Великий и Ужасный 4 (СИ)

По лестнице уже топотали. Еще бы — пистолет стреляет довольно громко, даже такой маленький! Мне хватило мозга не поднимать огнестрел с пола, я только поковырялся в бронежилете ногтями и выколупал из него три пули, да так и стоял — с ладошкой с пульками, протянутой навстречу воякам в лисьих масках и пальцем другой руки, которая указывала на черный пистоль на полу.
— Он стрелял. Я дал ему по уху. Он улетел в окно. — сказал я. — Я не виноват.
— Эд и еар ар эленеа! — тот, что был у них главным, отпустил винтовку, и она беспомощно повисла на ремне. — Что с тобой не так, урук? Я оставил тебя на четверть часа, и… А Элберет Гилтониэль, с тобой одни проблемы!
— Это с вами что не так? Ваш парень ввалился ко мне и стал палить мне в пузо из пистолета! Не очень-то вежливо так обращаться с гостем! Где пресловутое эльфийское гостеприимство, о котором все говорят? — вообще-то никто никогда не говорил об эльфийском гостеприимстве, всё обстояло с точностью до наоборот. Но не мог же я упустить шанс помолоть языком! — А если я пленный, то казнить без суда и следствия — это, знаете ли… Нарушение правил ведения войны!
Один из лаэгрим подошел к окну и выглянул наружу.
— Танья авра… — качнув головой в шлеме, сказал он. — Это Румил. У него орки невесту съели три месяца назад. Решил отомстить…
— Порядочки у вас! — продолжил возмущаться я. — Уруки не едят невест и вообще — эльфов! Мы брезгуем. Снага могут кого-нибудь пожевать с голодухи, но чтоб эльфийскую девку — это вряд ли, они хоть и дегенераты, но не настолько. Это точно гоблины, они вечно всякую бяку в рот тащат! Перепутать урука с гоблином — фу, как это невежественно… Он там живой, этот ваш Румил?
— Живой вроде. Пенлод, у тебя есть веревка? Подстрахуй, я спущусь к нему, бедолага зацепился междудушьем… — не теряя времени, эльфы взялись проводить спасательную операцию.
Похоже, их ни разу не волновала судьба чуть было не продырявленного в трех местах гостя. Гораздо больше они тревожились за идиота-Румила. Не, ну вообще — неадекват какой-то, с пистолетиком на меня попер… Надо было гранатомет брать или противотанковое ружье на худой конец. «На худой конец» — это заставило меня взгыгыкнуть, потому что применительно к эльфам могло означать вовсе никакой не фразеологизм, а вполне конкретное…
— Кто-то вызвал целителей? Фингон, где мелькоровы носилки? — они там развернули бурную деятельность и реально плевать на меня хотели!
— Совесть есть у вас вообще? — картинно всплеснул руками я. — Мне что — разозлиться и разнести вам всю хату, чтобы вы наконец как-то поспособствовали моей доставке к Росомахам? Мешок надевают, не кормят, пристреливают… И этих типов еще называют Высшей Расой? Варвары, невоспитанные и некультурные дикари! Ау, меня у вас убивать приходили, а я ваш мирняк спасал, броневики уконтрапешил! По широте душевной, конечно, и ради повышения чувства собственного величия, ну, и жалко мне их было тоже, но хотя бы капелька благодарности и внимания не помешала бы! Я что, говорю со стеной? Ясно-понятно. У вас есть время, пока я доем еду и допью питье. А потом я приступлю к активным действиям.
Я уселся на пол по-турецки и снова достал мешок с сухарями и канистру с водой. Нет, определенно — я понимаю, почему их так не любит Хуеморген, и почему Эсси сбежала из анклава! Снобы и этноцентристы. Плевать, что в урука настреляли — мы спасем своего, хоть он нарушил законы гостеприимства и вообще — убийца и придурок. Идеалы такие, нам, конечно, близки. Своих нужно защищать и спасать несмотря ни на что, а потом уже вваливать по первое число самостоятельно, когда все чужаки в страхе и трепете скроются с глаз долой.
Но тут все было несколько сложнее: чужак-то в этой ситуации оказывался я!
* * *
Сначала мы долго-долго спускались по лестнице, а потом — шли по крытой срезами чурбачков дорожке. И все это время на меня безобразно шипели эльфы: очень красивые, грациозные и стройные мальчики и девочки, юноши и девушки, дяди и тети. Со злыми и неприятными лицами. Они шипели, стоя с обеих сторон моего пути и швырялись в меня кедровыми шишками.
 
Ну, чтобы было понятно: местные шишки были больше земных кедровых шишек в той же пропорции, по которой местные кедры были крупнее своих земных родичей. У нас на земле кедры вырастали метров до сорока или пятидесяти, а шишки порой весили грамм двести. Соответственно полукилограммовая смолистая хреновина вполне могла размозжить всю голову среднестатистического человека.
Но, к моему счастью и к огорчению окружающих меня лаэгрим, я обычным человеком не был, и шишки либо отбивал руками, либо ловил. Да и два провожатых — Пенлод и Фингон — загораживали фланговые сектора обстрела для моих новых фанатов. Но парочка чешуйчатых метательных снарядов все-таки прилетела мне в башку, и теперь у меня совершенно точно должны были появиться шишки. Шишки от шишек, ять!
По-хорошему, я хотел искалечить тут каждого мужика, а баб испугать до свинячьего визга, потому что мне было неприятно и обидно. Я, черт побери, на броневики с бердышом кидался!
— Ты будешь изгнан за пределы владений Роска, орк. Если ты еще раз ты переступишь наши границы — мы предадим тебя страшной смерти. Погибать придётся медленно и мучительно, орк, — Пенлод вещал монотонно, его красивое смуглое лицо не выражало ровным счетом никаких эмоций. — За покушение на убийство эльфа мы уже сейчас должны были резать гайяскутус на твоей спине, но не хотим портить отношения с Росомахами. Благодари Эру: Румил остался жив…
— Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А-А-А!!! — наконец у меня сорвало клемму и я гаркнул так, что птицы сорвались с крон деревьев и целый град из кедровых иголок и шишек обрушился сверху на толпу, как будто мстя за их шипение и швыряние. — СУКАПАДЛА! ХВАТИТ КИДАТЬ В МЕНЯ ШИШКАМИ! Тупые вы скоты! Я сражался за ваших! Я ввязался в чужой бой, потому что вы не смогли защитить своих на берегу Байкала! Меня пытался убить ваш соплеменник потому, что какой-то неизвестный мне орк сожрал его невесту! Я-то какое к этому отношение имею? Я виноват, потому что у меня нижние клыки выпирают сильнее, чем у вас, а кожа — серая? У-у-у-у, как же вы меня бесите! Все вокруг вас ненавидят — и теперь я вижу за что! У вас появился единственный на многие сотни километров вокруг союзник, и вы мечтаете прикончить его за то, что он защищался, будучи у вас в гостях⁈ Вы порицаете тех, кто выражает антиэльфийские настроения, обвиняете их в шовинизме, невежестве и ксенофобии, но сами-то! Посмотрите на себя в зеркало, чтобы увидеть виновника всех своих напастей! «Вот, у нас за миллион лет впервые появился в лесу черный урук, которого мы раньше никогда не видели — давайте сначала убьем его, а потом устроим остракизм и обструкцию!» — отличная логика для самого древнего и культурного народа! Дикари, чистые дикари, плевал я на вас! Если хоть одна тупая скотина поднимет руку с шишкой — я оторву эту руку, обещаю, и затолкаю ее кому-нибудь в жопу!
Я обвел толпу мрачным взглядом и с удовлетворением увидел, что многие из них опускали глаза. Но некоторые глядели вызывающе, и шишки все еще оставались в их руках. Самоуверенные сукины дети…
— Думаете, что успеете мне помешать? — я сжимал и разжимал кулаки, голос то и дело срывался но гроул, норадреналин плескался в крови, требуя немедленного смертоубийства. — Полагаетесь на винтовки своих снайперов, что сквозь прицелы пялятся на меня из окошек ваших древесных хибар? Ну-ну. Попробуйте… Только рыпнетесь — и я устрою тут месиво!
Я развернулся и зашагал прочь в полной тишине — широко, быстро. Эльфы расступались, давая мне проход. Может, совесть проснулась, может — испугались… Не знаю, что они там себе думали, и какие у них были мотивы, но татау у меня на предплечье полыхали невыносимо ярко. А мои провожатые были вынуждены догонять трусцой. Похоже, у этих воинов имелся приказ — довести меня до границы, а может — и доставить к Росомахам. Хотя, уверен, с большим удовольствием каждый из них выстрелил бы мне в затылок из винтовки.