Тысяча И Одна Ночь (СИ)
Наспех ополоснулась, постирала трусики и повесила сушиться. Блузку и брюки сложила. Легла на подушку, маленькое лицо моего мальчика встаёт перед глазами. "Сынок, потерпи, мама скоро будет рядом." Слёзы потоком потекли из глаз, застилая взгляд. Утыкаюсь в подушку, плачу. Удручающая тоска по Егору давит плитой на лёгкие. Наплакавшись вдоволь, накатывает сон и я ухожу в царство Морфея.
***МАКСИМИЛИАН
Стоит Лане скрыться за дверью, я со свистом выдыхаю воздух.
Сука, почему с ней так сложно? Ругаемся и спорим, испепеляем лже-ненавистью к друг другу. Хочу, чтобы ей тоже было нелегко. Варюсь в агонии ревности и отчаяния. Сложившиеся долбанные обстоятельства складываются не лучшим образом. Тогда и сейчас она находится в статусе жены каких-то гандонов, теперь окольцован я с Екатериной. Хоть наш союз и сложно назвать браком, наличие кольца на безымянном пальце не отменить. Если бы полтора года назад у меня был другой выбор, я бы не поступил иначе. Пусть лучше я в своём тандеме с Катей буду проживать свою унылую жизнь, чем Луиза моя любимая сестра будет не счастлива с человеком с которым ей пришлось бы связать узами брака свою судьбу. Отец играл нашими жизнями, как фигурами на шахматной доске. Заставляя младшую дочь выходить замуж за "выгодную партию", он не думал о ее чувствах, а лишь о слиянии двух империй в бизнесе. Его интересовали только деньги.
Помню, как сестрёнка в слезах забежала в комнату. Тогда я узнал, что она и мой друг любят друг друга. Выжидали оказывается нужного момента, чтобы объявить о грядущей помолвке. А тут такая подстава. Луиза просила помощи у старшего брата, то есть меня и единственный выход был, жениться самому на пустоголовой девице. Отец был доволен принятием такого решения, наконец отстал от единственной дочери. Ведь моим условием было, если я беру в жену дочь семьи Стрельцовых, то Луиза выходит замуж за Артёма. Ростислав Всеволодович согласился.
В итоге она вышла замуж за Иностранца. Сейчас они счастливы и в ожидании прибавления.
Конечно в вынужденном союзе я тоже нашёл своё счастье, на свет появилась моя маленькая Милана, девочка пришедшая на самом пике моего саморазрушения.
Клубки проблем росли как снежный ком, всё настолько запуталось, если до воскрешения Русланы я готов был волочить своё существование дальше, то в данный момент мои шестерёнки работали словно белки в колесе, ища лазейку для всех нас.
Несмотря на предательство со стороны Ланы, обман, на бесконечные перепалки, я все равно упрямо её хочу, всю без остатка. Готов пойти на что угодно, но любым способом удержать Егорову. Зачем мне это? Насильно мил не будешь сказать многие могут, но своим нутром чувствую её сердечку я мил и любим. И это не моя игра воображения. Если я опытный, взрослый человек ещё могу спрятать свои эмоции, то она кристально прозрачна для меня. Но загадку ее природы я так и не разгадал. Вот только в своих чувствах она мне не признается, даже под дулом пистолета. Что же касается меня, блядь я даже в гугле искал подтверждение своим догадкам.
Конечно нам нужно поговорить спокойно, ведь так многое не сказано. Ещё вчера готов был задушить её тонкую шею голыми руками. Забрать сына и заставить пройти все круги ада. Но стоило увидеть нашего кроху поплыл, лёд дал трещину и капля за каплей внутри все стало отогреваться. Понял простую истину для себя я не готов их терять. Проблески радуги вновь начинают играть.
Знаю она упрямо будет бегать от меня, отвергать. Что ж в этом не её вина, с моей стороны не было конкретики. В прошлом мы говорили о многом, обсуждали разные вещи, но о том, что кровь течет по венам быстрее в её присутствии никогда. Я молчал, как обдает кипятком все конечности и становится трудно двигаться, стоит янтарно-зеленым глазам взглянуть на меня. И речи не было о том, каким безвольным рабом я стал, когда улыбка Ланы появляется на соблазнительных губах.
От этих мыслей брюки готовы треснуть. В области ширинки встал бугор. Такого давно не было. Сжимаю челюсти от оголодавшего желания. Включаю на панели дисплея камеру наблюдения. Пи*здец готов головой биться о стену борта самолёта. Хруст бокала с виски в руках свидетельствует о том, что готов лопнуть. Чёрные волосы заплетены в косу. В белом халате, свернувшись калачиком спит моя девочка, моя иллюзия, мечта. Под халатом ничего нет, по камерам я видела, как она стирала нижнее бельё. Рычу утробно, встаю с места и иду к закрытым дверям. Меня ничего не остановит. Сука, как же выть волком хочется. Даже Чикатило меркнет перед тем, что я намерен сейчас сделать.
ГЛАВА 27
МАКСИМИЛИАН
Щелчок замка и дверь открывается. Наивная, закрылась. И она подумала, что это преграда её спасёт от оголодавшего и умирающего жаждой желания зверя. Решила вдруг, что сведя меня с ума своим манящим ароматом и блеском глаз зелёной листвы, сможет вот так спокойно уйти и лечь спать. Детка, как глубоко ты заблуждаешься. Твоей очередной ошибкой стало, переступить за порог моего самолёта, уже молчу о том, что показалась в поле моего зрения. Знаю, ты думаешь, что я тебе не оставляю выбора, манипулирую тобой и твоими чувствами. Но это совсем не так, я лишь показываю тебе дорогу. А путь ты выбираешь сама. Я лишь показываю тебе выбор и тут всё зависит от тебя. Но как показала практика прошлого, ты хочешь чтобы тебя не отступая я завоевывал. Находил, когда ты думала, что хорошо спряталась. Беспощадно трахал, вылизывал не оставляя шансов на какой-либо пресловутый отступной шаг. Почему ты, малышка? Раньше я этого понять не мог, чего так повернут был на тебе. Но оказалось все очень просто, в тебе я нашёл всё, что мне нужно. Сейчас это большая редкость, с кем ты готов не просто прожить всю жизнь, а и отдать свою собственную безоговорочно.
Когда понимаешь, что это тот человек, которому можно доверять, рассказать обо всех своих переживаниях, проблемах и страхах. Когда мы чувствуем себя искренне счастливыми не с теми, кто нас делает лучше, а рядом с теми, с кем мы можем позволить себе быть настоящими, быть самими собой. Когда нравится просто ждать, слушать, смотреть… Она моя на все сто процентов в этом уверен. Моё чутье и инстинкты опытного мужчины мне говорят, что с Лебедевым девочка моя не спит. Как я это понял? Элементарно. Руслана пахла мной, собой и нашим сыном, но только не ментом.
Безмятежно спящая, пленительно красивая, соблазнительная, обворожительная. Богиня. Королева. Стерва, превратила мою жизнь в ад. Все вены скрутила в тугой узел, и вожжами как дирижёр играла. Аккуратными ручками в тисках держала моё черствое сердце и только в них оно билось. Душу мою иссушила, умертвила и сама же вдохнула в неё жизнь, одним только мимолётным взглядом.
Мы прошли все стадии чувств, испепеляющая обоих ненависть, безудержная страсть, одержимость, и последней стала любовь. У неё как впрочем и у меня без вариантов не могло быть другого исхода. Мы предназначены друг другу, прописаны судьбой. А сейчас стою в дверном проёме, борюсь с собой, между хочу и не надо, делаю шаг в сторону кровати.
Присаживаюсь на край, беру тонкое запястье и целую внутреннюю часть ладони. Оставляю влажный след на каждой подушечке пальцев обсасываю и наслаждаюсь вкусом. Из полуопущенных век наблюдаю за расслабленными чертами идеального лица. Скорее всего Руслана от пережитого стресса, выпитого алкоголя видимо находится в глубоком сладком сне.
В брюках болезненно распухли яйца, ноющий член готов прорвать ширинку. Продолжаю оставлять лёгкие касания на тыльной стороне ладони. Вытаскиваю из кармана мой талисман, пришло время с ним расстаться. Как и обещал сам себе надеваю золотую цепочку на тонкую кисть женщины, которая украла мой покой. Стараюсь не смотреть на приоткрытые уста, на шею, где пульсирует вена, а рядом с ней расположена обожаемая мной родинка. Излюбленное место на её теле.
Сука, нужно сваливать, уходить от греха подальше. Моя тёмная сторона души кричит взять её, отыметь во все дырочки, наконец уже трахнуть, чтобы впредь не вздумала вертеть жопой перед другими мужиками. Другая тихо шепчет Максимилиан, остановись, не торопись. Проклиная все на свете, встаю с постели, как хренов проповедник. Я не хочу предыдущего сценария прошлого, мне нужно, чтобы всё было обоюдно, по гребаному согласию. А ещё надо выпустить пар, иначе взорвусь ко всем чертям, расхерачу вся и всех на борту самолёта. Улечу с ней в Богом забытое место, и останемся там до тех пор, пока Лана не запомнит, как мантру, ОНА МОЯ.