До включения (СИ)

А вот потом появилась Тётка в своём псевдооригинальном облике вместе с девочкой очень высокого роста, выше ста шестидесяти сантиметров без следа того, что она вошла в пору подросткового роста. Они прошли и сели около девочки Ады. Не могу понять, сколько лет спутнице моей пятой женщины в этой жизни, на кладбище она привела ребёнка с огромной плюшевой черепашкой.
— Ярослава, посиди здесь. Я быстро, — сказала Лиза и пошла к скамейкам. Похоже, девять. *цензура*.
На мероприятии уже начал какой-то официальный человек представлять меня и не засекреченные «достижения», коих не так уж много, но три госпремии под это дело вручили посмертно. В том числе за засекреченные разработки: соавторство в создании матрицы для ИГРОК-ов (я, конечно, о таком думал, но мои разработки были слишком далеки от такого. На меня явно сбросили чьё-то творение) и «Ангара-3» (антиблокиратор сверхсил). Отдельной строчкой является остановка реактора, очень странно, что её засунули в премию.
По очереди стали давать слово людям, свидетелям «Яркого дня», благодарность тем людям, кто остановил террористов, и герою, остановившему реактор.
Бла-бла-бла. Скука.
Зато понятно, что массовку нагнали, чтобы я не особо бросался в глаза.
Что интересно, так следить за тем, что происходит вне официального события.
— Ты почему красно-жёлтая? Болеешь? — спросила Ярослава.
— А ты почему такая дылда, а с игрушкой? — ответила Ада.
— Мне девять, имею право, не тронь Слоника. Он хороший.
— Да ладно, встань! — скомандовала дочь «Аллана», подождала, пока её соседка по скамейке тоже встанет, и начала мериться ростом. — Вот это мусор, я ниже третьеклашки.
— Я не третьеклашка, я закончила школу.
— В девять? Что за бред?
— Мне скоро десять. Почти-почти. Но одиннадцать классов я легко поняла. Мама говорит, что я в своего папу умненькая. Но в школу, почему-то, она меня не пускала. А экзамены это так просто, когда понимаешь.
— Да что за гены у твоего папаши? Кто он?
— Утром мама сказала, что мы сегодня с ним прощаемся.
— То есть, генерал Карпов — твой отец?
— Не знаю. Мама никогда не говорила о нём чего-то, кроме того, что я только её дочь, и она ни о чём не жалеет. Подозреваю, что она была любовницей этого человека, но в его биографии нет и слова про брак. Поэтому, я не всё понимаю, а мама молчит. Хотя я взломала её ПТ после этих слов. Но там какая-то тётя другая на картинках, поэтому я пока не разобралась. Потом пришлось незаметно вернуть планшетник.
— Да уж, моя мамаша тоже та ещё скрытная стерва. Нагуляла меня с каким-то студентом, а потом ещё песенки сочиняла. А меня так вообще скрывает от людей. Даже в школе на родительские собрания ни разу не пришла, посылала няню туда. Бесит! Не удивлюсь, если хороним и моего папашу, — задумчиво пробормотала Ада. — Аделаида Ярополковна Карпова. Какой же мусор. КАЯ. А вот это прикольно. Слушай, а какое у тебя отчество по документам?
  
Глава 18
 
Ярослава удивилась.
— По документам я Перова Ярослава Ярополковна, но сегодня мама сказала, что её бабушка постановила, чтобы я добавила к моей фамилии «Карпова».
— Ух ты, у тебя жива прабабушка? Круто, а сколько ей лет?
— Не знаю, но, кажется, она сверх. Высокая чёрная и статная, такая молодая! Очень красивая! А вот прабабушка по линии деда стареет. А прадедушка умер, когда мне было пять. А твои как?
— Ну, про папиных предков я, как ты понимаешь, не в курсе. А по маминой в Ростове живут бабушка и дедушка. Бабуля тоже сверх, ей чуть больше пятидесяти, но она выглядит словно студентка, правда, росточек у неё… эх, надеюсь, что я ещё вырасту.
— Ну, может, в деда пойдёшь? Или пращуры высокие помогут.
— Дед Жора? Нет, он твоего роста или даже ниже. А про предков так вообще не понятно. Я как-то бабушке этот вопрос задала, так она меня послала далеко.
— Куда?
— В магазин детской одежды. Говорит, что там манекены — копии родственничков. Такие же бездушные и пустотелые противники её любви. А потом отправила десятилетнего ребёнка в булочную на другой конец города.
 
— А, ну это нормально, я с пяти сама в магазин хожу.
— Слушай, а подойди к своей маме и спроси про отца. Прямо сейчас, где она?
— Видишь, вон там вдали рыдает мальчик на руках у женщины?
— Ты пришла сюда с братом?
— Нет, это моя мать. Ш.А.Г. Слышала о такой?
— Канарейка или Космофея, Алла Шишкина… так ты её дочь? У неё есть дети?
— Ага, прикинь. Кстати, если что, я обладаю точно такой же способностью, что и она.
— Летаешь?
— Да пою я. Хотя и сверхспособность есть. Я могу контролировать звуки.
— Круто, а я какой-то владею, но пока не пробудила. А какого ты уровня?
— Без понятия, но собак могу оглушать, если на меня бросаются. У нас взаимная антипатия с этими блохоносцами.
— Круто, это значит боевая способность. Тоже хочу что-то такое интересное!
— Ладно, — Ада взяла Ярославу за руку и потащила в сторону скамейки с моей сестрой и «Алланом». — Сейчас будем узнавать, вдруг мы сёстры? Если что, можешь и автограф попросить, только негромко.
Парочка решительно направилась к своей цели.
В это время Алла уже просто сидела на коленях Персеи и смотрела в землю. Минут семь назад моя сестричка впихнула в неё полбутылки воды и какие-то таблетки.
Так что две девочки подошли к сидящим и абсолютно спокойным тётенькам.
— Братик, это Ярослава Ярополковна Перова-Карпова. Она мне сестра? — Спросила Ада не громким, но чеканным тоном.
— Ну, зная хлюпика, ты таких тут можешь найти ещё. Интересно, девочка, а он о тебе был в курсе, вы с ним встречались? — смотрела на дочь Лизы Ш.А.Г.
— Мам! Ответь мне!
— Да. Сестра, сестра она тебе, коль не шутит.
— Секунду, то есть эта хамка моя племянница? — абсолютно спокойно произнесла Персея. — Так какого ты отказалась от брака с Младшим? А, Алл?
— А я сама не знаю, — так же без эмоций ответила Шишкина. — Я его любила и люблю. Но в тот момент я уже знала, что беременна Аделаидой. И меня взял такой страх. А потом он сделал красивое и точно-преточно серьёзное предложение. Я аж взлетела от счастья. А потом запаниковала. Быстро улетела, обчистила квартиру и сбежала.
— Ну, зная моего брата, то он не самая адекватная личность. Но учитывая, что ты в него влюбилась, когда он ещё был младше десяти. Ты дура.
— Я знаю. Но влюбилась я всё-таки позже, когда он подарил мне коробку с роботами.
— Всё равно он тогда мелкий был.
— Ну, тогда я его любила платонически. Я даже не знала, откуда дети появляются. Пока ты мне не сообщила после одного из моих прилётов, когда ты с пузом уже вся такая счастливая была. О том, как это произошло и с кем.
— Вот и подтвердила, что ты дура.
— Я знаю. Но я боялась. Не знаю даже чего. Наверно, общества, для которого я была кумиром. Я осознала, что наши отношения слишком… неправильны. Потом я случайно увидела его, когда ехала на обучение трюкам левитации. Я так хотела сказать ему обо всё, но подумала, что он даст мне годик подумать. А пропал.
— Да не пропадал он, его почта всегда была доступна. Или он тебе её не сказал?
— Ох.
— Я же говорю, ты дура. И тексты у твоих песен странные.
— А мне нравятся.
— Мне тоже. А можно автограф? — спросила Ярослава.
— Можно, но только скажи, твою маму зовут Лиза?
— Да. Вы знакомы?
— Конечно. После церемонии приведи её сюда.
Я ждал этого разговора с интересом.
Но главное событие было иным. У меня есть два потомка. И весьма разных.
* * *
Пока я ждал, разговора Канарейки и Тётки, я отвлёкся на несколько событий.
Сначала Лиза сбежала от скамеек и села около дерева вблизи какого-то склепа и обняла свои колени.
Затем Кира вручила какой-то документ моему брату, что тот побелел, встал и попробовал её ударить, но его схватили мужчины рядом.