбке.
— Прости, прости, малыш! Застрял в пробке, — он сгребает меня в объятиях. — Давно ждёшь?
— Около часа, — пожимая плечами отвечаю я.
— Как?! У тебя всё расписано до пяти часов, время пятнадцать минут шестого!?
— Наверное мастера быстрее справились, — отвечаю и развожу руками.
Он бросает хмурый взгляд в сторону администраторши, которая минуту назад ухмылялась наблюдая, как я сижу в одиночестве.
— Значит, не досмотрели! — Громко возражает Лекс. — По какой причине моя девушка час просидела в зоне ожидания!? Если я не услышу более — менее внятных объяснений это заведение оплатит компенсацию за причинённые неудобства! — Его басистый голос эхом разносится по холлу. Вижу, как админ медленно бледнеет.