В объятиях Чудовища (СИ)

Я с опаской подошла к окну, оно выходило на центральный двор, куда только что въехала черная машина.
* * *
- Ты ее должен прикончить! Она ни тебе, ни нашей семье уж точно не нужна! – рявкнул Леон.
- Нет! – твёрдо ответил я. – Девочку никто не тронет!
- Маркус! – старший брат угрожающе посмотрел на меня. – Твоя ненависть, твоя жажда отмщения уже перешли все мыслимые границы. Я тебя не поддерживал в жажде отомстить Марино. И сейчас не поддерживаю. Не нужно рыть себе яму.
- Дело не в мести, - я устало потёр переносицу.
- А в чем? – Леон поджал губы. – Я тоже скорблю по нашей сестре, брат. Мне тоже больно, что она отправилась к нашим предкам в таком юном возрасте. Но мы не можем бросаться на всех подряд, будто вшивые псы! Я тебе говорил, чтобы ты не ввязывался в это дерьмо. Ты сделал по-своему. Алекс Марино тебя обставил. А ты остался со своей несовершенной местью и девкой, которую ее же дядя публично похоронил. Поэтому выход только один – прикончить ее и забыть обо всей этой истории.
- Ее никто не тронет, - рыкнул я и саданул кулаком по дубовому письменному столу. – Она – моя.
- Ты ведь не дикое животное, которое стремится защитить свою самку, - Леон едва заметно ухмыльнулся. – Люди действуют иначе. К тому же, у тебя уже есть невеста. Не уверен, что ей понравится присутствие другой женщины.
- Невесту мне эту навязала семья и ты это знаешь.
- Брак – отличный инструмент для обретения полезных связей и нужной поддержки, - напомнил брат.
- Ты говоришь, как наш отец, - я упал в свое кресло.
- И он был прав в каждом своем слове. Маркус, ты не хуже меня знаешь, что ей здесь не место. Либо отправь ее обратно к дяде, либо убей. Но я всё же склоняюсь ко второму варианту. Члены нашей семьи не примут девку. Она – ребенок наших врагов. Можешь увезти ее, но за ней будут охотиться, потому что такой лакомый кусок остался без присмотра.
- Она не нужна своей семье, - севшим голосом произнес я.
- Разбираться не станут: нужна она или нет. Попользуют и всё равно убьют. Для нее выхода нет. Ты сам ее к этому подвёл.
Леон был прав в каждом своем слове и это выкручивало наизнанку мои мозги. Я хотел мести, хотел смерти, хотел боли для проклятой семейки Марино. А по итогу… По итогу загнал и себя, и Марию-Луизу в ловушку. Почему я не могу ее убить? Я бесчисленное количество раз убивал людей. Не раздумывая и не колеблясь. А тут какую-то девку пристрелить не могу, потому что… Потому что, что? Не знаю. Жаль мне ее.
- У меня есть план, - заявил я и помассировал переносицу.
- И какой же? – Леон скрестил руки на груди.
- Я женюсь на ней. Она станет моей женой, частью моей семьи, а значит, никто из наших тронуть ее точно не сможет.
- Ты сошел с ума, Маркус.
  
Глава 10.
 
Я искусала себе все губы, пока ожидала неизвестности. Обхватив себя руками, чтобы окончательно не развалиться на ошмётки, я ходила туда-сюда и никак не могла найти, куда бы приткнуться.
Вдруг послышались шаги. Я тут же замерла и напряженно посмотрела на входную дверь. Шел Маркус. Его шаги я ни с какими другими уж точно не спутаю. Он молча вошел в спальню, просканировал меня непроницаемым взглядом. Я вытянулась как струна, потому что взгляд Маркуса сродни дулу пистолета, направленному прямо в сердце.
Паника и страх ширились внутри меня, и я уже никак не могла их удержать. Они рвались наружу. Я не понимала, что происходит. Не знала, что со мной будет завтра. Понятия не имела, чего от меня хочет проклятый Маркус Герра. Обломки моей жизни, на которых я жила после гибели родителей, превратились в труху. Я теперь никто. У меня нет ничего. Нет ни единого близкого человека. Меня будто поместили в пустоту. Тёмную и холодную.
Маркус шагнул в мою сторону, а я тут же испуганно отступила назад, и вся съёжилась. Он застыл на месте.
- Завтра мы поженимся, - после длительного молчания вдруг заявил Маркус.
Мои глаза удивленно расширились. Я вскинула голову и натолкнулась на непроницаемый немигающий взгляд черных глаз.
 
- Что? – сорвалось с моих губ едва слышно.
- Тебе нужна защита, - Маркус потёр переносицу и сел на край кровати.
- Почему просто не прикончишь? – я больно впилась пальцами в собственные плечи. – Разве… Разве не ради этого ты меня украл?
- Я не могу тебя убить, - процедил он сквозь зубы. – Не могу.
- Почему?
- Ты этого не заслужила.
Я прижалась спиной к стене, потому что ноги вдруг стали слабыми. Голова шла кругом.
- За что? – единственное, что спросила я.
- Мою младшую сестру – Анабель убили. Убили меньше года назад. Убил кто-то из твоей семьи. Я хотел отмщения. Буквально жил им. Вынашивал план. Посчитал, что убить тебя будет равной ценой за смерть моей сестры. Я желал, чтобы твоя семья страдала. Я желал, чтобы страдала ты, но… Я допустил огромную ошибку.
Я сглотнула комок в горле и втянула воздух, потому что не дышала, пока слушала Маркуса.
- Ты понял, что дядя плевать хотел на меня и поэтому отказался от задуманного? – каждое слово давалось мне с огромным трудом, но я должна была узнать всю правду.
- Я понял, что не хочу тебя убивать значительно раньше. Еще в саду, - Маркус смотрел перед собой. – Но ненависть и злость были куда сильней рассудка. Ты оказалась первой, на кого у меня не поднялась рука. А когда стало понятно, что ты не нужна своим, то всё лишь усугубилось. Когда увидел тех ублюдков, посланных твоим дядей, думал, с ума сойду от гнева.
- Я… Мне… Мне страшно, - всхлипнув, призналась я. – Мне страшно. Я боюсь тебя. Очень боюсь. Я жить хочу, Маркус. Я просто хочу жить, потому что до этого момента мое существование вряд ли можно было назвать настоящей жизнью, - по щекам скользнули предательские слёзы. – Разве… Разве я не заслужила просто жить? Родители погибли. Дядя муштровал меня, как кобылу. Ни друзей, ни любви, ни ласки. Ничего. Дядя меня в вечном страхе держал. Я как кукла. Фарфоровая кукла, которой все играются. И которой теперь играешься ты. Мне жаль, - давясь слезами, лихорадочно говорила я. – Мне жаль твою сестру. Мне жаль, что это с ней сделала моя семья. Мне понятна твоя боль, потому что я потеряла родителей. Я была маленькой, но ту боль никогда не забуду. Она всё еще живет во мне. Но я борюсь с ней. Борюсь, потому что иначе никак. Убийство – не выход.
Маркус резко встал с кровати и вплотную подошел ко мне. Я подумала… Подумала, что он сейчас либо убьет меня, либо ударит, чтобы я заткнулась. Но он… Он резко и сильно прижал одной рукой к своей груди. Я носом уткнулась в его твёрдую ключицу и последний предохранитель, что сдерживал порыв моих эмоций окончательно вышел из строя. Я расплакалась. В голос. До хрипоты.
Я плакала, потому что мне было страшно. Плакала, потому что вспомнила о родителях. Я столько лет всё хранила внутри себя. Заталкивала куда-то глубоко в душу и старалась ни о чем не думать. Когда не думаешь, всегда проще. Блокировала эмоции. Во всяком случае, пыталась.
Но то, что произошло со мной за последние несколько недель быстро и грубо вырвало все предохранители. Сорвало черную ширму и заставило посмотреть на реальность. Она была уродливой. Я не сдержалась, потому что уж не было никаких сил молча всё это выносить. Но я никак не ожидала, что буду рыдать на плече у Чудовища. Разве так должно быть?
- Для общественности ты умерла. Твой дядя об этом хорошо позаботился. Поэтому сейчас никто не должен узнать правду, потому что возникнут страшные последствия. Я смогу тебя защитить, но лишь в том случае, если ты станешь частью моей семьи. Иначе никак, - прошептал мне на ухо Маркус, опустив ладонь на мой затылок. – Твой дядя вряд ли хочет стать посмешищем и не смирится с тем, что ты жива.
Я посмотрела на Маркуса. Он был так близко. Я слышала его немного учащенное дыхание и видела всю тьму в черных глазах. Она пугала. Очень.
- Те подонки, они не тронули тебя, - проговорил Маркус.