Проваленная практика, или как расторгнуть помолвку (СИ)

– Привет, – я несмело начала выкладывать учебник и тетрадь. – Ещё раз.
– Здравствуй, – он лишь мельком на меня взглянул и отвернулся, делая какие-то записи в блокноте.
Неловкую паузу в нашем диалоге прервал, вошедший несколькими секундами позднее, мистер Адам – преподаватель по зельям с говорящей фамилией Зельин. Но ещё большую неловкость я почувствовала, когда Крис придвинул ко мне листок с одним-единственным предложением:
«Тебе тут не место»
  
Глава 8
 
«Тебе тут не место», – я несколько раз перечитала записку, но понять так и не смогла. Я с удивлением смотрела то на злосчастный клочок бумаги, то на рядом сидящего человека, написавшего её. Неужели я ему настолько неприятна? Душ после тренировки я приняла, так что дело явно не в запахе. Только хотела спросить, что же не так, как меня отвлекли.
– Студентка Грин, – оказалось, что, пока я размышляла над этой злосчастной запиской, к нашему столу подошел преподаватель.
– Да, мистер Зельен, – я подняла глаза, недоумевая, что же такого важного случилось, что он даже соизволил сам подойти.
– Я дал вам задание ещё пять минут назад. Если вы считаете, что протекция ректора и ваш внезапный и, что уж таить, удивительный перевод сюда дают вам право ничего не делать на моих занятиях, то вы ошибаетесь.
– Я не… Простите. Больше не повторится, – мало того что мне сделали замечание при всех одногруппниках, так ещё и выставили на всеобщее обозрение одну из возможных причин перевода на боевой факультет. Я-то, конечно, знаю, в чем дело, а вот что подумают после этого другие – это вопрос.
– А что это у вас за посторонние предметы на столе? – сказав это, он тут же потянулся за запиской, которая все ещё лежала прямо передо мной. – Так, так, так. Ну что же, мисс Грин, мало того что вы меня не слушали, так ещё и занимались посторонними делами.
Я залилась краской и потупила взгляд, сказать в ответ на это мне было абсолютно нечего.
– Вы знаете, мне кажется, что здесь написана правда, вам на самом деле здесь нечего делать с отсутствием интереса к учебе. Назначаю вам двухнедельную отработку у меня по вечерам, начиная с завтрашнего дня. Возможно, так вы начнете чуть больше ценить мой предмет и саму возможность здесь обучаться. А сейчас можете покинуть кабинет. Придёте на моё следующее занятие с разрешением от ректора.
Под удивлённые взгляды – как мой, так и моих одногруппников – он спустился вниз за свой стол и принялся работать как ни в чем не бывало. Я, конечно, знала, что он был строг и придирчив, но, на мой взгляд, даже для него это был перебор. Ведь как минимум записку я не сама себе написала, а значит, виновата не только я одна. Хотя и виноватой я себя не чувствовала совсем. Стечение обстоятельств, причём не в мою пользу. Сдавать Криса и говорить, что это он написал, я не стала, а то мало ли, вдруг отработка из двухнедельный превратится в трехнедельную, с его-то настроением. А это с учётом ожидающих меня нагрузок в будущем будет лишним.
Поход к ректору решила отложить до вечера, поэтому направилась сразу к выходу из академии: хотелось побыть на свежем воздухе. Оказавшись на пороге, я медленно выдохнула, успокаиваясь, и окинула учебный двор взглядом в поисках места, где могу отсидеться до начала следующей лекции. Выбор остановила на лавочке у старого дуба в противоположной от полигона стороне. Дерево выглядело настолько старым и могучим, что, наверное, его посадили ещё столетие назад. Его длинные ветви, полностью покрытые, несмотря на уже начавшуюся осень, еще зелёной листвой, создавали тень для сидящих на лавочке.
Я бросила сумку на землю около лавки, а сама забралась на неё прямо с ногами. Если так будет начинаться мой каждый новый день здесь, то я с лёгкостью переплюну нашу знаменитость в академии, а мне бы этого не хотелось, хватило и одной разгневанный Сильвии.
– Вот ты где.
От неожиданности я даже засомневалась, не подводит ли меня зрение. Потому как ко мне шел сам виновник моего наказания.
– Не все сказал? Или принёс новую записку? Сидел бы лучше дальше у Зельика, – смотреть на него не хотелось, и я отвернулась, наблюдая за летящим по ветру зеленым листком дуба. У меня было такое чувство, что я как этот лист, вроде и хочу сделать что-то сама, по-своему, но меня сносит круговоротом событий, прямо как его – ветром. Сформировав небольшой воздушный вихрь, я подхватила ярко-жёлтый листок и притянула к себе на ладонь. Красивый, не сухой и ещё полный жизни, но уже абсолютно не принадлежащий дереву, с которого он упал.
 
Когда мне на плечи опустилась тёплая кофта, я вздрогнула. До этого момента и не понимала, что замёрзла и дрожу от холода. Ну что ж, наверное, пришло время всё-таки обсудить произошедшее.
– Где мне не место? – спросила я, закутавшись поплотнее. Строить из себя гордую и не мерзнущую в легкой блузке леди я не собиралась. Не хватало ещё заболеть.
– На боевом. Я видел, как проходила твоя зарядка, – он смотрел на меня с печалью и жалостью. Как будто я щенок, брошенный злыми хозяевами на улице в мороз, и он не знает, взять меня домой или оставить на произвол судьбы.
– Это лишь первое занятие. Что ты хотел от меня увидеть? Что я спокойно все сделаю, ни разу не запнувшись?
– В том-то и дело, что первое, и помни, это еще даже не боевая тренировка. Там тебя хватит на ещё меньшее время.
– Да ты пессимист, однако. Почему ты так ко мне относишься? И я не имею в виду только сегодняшнюю ситуацию. Во время помолвки ты тоже вёл себя тоже далеко не лучшим образом.
– Предлагаю обсудить нашу помолвку чуть позже.
На мою поднятую бровь в немом вопросе «когда» ответил лишь, что скоро.
– Так почему ты хочешь, чтобы я ушла? Да и куда?
– Как ты думаешь, где служат боевики несколько лет после выпуска? Где проходят практику?
– Я не думала об этом. На границе, наверное, где же еще.
– На границе сейчас не так безопасно, как ты думаешь. Участились случаи набегов диких.
– Я стала твоей сокурсницей только вчера и ещё не все в голове уложила. Так это твоя забота об одногруппниках и будущей команде на практике? Чтобы из-за меня никто не пострадал?
Крис, как обычно, зло на меня посмотрел. Интересно, смогу я когда-нибудь добиться от него другого ко мне отношения, сможет ли он увидеть во мне равного себе специалиста? А надо ли вообще что-то ему доказывать?
– Твои выводы. Ты всегда такая?
– Какая такая?
Крис сжал руки, как будто боролся сам с собой:
– Предлагаю пари. Если победишь меня в бою на тренировке через несколько месяцев, перед зимним балом, то я поговорю с родителями, перепишу договор на себя и расторгну помолвку.
– Так деньги за меня уже получили. Как-то нечестно, не находишь?
– Я верну деньги. Я сам, не родители.
– Откуда у тебя такая сумма? – я в ужасе отшатнулась от него. Сумма была действительно немалая, а влезать в сомнительные авантюры не хотелось.
– Это уже мои проблемы. Тебя это никак не коснётся, я обещаю.
– А если выиграешь ты? Я так понимаю, что попросишь меня уйти на другой факультет.
– Верно, – Крис мне улыбнулся, наверное, первый раз за все время нашего общения. – Вот видишь, ты уже не так безнадёжна.
– Ты должен понимать, что с этим могут возникнуть проблемы. Все-таки ректор настоял именно на факультете боевиков. Давай придумаем запасной вариант.
– Хорошо. Если я выиграю, то хочу, чтобы ты меня поцеловала при всех. А свадьбу сыграем сразу после окончания второго курса.
– А на правах мужа ты уже сможешь забрать меня из академии, – да, он все продумал. Не зря ему прочат блестящее будущее.
– Ну почему же забрать, – Крис прошелся по мне заинтересованным взглядом, начиная от лица, и остановился на моих руках, лежавших на животе, накрытом его же кофтой.
От такого пристального внимания стало жарко и ладошки почему-то сразу вспотели.
– Обычно беременные сами уходят. А уж за лето я постараюсь тебе это обеспечить.