Пробуждение Силы. Том II (СИ)

Кинжалы и мечи, сделанные из костей, а также их острые обломки устремляются ко мне смертельными снарядами. Крепче камня укрепляет мои руки, а Лёгкий шаг ускоряет передвижение. Скольжу, уворачиваясь и отбиваясь от атак, и стараюсь сбить чужое оружие, не касаясь его острых частей. Не всегда выходит. Даже укреплённая техникой кожа получает мелкие и глубокие порезы, которые сразу начинают кровоточить.
Расстояние до цели сокращается. Обезумевший практик продолжает взмахивать руками, как паук, отправляя в мою сторону новые залпы. Плотность снарядов возрастает. На поле боя нет укрытий, так что приходится принимать урон на предплечья, чтобы подобраться к нему поближе.
Сердце колотится, выбивая вдохновляющий ритм не хуже барабана. Ки разгоняется до предела, кажется, что по венам бежит жидкий огонь. Кровавый туман накрывает противника, когда я уже совсем рядом.
Бью наугад, скользя по алым лужам и ломая ногами кости. Мой выпад проходит мимо, на долю секунды разогнав дымку. Практик сидит в той же позе, но уже в другом месте и продолжает нескончаемый обстрел! Падаль эдакая!
Попытки достать его в рукопашном поединке проваливаются раз за разом. Мешает туман, демоны его забери. Моя одежда превращается в кровавые лохмотья, а раны и не думают закрываться.
На бегу достаю верёвку из рюкзака. Секунды уходят на то, чтобы связать петлю. Выжидаю момент, когда снаряды пролетают мимо, врезаясь в каменные стены пещеры. Приближаюсь, пока цель ещё отчетливо видна в клубящемся тумане. Бросок, и аркан опутывает чужую шею. Дёргаю изо всех сил, но он ловко хватает один из парящих клинков и мгновенно перерезает натянутую верёвку.
— Неплохая попытка, — врывается в мозг ехидный голос.
Запас ещё есть. Быстро плету новую петлю, обдумывая следующий ход. Он отдаляется всё дальше, станет сложнее попасть. Я подмечаю закономерности в поведении врага. Тот неподвижно сидит в центре, но как именно он видит — загадка. Глаза закрыты багровой плёнкой. Всё дело в этом проклятом тумане⁈
Я загоняю его обратно в центр и обхожу со спины. Выдержав нужное расстояние для броска, швыряю аркан. Тот летит в цель, опутывая шею жертвы. Резкий рывок — я ощущаю мощное сопротивление, будто дёргаю ожившую статую. Несколько клинков срезают верёвку, и туман вновь скрывает добычу.
— Какая упрямая жертва мне досталась! — раздаётся довольный голос, эхом отражаясь от сводов пещеры.
По крайней мере упырь убрался из моей головы.
Клубы пара сгущаются, пропитанные неестественным ужасом. На меня накатывает волна чужих голосов и криков, будто все погибшие здесь заговорили разом, делясь видениями своей смерти. Обрывки образов застилают глаза. Жертвы обезумевшего практика требуют справедливости.
Пока разум затуманен видениями, град снарядов усиливается в разы. Лезвия впиваются со всех сторон, закручиваясь смертельным вихрем. Приходится отступать к выходу — здесь слишком опасно.
— Раз ты хищник, догоняй свою добычу! — кричу что есть мочи и выбегаю наружу.
В ответ — лишь безумный громогласный смех, полный азарта. Уловка сработала.
Лёгким шагом мчусь к лесу, продолжая отражать атаки. В этом водовороте смерти появляется новый отвратительный звук — хлюпанье и чавканье позади. Оно настигает меня.
Я мысленно прошу прощения у деревьев, вытягивая из них частицы жизненной энергии. Без этого мне не выстоять. Молчаливые хранители леса щедро делятся силой со мной, ощутив беду.
— Не уйдёшь! — раздаётся позади злорадный вопль.
Над моей головой с криками взмывает ввысь стая чёрных птиц. Это вестницы смерти почуяли близкий пир. Вороны, всегда чуют скорую поживу. Не дождётесь!
На четвереньках подобно зверю практик вырывается наружу. Могучий медведь перед выползшей из норы чудищем.
— Путь многогранен, но то, что сотворил ты, это настоящая гнусь и мерзость. Такая падаль недостойна жизни, и сегодня я её оборву.
Стараюсь говорить спокойно, не позволяя эмоциям возобладать, но ярость всё равно прорывается в голосе пылающими крупицами.
Мой родной дом, как всегда благосклонен с частицами жизненной энергии я впитал немного воспоминаний этих мест. Не могу позволить ему осквернять родные края.
 
Туман вокруг врага рассеивается, опадая на землю багряным саваном. Практик сокращает дистанцию одним гигантским прыжком. Я едва успеваю отскочить от роя костяных снарядов. Ублюдок отскакивает от дерева не хуже обезьян-учжицу, тут же меняя направление, ощетинившись лезвиями.
— Мой!
Мой кулак вбивает врага в землю, приходится попутно принять в себя несколько глубоких болезненных уколов. Пара кинжалов застревают в руках, обломок кости — в ноге. Оттолкнувшись руками он тут же лягает меня, отправляя в полёт. В воздухе на меня слетается веер снарядов — почти невозможно увернуться. Лезвия рвут одежду, впиваются в плоть. Крови течёт немного. Сила леса пока со мной.
Приземляюсь, а он уже мчится в атаку с четверенек, выбросив кулак мне в подбородок. Хватаю его тонкое, но нечеловечески прочное тело. Пальцы смыкаются на горле изо всех сил, но это будто камень пытаться перетереть в руке.
Он бьётся змеёй, складываясь почти вдвое, и ударом ног отшвыривает нас в разные стороны. Практик влетает спиной в ствол, раскалывая его надвое. Я скольжу по изрезанной земле, пока нога не налетает на торчащую кость, тормозя меня.
Он загоняет меня обратно в свой туман. Клубы скрывают чудовище, и я ощущаю его жажду крови раньше, чем Ки. Она гораздо сильнее.
Сзади! Резко разворачиваюсь на звук и бью изо со всей мощи — так, что мог бы раздробить гранит. Однако враг лишь шатается. Не обращаю внимания на атакующую мелочь вокруг — некогда. Монстр сжимает два клинка и вертит ими быстрее, чем Ямато шинкует овощи.
Удар, отскок, пируэт в сторону. Лёгким шагом я проскальзываю ему за спину. Сложив руки в замок, молотом крушу его голову. Враг падает, но тут же выбрасывает ноги в ответ. Уклоняюсь, вминая его в землю. Слышен лёгкий хруст — на корке треснули первые бронированные пластины. Тело уходит вглубь под моим напором.
Ударз за ударом я вколачиваю его всё глубже, а в голове взрывается безумный смех:
— Да! Давай повеселимся мальчишка! Упоение боем для тебя и меня!..
Корка начинает рассыпаться, из-под неё хлещет кровь, заливая яму и поглощая тело адепта. Пытаюсь ухватить, но не чувствую своей цели. Яма стала ещё глубже. Пальцы вцепляются в моё запястье, дёргая за собой. Сопротивляюсь изо всех сил, едва успев глотнуть воздуха перед погружением. Мышцы спины трещат от напряжения, разгибаюсь, но хватка вдруг ослабевает. Я чуть не заваливаюсь назад от неожиданности.
Туман рассеивается в нескольких местах. Число атакующих костяных снарядов падает. Пока цель не видна, отбиваюсь от них, точно от назойливых насекомых. Не так уж тебе легко сражаться на моей територии! Лес придаёт сил, его энергия течёт по жилам. Я жадно вдыхаю бодрящий аромат цветов и деревьев сквозь мерзкий запах кровавого тумана.
Враг возникает справа — и тут же вылетает, будто арбалетный болт. Короткий размен ударами, и снова его заглатывает хмарь. Падаль предпочитает держать дистанцию, несмотря на мои попытки втянуть его в ближний бой. Уступает, опасается. Верно. Бойся, ублюдок! Бойся!
Новое нападение со спины. Ухожу в сторону рывком, вминая его в липкую жижу. Вокруг врага разливаются алые ручьи — наша арена всё больше напоминает болото.
Главная проблема для меня — это его скорость, прочность и ускользание в тумане. Любой другой давно бы сломался под моим натиском. Однако этот размен слишком затягивается. Противник всё чаще уходит от рукопашной, поднимая в воздух всё больше костяных снарядов.
Я постепенно сбиваю с врага защитную корку. Кусок за куском оголяется кровоточащая плоть. Стараюсь успокоить дыхание, усилить циркуляцию энергии, но чувствую, силы неумолимо убывают. Мелкие и глубокие кровотечения по всему телу усиливаются.
Я мысленно взываю к лесу о помощи. И ощущаю отклик, слабый пока, но отзывающийся где-то в глубине.