Великий и Ужасный 4 (СИ)
Фургон перевернулся в воздухе, перелетел через ограждение моста и рухнул в мутные воды реки с жутким плеском. Черт возьми, почему никто не обращает внимания на происходящий тут бардак? Даже отсюда, с моста, можно было увидеть дымы из печных труб — тут недалеко точно есть жилье, люди… Это ведь земщина, здесь не так всё завязано на сеть, должен быть проводной телефон или типа того… Или злоумышленники позаботились и об этом?
Теперь я крался, укрываясь за брошенными автомобилями и примеряясь, как бы половчее подобраться к гадам, которые собрались в кучку и, похоже, переговаривались. Решали, какой берег тиранить — тот или этот? А вот хрен им! Я отложил бердыш и в полуприседе подобрался к тлеющему на асфальте колесу — обычному, автомобильному. с расплавленной местами резиной.
Со стороны киборгов-террористов доносились звуки незнакомой речи, но вот мелодичность голосов и некие специфические интонации, несвойственные человеческой гортани, показались мне знакомыми. Что за черт? Да не, не может быть…
Дальше думать было некогда: я ухватил колесо, поднялся во весь рост и…
— Н-на-а-а! — мой метательный снаряд, рассекая воздух, устремился к группе киборгов и через секунду столкнулся с башкой одного из них.
Раздался глухой звук удара, голова террориста мотнулась из стороны в сторону, и он повис безвольной куклой, удерживаемый своими кибернетическими конечностями. Я не ждал ни секунды — перекатом ушел в сторону, подхватил бердыш и рванул вперед, петляя по мосту и приближаясь к террористам на всей возможной скорости. Татау полыхали золотом, связки и мышцы ныли — это было вправду быстро.
За моей спиной рвануло один раз, второй… Стреляли? Да и эффект неожиданности был потерян: киборги по-паучьи перебирая лапами, попытались взять меня в клещи, но хрен там — я был уже рядом и атаковал, врубившись тяжелым лезвием демидовского бердыша в одну из лап ближнего террориста. Заискрило, запахло паленой изоляцией — но противник и не думал отступать!
— Дзанг! Дзанг! — металлические щупальца били со всех сторон, я едва успевал парировать атаки киборга.
А ведь еще на подходе был второй! Нужно было принимать нестандартные меры. Уклоняясь от очередного выпада, я рухнул на землю, перекатился под днище одного из авто и замер, ожидая неизбежного и сжимая в руках бердыш. У киборга оставалось три целых манипулятора, так что, опираясь на два из них, он третьим с трудом поднял машину за бампер. Электрокар качался в воздухе, киборг целился в меня из своей пушки. Внутри нее уже аккумулировался заряд плазмы, который готов был разнести меня в клочья.
Мне понадобилась доля секунды, чтобы прыжком встать на ноги — и еще столько же, чтобы эпическим прыжком взлететь на уровень роста своего врага и разрубить ему всю голову — вместе с туловищем, плазмометом и жопой. Мозги, кровь и кишки плеснули во все стороны.
— Эльф! — искренне удивился я. — Какого хрена эльф — киборг?
Это было максимально странное сочетание, полная дичь! Не бывает снага-поэтов, гоблинов-вегетарианцев, гномов-моряков, эльфов-киборгов! Эльфы — магическая раса изначально, это у них в крови! Но тут — миндалевидные глаза, острые уши, черты лица — всё говорило о том, что это самый настоящий эльф. Был. Не эльдар, скорее — лаэгрим, но…
Тут очнулся тот, которого я вырубил колесом, и мне пришлось закончить с размышлениями. Нужно было убивать врагов!
— Ащ-щ-щ-щ! — прошипел контуженный киберэльф и, заплетаясь в манипуляторах, попытался убраться с моста.
Какие-то они были неуклюжие, как будто — недоделанные, страшные и опасные только для обывателей, несмотря на мощное вооружение и продвинутые технологии… Я ожидал кровавой битвы, а получил какую-то пьяную драку с киберзомби!
А третий-то, целехонький, тоже попытался обратить тыл: расшвыривал манипуляторами во все стороны завал из автомобилей. Мечтал убраться подальше от озверевшего черного урука? Оценил мою скорость и боевые возможности? О да, я и есть самое страшное зло в этой долине… То есть на мосту.
Похрен! Для начала я настиг контуженного и с разбегу рубанул его бердышом по металлическому горбу на спине. Мерзко хрустнуло, врубаясь в органическо-технологическое нутро лезвие, что-то засипело и захрипело. Манипуляторы тут же отключились, встали колом — и этот киборг ляпнулся лицом прямо в обгорелый асфальт. А вот бердыш, гадство такое, не доставался! Что-то там шевелилось внутри этого наспинного механизма, и оружие мое не отпускало!
А я не мог отпустить третьего урода — это точно. Они тут устроили капитальную резню и должны были за это поплатиться! Не слишком хорошо соображая, что именно делаю, я подхватил с пола плазмомет. Урукам запрещено? А гекатомбы на мостах устраивать — не запрещено?
— Эй, паскуда!!! — крикнул я. — Посмотри на меня, урод!
Киберэльф отвлекся от своего увлекательного занятия и развернулся, щелкая манипуляторами в мою сторону. Угрожающе так получилось, но я бояться не умею — нет у меня физически такого органа, отвечающего за страх, спасибо урукской генетике…
— Н-на! — выдохнул я и нажал на гашетку.
Орудие дернулось и с гулом выплюнуло сверкающий болид из дула. В глазах киборга читалось недоумение и какая-то детская обида — как будто у школьника хулигана, который пытался вымогать конфеты у детсадовцев, но внезапно вместо конфет получил от них коллективных люлей. Сгусток плазмы врезался террористу в грудь, выжигая органику, металл, аугментированные элементы и сложные вычислительные системы…
А потом рвануло так крепко, что ударной волной меня подняло в воздух и садануло о перила моста — спиной и затылком, и, кажется, я на секунду потерял сознание.
* * *Возвращение в реальный мир было ярким и шумным. Стрекотали над головой самые обычные вертолеты, спускался на тросах милицейский спецназ — ребята в бронежилетах, шлемах-сферах и сером городском камуфляже споро рассредоточивались по мосту. На спинах у них красовалась такая знакомая аббревиатура на латинке — «SOBR».
По мосту… По тому, что осталось от моста. Там, где раньше громоздился завал из машин, возле которого я и пристрелил киберэльфа из плазмомета, зияла огромная дыра. Как раз на две полосы движения.
— Нахрен, нахрен… — я аккуратно, стараясь не привлекать к себе внимания, протер банданой рукоять плазмомета, цевье и все прочее, и, пользуясь своей близостью к перилам, выбросил орудие в реку.
Если что — найдут. Те, кто будет знать, что искать.
— Тут выживший! — мигом срисовали меня спецназовцы. — Работаем, работаем…
Откуда-то появились парамедики с носилками и медицинским кофром, хрупая ботинками по обломкам машин, асфальтной и бетонной крошке отделение собровцев деловито приближалось ко мне, ощетинившись во все стороны стволами автоматов. Другие уже брали под контроль прилегающую местность, оставляя посты у найденных особо ценных улик. Например — трупов киберэльфов. Ну, чисто — картинка. Ща-а-ас, всех спасут и всем помогут, да. Где ж вы раньше были, а?
— А-а-а-а, черт, это черный урук! — этой фразы, прозвучавшей из-под черной балаклавы одного из спецназовцев хватило, чтобы деловитость мигом сменилась агрессией, и все стволы оказались направлены на меня.
— Лежать, лежать, мордой в пол, руки за голову! — орали они. — В случае неподчинения — открываем огонь на поражение!
— Мужики, это не я! То есть — я! Но не это! — понимая всю тщетность попыток что-то кому-то доказать в данной ситуации, я все-таки решил попробовать. — Мост киборги громили. Я мимо проезжал и ввязался!
Но на асфальт — лег, и руки за голову завел. Слова Петеньки Розена о критической массе свинца в организме никто не отменял: если сотня этих ребят начнут поливать меня из автоматов — никакие татау не помогут.
— Лежи тихо, образина! — они застегнули на моих запястьях пар пять наручников, не меньше. И столько же — на ногах.
— Свяжитесь с Иваном Ивановичем Риковичем, целовальником Сыскного приказа. Говорить буду только с ним, — несколько раз повторил я, прежде чем мне рубанули прикладом автомата по башке.