Мурчание котят (СИ)
Сейчас речь шла не просто о том, обратит ли гранд-шеф, по слухам — мерзкий старый мухомор, — своё внимание на их проблему. Масштабы беды давали повод задуматься вообще о выживании стейта, если потери столь велики — почти полностью два поселения людей погибли.
Идона, которой точные науки не очень давались, сейчас на удивление легко сложила два и два: не будет людей — не будет стейта, а значит, и её честолюбивые планы провалятся. И потому поспешно и слишком резко бросила:
— Конечно, нужно сообщать! Дукс — вершина власти на планете. Он должен знать всё, что происходит! Если ты, отец, и другие главы стейтов будете скрывать новости, то как гранд-шеф сможет оценить состояние Леса и принимать решения?! Если ты отвечаешь только за наш стейт, за каких-то несколько поселений, то он — за всех! Поэтому я считаю, что стоит любую новость отсылать в Центр.
Отец задумчиво смотрел на неё, на её сурово сдвинутые брови, сжатые кулаки, на всю её хоть и стройную, но неженственную из-за доспехов фигуру. Для Идоны эта задумчивость значила только одно — у шефа зреет какая-то мысль.
— Сообщить нужно, это ты правильно говоришь, дочь моя. Гранд-шеф должен знать, конечно, что творится на землях Леса-Прародителя. Но если бы грандом был не Дукс… Ты его просто не знаешь.
Голос отца предательски упал почти до шёпота. Он боится! Торжествуя, Идона улыбнулась и дернула подбородок вверх. Её взгляд сочился надменностью.
— Взял бы меня с собой на форум в Центр, узнала бы. А так… — она перевела взгляд на большое окно, за которым шумел Лес-Прародитель, Лес-великан, закрывавший собой небо.
Продолжительная тишина заставила Идону обернуться и снова взглянуть на отца. Тот всё ещё внимательно изучал её. И она вспыхнула:
— Ты боишься гнева какого-то старикашки?!
Отец хмыкнул и поджал губы. Сказал с усталым вздохом:
— Боюсь? Вряд ли это можно назвать страхом. Но всё же предпочту не встречаться с его гневом. Он владеет самой большой сілой на планете, и это надо учитывать.
О, дипломатичность! Снова эта драгоценность главы стейта на Юге Влажных Лесов — дипломатичность! Идона в который раз разочаровалась в отце, в который раз её детский кумир, уважаемый Мариджн, самый сильный и могущественный человек на свете, свергался с пьедестала.
— И какое же решение ты примешь, отец?
Она снова говорила сдержанно и вежливо. Только за вежливостью пряталось хорошо скрытое презренье.
Глава стейта и, по нелепой случайности, её отец задумчиво разложил веером бумаги с донесениями на столе. Они очень красиво сочетались по цвету и фактуре — желтоватые, волокнистые листы и украшенная дивной резьбой столешница, и отец, полюбовавшись, собрал донесения в одну стопку, скрутил трубочкой, остукал полученным рулончиком по самой толстой жилке на поверхности стола и поднял глаза на дочь.
— Я подожду. Вдруг это единичное явление.
Глава 2. Дукс
Весь путь до офиса Дукс напряженно размышлял. Новая идея, пришедшая сегодня под утро была очень интересна, но и очень сложна в реализации. И эта короткая прогулка от дома до лаборатории, что обычно его раздражала, сегодня была как нельзя кстати: идея была слишком сырая, а ходьба хорошо успокаивала эмоции.
О, эти женщины! Идея пришла прямо во сне и, едва оторвавшись от перины, гранд-шеф сел записывать появившиеся мысли. Их было много и все — очень интересные. Дукс спешил, боясь забыть что-то или потерять мысль, чернильный сок брызгал с острого хвостика ручки, пачкал тонкие листы бумаги, иногда даже протыкал их, но великий учёный не обращал на это внимания, торопясь зафиксировать мысль. И он почти всё успел, уже задыхался от восторга, чувствуя, что он в шаг от открытия.
Но тут пришла эта ужасная женщина и принесла завтрак. И, конечно, сбила его с мысли! Ах, как Дукс разозлился! Раскричался, швырнул тарелкой в дуру, что так неосмотрительно оторвала его от важного дела. Жаль, не попал — хоть и немолода была, а ловко увернулась, отрыжка цуккана. За столько-то лет натренировалась…
И вот теперь мерные шаги по заросшей зеленью улочке приносили умиротворение, шепот Леса-Прародителя приводил в гармонию душу, а мысли снова устремились к родившейся ночью идее. Дукс неосознанно прибавил шагу, спеша к рабочему столу, журналу наблюдений и привычной ручке с напитанным чёрным соком острым хвостиком.
Гранд-шеф должен работать в своём офисе — таково было негласное правило. И в те времена, когда Дукс только-только занял должность гранд-шефа, ему легче было к личному кабинету прирастить лабораторию и оборудовать всем необходимым, чем пытаться сломать старый порядок. Это сейчас он с лёгкостью переворачивал порядки и отметал правила. Да только переносить лабораторию не было смысла — теперь здесь было удобнее, чем дома.
Дукс взглянул на свои подрагивающие не в такт шагам руки, сжал их в кулаки, снова раздражась, и поднял голову вверх. Громадный купол офиса, как всегда внезапно, вынырнул из невысокой на фоне отдалённого Леса-Прародителя зелени столицы.
Этот купол когда-то стал для него символом успеха, доказательством его состоятельности. И много лет назад он не стал спорить со старым правилом не только потому, что имел ограниченное влияние. Просто тогда он не мог и представить, что, спустя несколько десятков лет обязанности гранд-шефа станут для него настолько обременительны, а трата времени на дорогу в офис будет казаться преступной расточительностью.
В первые годы после избрания Дукс вырастил здание новой лаборатории прямо возле кабинета, да так, как того хотела душа, — широко, с запасом, с мечтами о будущем расширении, с учётом самых смелых планов. Он черпал ресурсы на постройку из общего бюджета сначала робко, нерешительно, а когда лаборатория была готова, заполнена необходимым и не очень оборудованием, понял все преимущества своей новой должности. И возрадовался. Это было совсем не то, что вырастить собственными силами дом для своей тогда ещё маленькой, семьи. Для покупки строительных бактерий и субстрата приходилось работать на столичный стейт, заниматься неинтересными исследованиями, щедро, порой досуха отдавать свою сiлу и… тешить себя мечтами.
А вот сейчас, когда семья разрослась, а опыты стали касаться его потомков, такое удалённое расположение лаборатории стало неудобно. Да и сама она была уже не такой современной, как много лет назад.
Дукс недовольно скривился — не хочет он сейчас думать о таких глупостях, как новые постройки и обновление оборудования. Именно это выражение лица увидели его помощники, Фнорре, Свер и Зэодан, встретив его недалеко от офиса.
— Шеф? — озабоченно уточнил Свер.
— Ах, дети мои! Как время уходит, как уходит! Просто сочится сквозь пальцы словно сухая пыль!
Помощники чуть расслабились, вразнобой закивав. А Дукс, почувствовав наконец поддержку тех, кто его понимает, стал торопливо излагать новую идею, способную продвинуть опыты по улучшению репродукции сапиенсов на новый виток.
— Это будет как прыжок вверх на батуте! — восторженно воскликнул Дукс, делая последние шаги к входной перегородке офиса.
Каждый из троих его помощников обладал неслабой сiлой, но, кроме того, был очень крупными и физически сильными. Их сiла, конечно, не шла ни в какое сравнение с его, но втроём они почти дотягивали до его уровня. Но было и ещё кое-что, что делало этих молчаливых гигантов бесценными помощниками — в отличие от остальных жителей Леса, они полностью разделяли его увлеченность, не пытались спорить и всегда поддерживали его начинания.
Были у помощников и другие ценные качества. Например, они обеспечивали ему комфорт в лаборатории. Или приносили перекусить тогда, когда напряжение опыта или расчетов спадало, а аппетит давал о себе знать. Или готовили лабораторию к работе и убирали после, при этом всё оставалось на своих местах, и на следующий день ничего не приходилось искать, теряя время.
Они не спорили, не умничали, всегда внимательно слушали и были преданы, как домашние псы. А ещё не позволяли делам офиса отрывать его от научных изысканий.