Успей поймать любовь (СИ)

— Здорово, — она меня внимательно разглядывала. — Почему Максимочка говорил, что ты скучная и неинтересная.
— Как я в постели? — поинтересовалась
— Бревно, — доложила мне девушка, и я ей ещё вина налила. И себе побольше, потому что выдержать такое на трезвую голову невозможно.
Бревно… Я ему покажу бревно!
Никогда не думала, что мой муж может такие вещи обсуждать с посторонними людьми. Хотя какая Юля нам посторонняя. Своя!
— Ты Максиму готовить не будешь? — я посыпала мясо специями, поджарила до золотистой корочки. Такой аромат на всю кухню стоял, слюнки потекли. И не только у меня.
— Мама приедет, приготовит. Я на диете.
— А я нет, — выпила вина, и стало мне легко и даже немного свободно. — Надо бы подкраситься к приезду гостей.
— Хочешь? У меня косметика классная есть, Максимочка купил.
Отвернулась от неё.
Нужно было что-то сделать… Ещё выпить.
Она не умеет готовить. Думать тоже. Внешность полностью искусственная. Не думаю, что я в постели хуже.
Что-то тут не так, Максим Петрович.
Ох, кто знает этих мужиков. Печаль.
Где произошла ошибка?
Задумчиво посмотрела на верхние ящики. Мне подарков муж не дарил два года, как появилась юная любовница.
Но почему она появилась?
Я не бревно, это он сгоряча сказал. У нас просто давно ничего не было. Всю свою энергию на работе выбрасывала… Нет, вначале всё было хорошо, а потом уже стала работать как бешеная.
Думала, что ребёнок мог бы спасти брак. Как хорошо, что я не родила от такого, как Макс.
Юля притащила косметичку как самое ценное в её жизни. Показывала мне восхищённо тушь и помады.
Я взяла аккуратное зеркальце в золотистой оправе и посмотрела на себя. От вина появился румянец, глаза блестели. Облизнула губы и стала подкрашивать ресницы. Может, действительно дело во мне, а не в мужчине. Но это уже неважно.
Дверь открыли. Юля побежала встречать маму с папой. А я продолжила краситься.
Макс заглянул в кухню. Злобно так смотрел, как будто я его Юлю жарила. Глянула на него в отражение зеркальца и вернулась к туши на ресницах. Он видный мужчина. Высокий, не то чтобы симпатичный, просто так себя умеет подать: красиво одевается, неразговорчив, серьёзен. Вот начальником отдела стал, всё у него новое: и работа, и одежда, и жена.
Какая-то бабка с котомками на моём столе вытаскивала консервы, мужчина здоровался. Мамаша у Юли — блондинка, видимо, некрашеная, а папа — уже седой высокий старик
Они не знали, что Максим многоженец, Юля представила меня как сестру Макса. И подмигивала, подмигивала чутка поддатая.
То есть мало того, что мы врали своим родителям, ещё и родители несчастной секретутки были втянуты в это коварство.
Вот вам и солидный мужчина Максим Петрович, избегает осуждения старших всеми путями.
Расчёт шёл на то, что я подыграю.
А если нет?
То я бы стала персоной нон грата в этой чужой семье, но в собственной квартире. Они бы собрались всей толпой и громко обсуждали, какая я стерва. Хоть беги из дома.
А так, сестра!
Это же другой разговор, меня даже в щёки целовали и рассматривали во все глаза. Максим русый и сероглазый, а я тёмненькая. Ничего не сказали, мало ли на кого мы похожи с «братиком».
Смех брал от абсурдности всей ситуации.
Звонок в дверь, и я, выключив газ, собрала три коробочки с подарками. Две сунула тётке с дядькой, даже не запомнила их имена.. Третий для гостя, которому побежала открывать.
***
С Ксюхой я познакомилась в университете. Она не окончила его, потому что забеременела три раза подряд, а я не потянула. Ушла работать. Всё думала, оплачу себе заочное обучение, но мой третий курс так и плакал, потому что, когда пошли «живые» деньги, на учёбу тратиться не хотелось вовсе. А там и любовь подоспела, и не до этого было.
О семье Ксюши я знала немного. Младший брат оболтус: два раза поступал, а потом куда-то всей семьёй его запихнули. У Ксюши четыре тётушки и родители недалеко живут. А вот о старшем брате было упомянуто вскользь. Это сводный брат: сын отца от первого брака.
Ксюша с ним не общалась плотно, он, вроде, спортсмен.
 
И, похоже, в тяжелой категории.
Пашенька был выше меня на голову, это не считая того, что на моих сабо каблук.
Я кашлянула, подняв на мужчину глаза.
Зимняя одежда делала его габаритным, а русая щетина и шапка-ушанка каким-то дремучим. На медведя не похож, потому что острые скулы и лицо немного изнеможённое.
Невероятный взгляд серо-голубых глаз не то чтобы сердитый, скорее глубокий и серьёзный из-под широких бровей.
И губы…
В чётком контуре, пухлые. Меньше, конечно, чем вареники Юли, но видно, что мягкие и манящие. Прямой нос, правильные черты лица.
Да он красив чертовски!
Успей поймать момент, Веля!
Он улыбнулся и вручил мне букет чудесных цветов.
Опытный взгляд оценил обстановку. Обручального кольца не было. Но у меня тоже, а я ещё не получила свидетельство о расторжении брака. Не хотелось бы разрушать чью-то любовь, это удел овец вроде Юли.
Рукой погладила холодную одежду мужчины, и улыбчивый Павел наклонился. Само собой получилось чмокнуть его в щёку, остался «кровавый» след от Юлькиной помады на его скуле. Приподняла песцовое ухо шапки и шепнула:
— Ты женат?
Серо-голубые глаза с интересом блеснули, Паша отрицательно качнул головой.
Пахло от него настоящим мужиком. Одеждой грубой, парфюмом и потом. И это всё наложилось на винишко, что я выпила, и такое странное чувство появилось, словно я девчонка на выпускном в школе.
Игривость, лёгкость.
— Тогда подыграй мне. Будешь моим женихом, — еле слышно добавила я и отпрянула, понюхав букетик.
Очень хотелось, чтобы этот Паша сумел помочь мне немного расслабиться. Смотрел на меня так внимательно, с лёгкой ухмылкой на лице.
Доброе семейство столпилось в прихожей.
— Познакомьтесь, это Павлик — мой жених и любовник.
Тётка с дядькой хохотнули, Юленька от радости даже в ладоши хлопнула.
У Максима отвисла челюсть.
Насколько я готова к такому спектаклю?
Я не такая…
Максим был у меня не первым, но самым любимым. Я боялась его чем-то оскорбить, спровоцировать, вызывать ревность. И сейчас вино боролось с правильной Эвелиной, которой нельзя такое позволять не то чтобы на глазах у мужа, а вообще.
Сладкая месть.
Максим сошёл с лица, блеснули злобой его глаза. Именно в таком состоянии он швырял в меня тарелки и кричал, что невкусно готовлю. Это случалось редко, возможно, поэтому я не хотела с ним расставаться.
Странно… А ведь я терпела эмоционального насильника. Как же я раньше этого не замечала? Что же за морок нападает на женщин, что они перестают быть людьми и превращаются в покорных зверюшек?
Вроде опьянела, а трезво посмотрела на последние два года своей жизни.
Ничего себе винишко!
Ничего себе Павлик!
А что, если его не просто в своей комнате спать уложить, а ещё и рядом с собой?
Почему нет?
Макс ведь так смотрит!
У бывшего глаза кровью налились. Вот чего ему не хватало в жизни. Соперника. В таком случае наш брак в прошлом окончательно. Я серьёзно не люблю метаться, мне один мужчина нужен, а флиртовать, чтобы у Максима адреналин в крови играл — не моё.
Но, что я всё о нём и о нём. Ему плевать на меня, у Макса девочка на десять лет младше. Не нужна я бывшему. И то, что он побледнел, зубы стиснул и отошёл в тень коридора, ничего не значило.
Просто нужно было принять, что ничего не вернуть. И если играть, то только в своё удовольствие.
— Так как комнату папа с мамой заняли, Паша будет спать со мной. Да, Паша? — улыбалась я.
— Да, — грубым басом ответил Пашенька и со всего маха шибанул меня по заднице широченной ладонью.
Я охнула, ахнула и ошарашенно рассмеялась.
Незнакомый мужчина вроде принял игру. Мигом вжился в роль. Сумку свою спортивную кинул у полки с обувью и стал снимать свою одежду. Шапку положил наверх, куртку снял. Под ней серый свитер в обтяжку.