Просто механический кот (СИ)

— Наверх значит наверх, — сказал он и опустил механимуса рядом с тисками. — Тут уж, извини, не получится никакого удовольствия, — добавил он. — Все будет быстро и несколько варварски. Только чтобы спустить пар.
— Мяу? — спросил Ося.
— А что я могу? — спросил в ответ Мурлов.
Он раздвинул металлические губки тисков на расстояние, достаточное для того, чтобы в них поместилась кошачья лапа.
— Сидеть.
Ося, сунувшийся к тискам мордочкой, выпрямился.
— Лапу, лапу давай! — потребовал Мурлов.
Отложив молоток, он подвинул механимуса ближе к тискам и вздернул его правую лапу.
— Это же у тебя нарушена?
— Мя-а.
— Как бы здоровую смысла нет портить.
Вытянув, Мурлов зажал лапу механимуса в тисках так, чтобы сантиметров пять ее вышли с другой стороны губок. Ему почудилось, что в последний момент Ося осторожно попытался высвободить конечность из захвата.
Хитрец!
Мурлов закрутил тиски до едва слышного хруста. Пальцы зажатой лапы растопырились, сквозь шерсть проглянули закругленные коготки.
— Ах, ты еще и с когтями! — восхитился Мурлов.
В ящиках под верстаком он отыскал подходящий брусок. Поставленный на «попа», брусок идеально по высоте подошел к тискам. Кончик лапы с когтями лег на него, словно рука на Библию.
— Ну, вот, — сказал Мурлов, проворачивая молоток в ладони, — к тебе, Ося, никаких сейчас претензий. Это люди виноваты, а не ты. Конкретно — некая Татьяна Алексеевна. Изо всех сил старается, капает мне на мозги, упрекает давними ошибками… Надо же как-то бороться с тем ядом, что она мне впрыснула. Как думаешь?
Кот смотрел на него зелеными глазами. Потом взгляд его переместился на тусклый боек молотка.
— Не взыщи, — сказал Мурлов.
С короткого замаха он ударил молотком по лапе.
— Мя-я-а!
Ося дернулся в тисках, как живой.
— Ну, ты давай, давай, не придуривай, — недовольно сказал Мурлов, поднимая молоток. — Какое к черту «мя-а»?
Искусственная шерсть от лапы отстала, в разрыв синтетической кожи виднелись тонкие металлические суставчики и рычажки. Два коготка отпали. Капля прозрачного масла застыла на бруске.
— Еще разок, — предупредил Мурлов, прислушиваясь к внутренним ощущениям.
Нет, злость вышла не вся. Но ее, определенно, стало меньше.
— Без мя.
Ося зашипел.
— Ты должен сносить боль спокойно, как стойкий механизм, — сказал Мурлов, наклоняясь к механимусу. — По-моему, тебя слишком запрограммировали на ответные реакции. Так ведь и «кукухой» недалеко поехать, поверив, что ты нечто большее, чем металлический скелет и программный код.
Второй удар расплющил лапу.
— Мя — ууу!
Ося взвыл. Глаза его поменяли цвет, стали красными, как угольки. На верстак посыпались крохотные детали. Брусок упал. Ося, выгнувшись, дернулся. Оставляя шерсть на губках и что-то порвав, он-таки вывернул лапу из тисков. Прошло мгновение — и механический кот выскочил из мастерской в коридор.
Мурлов опешил. Он не успел даже протянуть руку.
— Ося!
Обездвиживающий спазм едва не поглотил его, но Мурлов, сосредоточившись на молотке в руке, смог перебороть нарастающее онемение и шагнул к двери.
— Осирис!
Вот к чему приводит неследование собственным же правилам! — подумалось ему. Не закрыл дверь — получите. А закрыл бы — куда коту деться?
— Ося!
Мурлов прислушался. Дом был тих. Было слышно, как в гостиной, отмеряя время, пощелкивают стрелки часов.
— Эй! Я уже не злюсь!
Мурлов проверил мешки, сдвинул палки и швабры. Потом включил свет на подвальной лестнице. Спустившись вниз, он покрутился у бойлера и труб, осмотрел ящики и сложенные в углу обрезки досок. Нет, спрятаться здесь было негде. Тот же картофель опять. Капуста. Удобрения. Несколько пустых полок и брезентовая куртка.
— Ося!
Мурлов поднялся из подвала (двери не было, закрывать было нечего), прошел на кухню, прикидывая, как грамотно, одно за другим, отсекать помещения, и замер. Он вдруг сообразил, что механимус только что не выполнил одну из базовых установок. А именно: не явился, когда его позвал хозяин.
И как такое может быть?
 
— Ося!
Мурлов обнаружил, что все еще держит в руке молоток, и оставил его на кухонном столе.
— Ося. Иди сюда, — повелел он, встав в центре гостиной.
Прошла минута. Механический кот не появился.
— Черт-те что, — произнес Мурлов.
Он выглянул в коридор, посмотрел на входную дверь, повернул голову к спальням. Почудилось или нет ему движение в сумраке у черного хода?
— Ося!
Хоть бы лапой, мерзавец, брякнул!
Ладно. Интересные дела. Мурлов сел на диван и схватил со столика лежащий на инструкции брелок. Несколько секунд он нажимал верхнюю кнопку, подзывая Осириса к себе. Нет, Осирис не торопился. Не приличествует богу загробного мира спешить на вызов с поднятым вверх хвостом. Ну-ну.
— Ося! Осирис!
Мурлов прислушался. Ни звука. Кстати, звук! Он перенес палец на вторую кнопку, отвечающую за подачу механимусом голоса, и раз тридцать с силой вдавил ее в пластик. Отзовись, котик, тварь! Осирис упорствовал в молчании. Ни мур-мур, ни мяу, ни презрительного пф-ф.
Мурлов вспотел, потер грудь. Хорошо, Ося. Замечательно, подумал он. Ты решил, как видно, проявить самостоятельность, даже самодеятельность. Бывает. Похоже, это самообучение сыграло с тобой злую шутку. Но мы это поправим. Один щелчок переключателя — и ты снова здоров. А как ты посмотришь на предложение к подзарядке?
Мурлов нажал третью кнопку. Но механический кот и в этот раз проигнорировал сигнал, не объявив о себе ни появлением, ни голосом.
— Ося!
Мурлов покрутил головой, высматривая кота в гостиной, потом в раздражении нашарил мобильный телефон. Трубку сняли после третьего гудка.
— Алло! — крикнул Мурлов.
— Здравствуйте! — радостно ответили ему. — Вы позвонили в службу технической поддержки корпорации «Механимус»!
На экране телевизора происходила беззвучная погоня со стрельбой.
— Я знаю, куда звоню, — сказал Мурлов. — Я вчера купил у вас кота. Механического кота.
— Поздравляю вас!
Мурлов чуть не проорал: «Заткнись!» веселому молодому голосу.
— Да, спасибо, — сказал он, едва сдерживаясь. — Мне нужна консультация.
— А вы не могли бы сказать индивидуальный номер изделия?
— Где он находится?
— На гарантийном талоне.
— Мне не давали…
— Он идет вкладышем к инструкции…
— А, да, сейчас.
Прижав телефон щекой, Мурлов зашуршал страницами книжки.
— Нашли? — спросили на том конце.
— Подождите…
Страницы никак не хотели переворачиваться.
— Вы не торопитесь, — попытались успокоить Мурлова. — Мы постараемся решить вашу проблему.
Мурлов фыркнул.
— Я не тороплюсь. У вас книжка…
— Еще номер продублирован на брелке.
— Где?
— На лицевой стороне под сканером отпечатка.
— Так бы сразу и сказали, — недовольно проворчал Мурлов, поднося брелок к глазам. — Пишите…
Он продиктовал номер, состоящий из шестнадцати знаков.
— Да, спасибо, — отозвался голос из техподдержки. — Мурлов Валентин Сергеевич?
— Да.
— У вас механимус — кот.
— Да.
— Замечательно! Что с ним случилось?
— Перестал отзываться на команды.
— На команды с пульта или голосовые?
— На все!
— Этого не может быть.
— Ха! — сказал Мурлов. — Это есть!
— Хорошо. Допустим. Если бы просто ключ-код… Вы видите своего меха?
— В том то и дело, что нет!
— Как нет? — опешили на том конце связи. — Ваш кот далеко от вас? Извините, дальность восприимчивости сигнала с брелка…
— Мой кот в доме! — перебил говорящего Мурлов. — Но он, кажется, спрятался и не реагирует ни на что.
— Спрятался?
— Да.
— Не реагирует?
— Я нажимал на все кнопки этого вашего ключ-брелка и звал раз десять. Даже на зарядку не идет!
 
— Хм.
— Именно!
— А что вы с ним делали?
Ах, вопрос! Опасный вопрос! Мурлов мысленно зарядил спрашивающему с ноги. Какое твое собачье дело, что я творил со своим Осей? Он мой. Всецело и безраздельно. Есть чек. Есть инструкция. Пятьсот тысяч!