Лекарства Фронтира (СИ)

— Убить дракона! — Рявкнул Олег, который спешил к Доброславе как только мог, но все равно добежал до девушки не первым. Проявивший настоящие чудеса прыти Мурат несмотря на отчаянные вопли боли и беспорядочные конвульсвии уже перекатывал по земле туда-сюда то, что еще буквально пару секунд назад было молодой и полной сил прекрасной девушкой, сбивая вцепившиеся в её фигурку языки пламени. Первоначальный драконий огонь исчез в никуда, по счастью не забрав с собою свою жертву, однако зачарованный доспех кащенитки-изгнанницы спереди вспыхнул будто плетенка из соломы даже несмотря на то, что основной удар огня пришел на щит, ныне представляющий из себя не более чем раскаленные капли металла. И этот огонь все никак не угасал, даже будучи обильно присыпан землей. — Обезглавить! Бейте по щелям рядом с ошейниками, пока он в себя не пришел!
Олег смог заставить присыпанное землей пламя угаснуть, пусть и не без труда. Вцепившееся в металл и плоть пламя отчаянно не хотело угасать, но оно было лишь жалкими искорками настоящего драконьего дыхания, да вдобавок почти лишилось доступа к кислороду, а потому подчинилось воле и магии опытного пироманта. Чародей всем сердцем желал немедленно начать лечение горячей словно вытащенный из духовки пирог Доброславы, на которую он возложил руки, чтобы удобнее было накладывать заклинания, но если сибирский трехголовый дракон успел бы прийти в себя, то её подвиг обесценился бы в ту же секунду. А потому он просто вырубил чарами непрерывно кричащую от боли девушку, спасая ту от агонии в обожженном если не сказать полусгоревшем организме…И ауре. Даже беглый контакт с энергетическим телом кащенитки-изгнанницы, потребовавшийся чтобы надежно ту усыпить, выявил множество повреждений. И были они отнюдь не легкими, раз уж чародей заметил их моментально. Но вроде бы прямо сейчас его любовница не умирала, а это давало надежду, что позже можно будет все исправить. Или хотя бы минимизировать ущерб.
Двуручные клинки в руках окруживших неподвижное чудовище людей уже мелькали в воздухе с такой частотой, что буквально смазывались в одну единую темную полосу. И, разумеется, запасы энергии боевых артефактов щедро расходовались на то, чтобы придать их лезвиям дополнительные поражающие свойства. Стоило одному человеку ударить и убрать оружие готовясь к следующему замаху, как в то же место уже бил следующий двуручник. Окажись на месте драконьих шей деревья сравнимой толщины — их бы уже разрубили на отдельные чурочки, но плоть дальнего родственника легендарного Змея Горыныча была в разы крепче столетнего дуба, вплотную приближаясь по своим характеристикам к гранитному монолиту. Нет, чешуйки покорно разбивались и отлетали в стороны…Мясо надсекалось, а получившиеся разрезы углублялись с каждым мгновением…Брызгала темная, практически черная кровь…Но дело шло медленно, слишком медленно. Олег буквально чувствовал, как утекают мгновения, поскольку скоро ошейники перестанут парализовывать и пытать своего носителя, ведь как ни крепок дракон, но он все же живое существо и может умереть от болевого шока если хорошо постараться. И тогда людям очень повезет, если они вновь успеют убежать от взбешенного чудовища на безопасное расстояние.
— Давайте ему гляделки проткнем! — Предложил кто-то из бойцов, когда терзающая тело монстра дрожь стала потихоньку перетекать в рывки, сдвигающие головы и шеи дракона то туда, то сюда. Чудовище приходило в себя, и оно не могло не понимать, что с ним прямо сейчас пытаются сделать, даже если рехнулось давно и окончательно. — Так же намного проше будет! В глаз бить оно всегда того…Быстро, просто и с гарантией!
— На драконе не сработает, балда! — Ответил ему другой родственник Стефана. — Тебе чего, сказок в детстве не читали?! Даже если достанем до мозга, то раны монстра не убьют!
В русских народных сказках богатыри смахивали головы сибирским трехголовым драконам одну за другой отнюдь не из желания похвастаться удалью молодецкой. По-другому они просто не убивались или вернее убивались настолько медленно и неохотно, что даже у былинных воителей от усталости начинали руки опускаться. Пусть родня легендарного Змея Горыныча не являлась гидрами, регенерирующими с молниеносной скоростью практически любые травмы, но по части самоисцеления они отставали от своих греческих кузенов не сказать, чтобы сильно, на порядки превосходя драконов европейских или азиатских, не говоря уж об африканских, которые многими считались просто вивернами-переростками. Да, полностью лишенное головных мозгов могучее тело больше не представляло угрозы…Особенно если раны как следует прижечь, мешая нарастать новой плоти…Но если хоть от одной башки останется даже самая малость, то все остальное у сибирского трехголового дракона отрастет. Причем очень даже быстро, хорошо если за часы, а не за минуты.
 
— Бейте по разрезам не только мечами, но и чарами! Используйте боевые артефакты! Шкура дракона до дури устойчива к магии, но обнаженное мясо все-таки куда более уязвимо! — Олег сконцентрировал в руке заряд некроса и подал пример своим бойцам, подскочив к ближайшей ране на теле монстра. Чистая энергия смерти в таком количестве заставила бы человеческое тело не рассыпаться прахом, так сгнить, однако от силы лишь пара-тройки килограмм алой пульсирующей и норовящей срастись плоти чудовища покорно омертвела…И оказалась легко срезана следующим же ударом двуручника, который до этого лишь снимал относительно небольшую стружку с шеи сибирского трехголового дракона. — Закладывайте в раны динамит!
— Главное перебить позвонки и не давать им срастаться! — Поддержал его Мурат, уже махающий двуручным боевым молотом. Но он не пытался размозжить драконью шею, в обхвате вообще-то превышающую бывшего деревенского старосту, а на пару с кем-то из своих потомков забивал как можно глубже большое металлическое копье, удерживаемое другим бойцом. Одновременно с этим из карманов друида самостоятельно вылетала бурая пыль, щедрым ручейком втекающая в глубокую рану и видимо размягчающая там живую плоть прорастающими прямо сквозь неё короткими корешками. — Тогда эта ящерица уже никуда не денется! Даст себя добить и сдохнет как миленькая!
—Встает! — Раздался панический крик, когда движения чудовища приобрели пугающую целенаправленность. Дракон больше не трясся от боли, а пытался подняться…Но у него не получалось. Могучее тело пока еще плохо слушалось команд, и все четыре лапы подогнулись, не сумев оторвать брюхо от земли даже на жалкий метр, однако не приходилось сомневаться — явление это временное. Во всяком случае, зрачки в широко распахнутых глазах ящера уже отслеживали мельтешащих совсем рядом с головами людей, когти скребли по земле легко оставляя в той глубокие борозды, а жуткие пасти, в любую из которых группа могла бы втиснуться в полном составе, если бы избавилась от доспехов и немного потеснилась, вполне себе целенаправленно скалили клыки. — Бежим!
— Не дрейфить! — Олегу пришли в голову воспоминания о первом из по-настоящему могучих чудовищ, которое он поверг самолично. Ну или почти самолично, находящиеся тогда вместе с ним стрельцы по большому счету ничего скальному великану не сделали. — У кого остались гранаты и динамит?! Заложить ему в пасти! Контузим тварь!
Закладка взрывчатки заняла едва ли двадцать секунд, поскольку все кто мог пользоваться телекинезом или хоть чем-то подобным активно помогали процессу, а спустя полминуты подземный город один за другим огласили три взрыва. Не слишком-то и громких, по правде говоря, но это в основном потому, что звук и ударная волна так и остались внутри драконьих пастей, а наружу вместе с выбитыми зубами и ошметками языков вылетели лишь жалкие отголоски пущенной в дело мощи. И это сработало не хуже, чем удар многопудовой богатырской палицы по темечку! Толком так и не пришедшее в себя чудовище снова плюхнулось на пузо, и какое-то время даже не шевелилось, покорно разрешая представителям человечества себя терзать…Правда, потом опять задергалось. Не то инстинкты брали свое даже без вмешательства мозгов, не то взрывчатки оказалось маловато, дабы внутренний взрыв отправил сибирского трехголового в глубокий нокаут. Но для попыток спасения собственной жизни ящеру уже оказалось немного поздно.