Кодекс Крови. Книга VIII (СИ)

— А вы, Исико-сан, меня удивили! Вы не только успели выучить русский язык, но ещё и наши предсвадебные обычаи! Надо же, как вы ловко запросили выкуп за невесту!
Я подтолкнул макр в её сторону. Исико начало потряхивать.
— Что же вы? Берите! Вы же хотели поиметь денег? Здесь примерно та сумма, на которую вы рассчитывали! Макр пятого уровня.
— Мама? — до Тэймэй, кажется, начало что-то доходить.
Исико шумно сглотнула и сжала руки в кулаки. Рановато я решил, что тёща пошла на мировую. Судя по всему, нас ждали весьма любопытные игрища в будущем.
— Оставьте его себе! — Исико встала с прямой спиной, будто проглотила меч. — У нас в империи детьми не торгуют! Это ваши варварские обычаи!
— А у нас в империи на родственниках не принято наживаться. Варвары — одним словом, — вернул я вдовствующей княгине её шпильку. — А ещё у нас в империи после предательств честью не торгуют, как на базаре, а казнят! Но куда уж нам до просвещённой Японской империи!
Исико, молча, вышла из зала с гордо поднятой головой.
«Прости!» — по кровной связи извинилась Тэймэй и отправилась вслед за матерью. А я убрал оставленный макр и принялся доедать одно из самых дорогих в моей жизни угощений.
* * *
Борзый категорически был против отпускать Кирану в экспедицию самостоятельно:
— Наша задача — вас беречь. Отпустить вас одну прямо противоречит нашей задаче. Не хотите идти большой группой, мы соберём малую. Но даже ваш брат не устаёт повторять: «Хорошо подготовленная группа бьёт одиночку, каким бы сильным он ни был».
— Ксандр, ну хоть ты ему скажи, что мы ненадолго. А малыми силами легче пройти незамеченными.
Ксандр кивнул, сидя по-турецки на каменном полу и не отвлекаясь от изучения вороха карт.
— Кирана Юрьевна, — устало обратился Борзый к охотнице, — я вас уже однажды отпустил побегать в одиночестве, и это, сами знаете, чем закончилось. Повторять подобный опыт я не хочу. На вас так королев не напасёшься.
Здесь Киране крыть было нечем. Если бы она тогда была с сопровождением, возможно, Исбьерн бы несколько раз подумал, прежде чем на неё нападать.
— Хорошо, ты прав, — признала она. У Ксандра и Борзого брови одновременно взметнулись в удивлении. Эта женщина и признала правоту мужчины? По-видимому, где-то сдохла весьма редкая тварь. — Собирай пятёрку бойцов, пойдёте с нами.
Командир кивнул и отправился к бойцам.
— Редкое здравомыслие, — коротко отозвался Ксандр, разглядывая самодельную карту на куске выделанной животной шкуры светло-коричневого оттенка.
— Как будем добираться? — Кирана также склонилась над картой, пропустив последний пассаж в свой адрес мимо ушей. — По наполовину затопленной гряде или по воде?
— По гряде, — высказал собственное мнение охотник и показал пальцем расстояния между вершинами. — Я наращу мосты между незатопленными пиками, а ты будешь контролировать наших водных обитателей.
— А что их контролировать, если мы вверху, а они внизу.
— Мне тут дозорные сообщили, что в воде появились плавающие рыбки с полной пастью зубов и с возможностью выпрыгивать из воды на шесть метров. Так что следить за ними надо, если не хочешь случайно стать фаршем. — Ксандр решил тут же сменить тему. — Что думаешь со всем этим делать?
Кирана уселась на пол, упираясь спиной в плечо охотника, так что ему был виден только девичий профиль, и то не весь. Охотница вынула клинки из когтей войлака из ножен и расчертила льдом мишень на противоположной стене пещеры. Первый нож вошёл в девятку, прежде чем она заговорила.
— Как и описывала твоим вкратце. Опыты не продолжу, попробую решить всё миром. Мне восстанавливать виноградники надо, жильё отстраивать для людей, инфраструктуру. Связь с изнанкой восстановить. А на это всё нужны верные люди. Твои товарищи особого энтузиазма не выказали, бабки эти, ещё оголтелые с самомнением непомерным, рот открывают не по делу. Я их пока не уберу, остальные нормально сотрудничать не согласятся, а если устраню физически, будет не самое лучшее начало для взаимоотношений.
 
Два следующих ножа уже красовались в десятке.
— Не жалеешь, что во всё это ввязалась? — охотник чуть повернул корпус так, чтобы Кирана уже упиралась спиной ему в грудь.
— Иногда тихо матерюсь. Как-то не так я представляла жизнь богатой аристократки, — охотница замерла, не поднимая головы. — А потом вспоминаю брата, его людей, тебя, бельков… всех здесь. Что, если бы я не провалилась? Сколько бы вы продержались без пелены, но с тварями по обеим сторонам? А так шаг за шагом, но вроде бы выкарабкиваемся. Ты, кстати, у нас теперь тоже аристократ, — хмыкнула Кирана, и Ксандр заметил уголок её кривой улыбки. — Вот возьмёшь, уедешь в Трапезунд, а я тут одна останусь разгребать всё это.
— Не уеду, — Ксандр осторожно погладил охотницу по плечу. — Охотники своих не бросают! Да и не так всё страшно, как ты думаешь. При такой команде, как у тебя, разобраться с проблемами — дело времени. Маги восстановят дома, дороги, виноградники. Бойцы совместно с нашими очистят лаборатории и запечатают от греха подальше.
— Ну да, зачистят, — кисло повторила Кирана, — а следующие перерождения бельков как проводить?
— Давай решать проблемы по мере их поступления. Если думать обо всём и сразу, можно двинуться мозгам, — со свойственным мужчинам рационализмом предложил Ксандр. — Я думал, что ты и в экспедицию эту идёшь, лишь бы отложить на время погружение во все эти проблемы.
— Ты знаешь, — Кирана даже обернулась к охотнику, умостив подбородок ему на плечо так, что их лица оказались очень близко, — я тоже сначала так думала. Что просто сбегаю от ответственности. Но потом прислушалась к себе и поняла, что меня туда тянет. Интуиция или магнит для приключений на задницу, я ещё не разобралась, но мне туда нужно.
Ксандр любовался, как на лице девушки вспыхивали и гасли татуировки, демонстрируя настроение хозяйки. Если до того преобладал синий цвет тоски, то сейчас алые всполохи демонстрировали увлечённость охотницы.
— Надо, значит, надо. От одного дня ничего не изменится, а потом уже возьмёмся за ворох местных проблем. И я тебя уверяю, мои товарищи — умные существа, они достаточно быстро поймут преимущества сотрудничества с тобой и жизни под одной пеленой.
* * *
Иван Григорьевич Кречет пристально разглядывал себя в зеркало. Сеансы лечения у Подорожникова завершились, но писаного красавца из него пока не вышло. Зато вышло весьма приличное количество дерьма. Как-то до этого он не замечал, что нажрал ни много, ни мало, а под три десятка лишних килограммов. И сейчас эти твари цеплялись за жизнь на его теле всеми возможными способами.
Но даже тренировки казались чем-то терпимым по сравнению с отказом от привычки пить. Пить много, разнообразно и регулярно. Его ломало и тянуло к алкоголю так сильно, что уже пару раз он останавливал себя, удерживая стакан с виски у самого рта. Вдыхать запах всё что ему оставалось. Очень вовремя супруга отправилась в Реку Времени, позволив ему закрыться в собственном поместье под видом траура и срываться на слугах, когда отчаянно хотелось пуститься во все тяжкие.
Хорошего настроения не добавляло и то, что у ворот его поместья перебывала половина всех пьяниц и щёголей высшего света, привыкших кормиться за счёт его имени. Все они по мобилету предлагали выпить, выговориться и, естественно, развеяться. Ведь «жизнь продолжается».
Иван Григорьевич пару раз чуть не поддался соблазну, но ноюще после тренировки тело совершенно отказывалось куда-либо идти. Да и вовремя выписанная из специального салона массажистка-кудесница смогла удовлетворить почти все его телесные запросы.
«Друзья» негодовали. В то, что кормушка прикрылась, никто не хотел верить.
Как-то так вышло, что неделя затворнической жизни и здорового образа жизни, Кречет ему помоги, весьма приятно сказалась на финансах Ивана Григорьевича.
«Так что, Ваня, жизнь твоя была полная х…ня», — подумалось Ивану Григорьевичу на трезвую голову. Ну ничего, он ещё приведёт себя в порядок, а пока стоит использовать повод утраты, чтобы немного добить себе очков в глазах общества. Он набрал номер тестя и дождался ответа спустя полминуты: