Стать драконом (ЛП)

«Только не в мою смену».
Брэнд принадлежит ей, и она сделает всё, чтобы он был в безопасности. Точно так же, как он делает всё возможное, чтобы защитить её. Он пришёл ей на помощь, как рыцарь древности. И не подозревал, что Эйми не нуждалась в спасении. Но она не отрицала, что это мило. Объект обсуждения в данный момент барабанил пальцами по подлокотнику кресла в их гостиничном номере. В номере, который был переполнен, учитывая, что внутри находилась тётя Вайда, и все пропавшие кузины Эйми и её сестра. Что касается мамочки, она говорила по видеозвонку на ноутбуке, а значит можно с лёгкостью закрыть крышку и закончить разглагольствования. Это не остановило болтовню, самой примечательной частью которой стало то, что Паркер не умер, как надеялся Брэндон.
— Ты уверен, что свернул ему шею? Я никогда раньше не слышала, чтобы кто-то пережил это? — спросила кузина Бабетта.
— Это трудно, но не невозможно, — возразила тётя Вайда. — Но добавлю, что требуется сильный ген исцеления, чтобы встать и уйти. Не просто уйти, а дать пресс-конференцию, когда первые твиты о драконах в небе начали распространяться.
«Люди всего мира, я пытался сохранить тайну, учитывая их желание, но, как видите, это больше невозможно. Вы думали, что оборотни — единственное, что прячется среди вас. Неправильно. Драконы — только верхушка айсберга, и я больше не могу добросовестно хранить их тайну».
Таким образом, Паркер выставил на всеобщее обозрение всех криптозоидов, от русалок глубоко в океанах до Снежного человека в Скалистых горах, от джиннов, которые были совсем не такими, как думали люди, до Йети, которые уже почти вымерли. Даже последний единорог не был в безопасности, так как, по-видимому, Паркер держал его в плену в заповеднике дикой природы. Чтобы «сохранить в безопасности», по крайней мере, так он утверждал с вкрадчивой ухмылкой. Или, может быть не в плену. Возможно, как и сестра Брэнда, единорог тоже праздновал то, что больше не нужно прятаться.
Эйми не могла не задуматься, а не спланировал ли Паркер всё это, вынудив драконов самим выйти на свет? Но ведь он же не мог предсказать события вечера? Если только у него нет экстрасенса. Несмотря на всё произошедшее, Эйми не могла отрицать, что отчасти испытала облегчение от того, что больше не нужно прятаться по-настоящему, даже если съёжилась, когда кузен Дека спросил:
— Как думаешь, драконы станут героями следующих романов?
— Тогда мы должны светиться. Мне нравятся побрякушки.
— Может, у нас будет собственное реалити-шоу. «Драконессы: найди свою любовь». — И встречаться будут на Драконьем мысе, где септы собирались для решения важных вопросов.
— Вон. — Брэнд тихо произнёс это впервые за всё время, но когда никто не послушал, он прокричал в их головах. «ВОН!»
На него все моргнули.
— Он только что…
Все кивнули.
— Ой.
— Пойдёмте, оставим золотого его паре. Ваша светлость. — Тётя Вайда отвесила Брэнду очень короткий поклон, — Эйми прежде не видела, чтобы она кому-либо кланялась, — прежде чем вывести всю семью из номера, оставив их в одиночестве.
— С каких это пор ты можешь кричать у всех в голове?
— С тех пор, как всё произошло. — Он поморщился, проводя рукой по волосам, подчёркивая густую золотую прядь посередине.
— Это потому, что ты вознёсся.
— Я выгляжу как скунс.
— Но пахнешь, как мой. — Она уткнулась носом в его щеку, и из его уст вырвалось тихое урчание. — И разве ты не должен мне немного удовольствия?
— Я не вернул сестру.
— Не моя вина, что она не захотела уйти. Ты пытаешься отказаться от своего обещания?
— Никогда. Ты моя, лунный лучик. Никогда не забывай об этом.
Без предупреждения он укусил её за плечо, платье, которое она всё ещё носила, оставляло верхнюю часть тела обнажённой. Он укусил сильно, чтобы порвать кожу и оставить след.
— Ты пометил меня. — Она села ему на колени и упёрла руки в бёдра.
— Я заявил на тебя права, — поправил он.
— Но это я должна заявить на тебя права.
Он пожал плечами.
— Я старомоден, а значит, что мужчина главнее.
 
— Если старомоден, следовало поставить её во время секса.
— Ты жалуешься на мои методы?
— Да.
Он встал и навис над ней, большой, угрожающий… и её.
— Тащи свою задницу в спальню на кровать.
— Или?
Он схватил её за талию и, преодолев расстояние в несколько шагов, швырнул на матрас. Эйми засмеялась, когда упала и подскочила. Один прыжок и он приземлился на неё, схватив за руки, их пальцы переплелись, и он зафиксировал её руки над головой. Эта поза растягивала её и оставляла беспомощной под ним.
— И что теперь? — спросила она, и её слова мягко коснулись его губ.
— Планирую поклоняться центру моего мира.
— Ты уверен, что хочешь этого?
Он прижался к ней, его эрекция была отчётливо ощутима.
— Я бы сказал, что это «да».
Теперь почему-то настала её очередь сомневаться.
— Ты же понимаешь, что, даже если частично золотой, можешь заполучить любую женщину. Септы убили бы за то, чтобы ты вошёл в их семью.
— Но я нашёл семью. И единственную женщину, которую хочу.
— Хорошо. Потому что, если бы ты ответил по другому, я бы покалечила тебя.
Он рассмеялся.
— Ты чертовски невероятна.
— Знаю. Что делает меня лучшим сокровищем.
— Единственное сокровище, которое мне нужно.
Он завладел её губами с яростной собственнической страстью, воспламеняя кровь.
Так много всего произошло, и так много осталось неизвестным. Но здесь и сейчас, ей было всё равно. Его мир мог вращаться вокруг неё, но её мир теперь вращался вокруг него.
«Он мой».
Он проложили дорожку из поцелуев по линии её подбородка, а затем вниз по декольте. Она тяжело дышала и выгибалась, пока он дразнил её грудь. Брэнд не отпустил её руки, чтобы сдёрнуть платье. Дикарь просто разорвал его, используя зубы и грубую силу.
— Ты понимаешь, что платье эксклюзивное, сшитое на заказ?
— Оно было у меня на пути.
Мужественность его тона усилила возбуждение, как и движение его языка, пока он дразнил вершинку её груди.
Он прикусил сосок, и Эйми застонала, а затем вскрикнула, когда он втянул вершинку в рот. Она наслаждалась его ласками. Ей хотелось крепко обнять его. Но он всё ещё держал руки в плену. Точно так же, как его тело пригвоздило её к месту. Он переключил внимание на другую грудь, дразня, а затем свернулся обратно. Он был полон решимости помучить её. Когда он отпустил её руки, она могла только схватить его за волосы, пока он прокладывал путь вниз, снимая обрывки платья. Он возвышался над ней, глаза горели зелёным огнём, наконец-то, настоящий дракон. Он восхищался ею, поглаживая пальцами её тело.
«Моя».
Его, чтобы поставить метку. Её. Не имеет значения. Теперь они соединены. Он опустился ниже, чтобы прижаться губами к её коже, поглаживая и осыпая поцелуями, пока спускался к сердцевине. Её ноги были прижаты друг к другу, но тут же раздвинулись, когда он прошептал:
— Откройся для меня.
Она подтянула ноги и открылась, почти выгнувшись на кровати от первого прикосновения его языка. Он застонал от удовольствия, лаская её лоно. Его возбуждение коснулось её через связь, усиливая его. Когда он, наконец, вошёл в неё, она почти прошла точку невозврата. Её лоно сжало его ствол, и Брэнд удовлетворил её желание, жёстко трахая, его тело напряглось, когда он пытался сдержаться.
— Проклятье. — Она позволила грязным словам слететь с ее губ. — Давай жёстче.
Это сломало его контроль. Он толкнулся в неё, и она закричала, вцепившись в простыни, обхватив ногами его бока.
— Ещё, — воскликнула она.
Он вышел, а затем с силой толкнулся обратно. Глубоко. Ох…
Снова и снова он толкался, каждый раз задевая точку G. Каждый раз заставляя лоно сжиматься. Эйми задрожала. Её самообладание пошатнулось. Эйми вцепилась в Брэнда, призывая двигаться быстрее, и он послушался, даже когда сковал её запястья руками и снова поднял их над головой. Он растянул её и обнял, толкаясь. Вперёд. Назад. Снова и снова. Жёсткие, глубокие толчки, от которых она стонала и кончала. О, да, она кончила, её лоно содрогалось в волнах оргазма, которые сжимали член. И всё же он вошёл в неё, такой большой и твёрдый.