Полёт феникса (СИ)

Она так и уснула в его объятьях, а утром проснулась у него плече. Эллис приподняла голову и столкнулась с его мягким насмешливым взглядом:
— Какая у нас с тобой крепкая дружба получилась, Эллис! — усмехаясь, проговорил он.
— Не надо думать, что я так дружу. Я этого не хотела — это ты виноват, — смущенно проговорила она, улыбаясь ему искрящимися глазами.
— Ага, я заметил, что ты этого совершенно не хотела, просто по сумасшедшему занималась со мной любовью, а так не хотела, нет, — засмеялся Рэй. — Только вот гипноз в этот раз я забыл применить, скорее это ты применила свой. Я бы очень расстроился, если бы ты так дружила со всеми. Нет, я бы озверел! Но для меня пока нет названия на вашем языке и в твоём лексиконе. Ни друг, ни враг, а как, Эллис? — продолжал он улыбаться, не пряча того, что доволен. — Я давно ждал, когда ты сменишь гнев на милость, но мне нужно всё или ничего. Меня не устроят подачки, которые будут зависеть от твоих порывов. Я уже боюсь тебя и в то же время не могу без тебя. А теперь мне надо идти. Бедный Яяс до сих пор ждёт меня на космодроме, он меня не поймёт. Я улажу свои дела и прилечу. Тану я пока оставляю, а ты жди меня и не дружи так больше ни с кем. Пожалеешь!!!
Эллис напустила на себя возмущенный вид и встала. Закутавшись в одеяло, она подошла к зеркалу и посмотрела на своё лицо с распухшими губами.
  
Глава 30
 
Эллис до сих пор не могла понять, что же такое с ними происходит, откуда вдруг вспыхнуло это чувство? Ясно было одно, что Рэй теперь для неё больше чем друг, и к своему стыду она совсем не жалела о том, что произошло сегодня ночью. Но её мучило то, что ни она, ни Рэй ни слова не говорили о любви, а ведь для неё секс без любви принципиально не существовал. Иногда ей правда казалось, что она видит отражение чувства в его глазах, а иногда она видела отражение в них прежнего жесткого Рэя. Эллис и сама не знала, что чувствует к нему, она пыталась это чувство как-то описать для себя, но не смогла. А уж тем более она не собиралась никому рассказывать о том, какие у них с Рэем произошли перемены в отношениях, до тех пор, пока не разберется в себе. Даже своей самой близкой подруге Джуди, она впервые не рассказала о том, что её тревожит.
Через две недели Рэй вернулся снова. А Эллис до сих пор сомневалась и путалась в своих эмоциях. Он пришел ночью, застав детей и её уже спящими. Рэй осторожно разбудил её и внимательно заглянул в глаза.
— Привет, Эллис. Как ты?
— Рэй! …Мы сегодня тебя не ждали, почему ты так поздно? И почему ты так на меня смотришь? — сонно моргая глазами, пробормотала Эллис, потянувшись к нему, чтобы обнять.
— Подожди, кажется, я уже знаю что случилось. Посиди спокойно, не шевелись, — серьёзно бросил он. Рэй закрыл глаза и положил ей руку на живот, молча, прислушиваясь к биению её сердца. Эллис вопросительно смотрела на него и послушно не шевелилась.
— Ну, вот опять! — улыбнулся Рэй. — Если так будет получаться каждый раз, я стану самым многодетным отцом во вселенной!
Эллис убрала его руку и села в кровати, глядя на него округлившимися глазами:
— Этого не может быть! Ты уверен?
— На все сто, я чувствую импульс своего ребёнка, который ещё в зародыше. М-м-м да, ну что ж, значит так надо, как говорит твоя странноватая подруга Джуди: «на всё воля господа». Тогда мы поговорим серьёзно с тобой прямо сейчас! Эллис, попытайся меня спокойно выслушать и понять. Хорошо? Это зачатие для меня незапланированное, но тем не менее это приятный сюрприз, если бы я и хотел иметь ещё детей, то только от тебя. Сейчас от твоего ответа будет зависеть наша с тобой жизнь и судьба наших детей. Для меня так же принципиально чтобы ребёнок родился на Яшвре, как для тебя услышать от меня нужные слова. Да, я никогда не говорил, что люблю тебя, потому что ты всегда ставила под сомнения сказанное мною. Я считал, если ты сможешь увидеть это сама, то обязательно увидишь и без слов, кажется, было достаточно признаков, просто слова «любовь» нет в яшварском языке, мне трудно выразить это словами, но та половина землянина, которая живет во мне, научила того яшвара который тоже во мне — любить тебя и всё, что связано с тобой тоже. Решай сама — или ты согласна принять всё как есть, не сопротивляясь этому чувству или я, так же как и в прошлый раз заберу будущего ребёнка, Тану и ты никогда нас больше не увидишь, как бы больно нам обоим ни было, я тебе обещаю. Нельзя вечно мучаться в сомнениях, давать надежду, потом отбирать её, или ты со мной навсегда или ты свободна, как ветер. Даю тебе десять минут на размышления, и я не уступлю тебе так и знай!
 
Эллис выслушала его в полном изумлении. И без того большие глаза расширились от смешанных чувств страха и удивления, с какой жёсткостью в голосе он это сказал, она даже не сомневалась в том что он поступит, так как заявил. Эллис молча встала с кровати, прошла мимо ожидающего Рэя и остановилась у окна. Она смотрела на спящий город, на миллионы огоньков в темной ночи и думала. Воспоминания больно давили в виски, в памяти мелькали события и лица. После долгого размышления она тихо произнесла, не оборачиваясь:
— А ты сможешь любить меня всю жизнь? Я приношу людям несчастье.
— Глупая … ты делаешь их счастливыми, несчастье им приносит наше сумасшедшее время. Я буду любить тебя всю жизнь, не зависимо от того останешься ты со мной или мы больше не увидим друг друга. Карл сказал мне, что в моей жизни по-настоящему будет только одна женщина и это ты, — тихо проговорил Рэй.
— Хорошо, я согласна. Из двух зол я выбираю меньшую.
— Нет, так не пойдет! — резко ответил Рэй, подходя к ней ближе. — Я не хочу, чтобы меня считали навязанным злом!
— Да нет же! — Эллис повернулась к нему и посмотрела на него полными слёз глазами. — Ты не зло для меня, оказывается, я хочу быть с тобой, с моими детьми, но я не хочу жить на Яшвре.
Рэй усмехнулся и обнял её:
— Только не надо говорить, что тебя ничего не связывает с яшварами, — с тихим стоном он поцеловал её в шею и продолжил. — Ты поедешь туда позже, не обязательно пока всё время жить на Яшвре, если ты не хочешь. Просто мы будем редко видеться, мне же всё равно придётся мотаться туда-сюда. Но ребёнок должен родиться там. Иди сюда, я тебе что-то дам.
Он подвел её к свету и снял со своей шеи необычную платиновую цепочку с массивным кулоном. Каждое звено цепочки имело свою форму в виде замысловатого иероглифа. Получалось, что если расположить эту цепочку в длину — получится какая-то древняя фраза на яшварском языке. Кулон представлял собою герб, который она уже видела у Рэя.
— Ты не должна этого снимать, храни его. Это пристоли — символ власти моего клана, — надел он ей это на шею.
Эллис положила руки ему на плечи, заглянув в его ироничные стальные глаза:
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Рэй, что же будет дальше?
— Не знаю, пусть это тебя не волнует. Всё сложится как нельзя лучше, верь мне. Пока ты будешь жить с детьми здесь, а я буду иногда прилетать на Землю. Наши и ваши правители никак не могут уладить вопросы мирного договора, то что-то не нравится землянам, то всё не нравится яшварам. Сейчас я сильно занят, у меня возникли небольшие проблемы, поэтому не очень переживай, если меня вдруг долго не будет. Ты ведь будешь себя беречь, детка?
— Почему ты упорно не хочешь мне рассказать, что у тебя случилось?
— Не хочу тебя пугать, ты только знай, что всё уладится, об остальном не думай. Где-то через полгода я заберу вас.
 
— И Ника? — с тревогой спросила Эллис.
— Конечно и Ника. Я не делаю между ними разницы, в нём ведь моя родная кровь, а ты поменьше сомневайся, поменьше слушай свой беспокойный ум. Только … о будущем ребёнке лучше пока никому не говорить, так будет спокойнее. Сейчас я уязвим из-за моих наследников, я не хочу, чтобы пострадали мои дети. Из-за этого я даже не могу предложить тебе выйти за меня замуж. Ты уж прости, — мягко проговорил Рэй с медленно темнеющими глазами.