Аксиома Эскобара: вес не имеет значения (СИ)

Видимо, что-то отразилось на его лице, потому что Варгас, прикрывавшаяся до этого подушкой, отбросила ее в сторону и как есть, нагишом, подошла к мужчине.
— Пабло, все в порядке?
— Да, красавица. Просто вспомнил что-то очень важное, — выдавил из себя жалкое подобие улыбки Эскобар. Слишком резкие эмоциональные качели он только что пережил…переживает? — Я пойду, надо многим заниматься.
И клюнув девушку в губы, Пабло резко вышел из комнаты.
Первым делом он нашел Шиму — женщину из индейцев, отвечавшую за готовку и уборку. Поручив ей принести сеньорите Варгас одежду и уточнив, где Хорхе, он отправился на кухню.
Именно там и обретался местный начальник, спокойно перекусывающий нехитрым обедом: вареная кукуруза (один початок уже лежал в тарелке обглоданным, второй скоро должен был к нему присоединиться), несколько фруктов и чашка крепкого кофе. Свежесваренным кофе пахло очень вкусно далеко за пределами кухни.
— Осталось ещё? — спросил Эскобар, кивнув на стоявшую за спиной его сикарио плиту, где возвышалась простенькая турка немаленького объема.
— Чашки на две, Патрон, — приподнял свою немаленькую кружку Хорхе. — Сам варил, несколько минут только прошло.
Открыв шкафчик с посудой, Пабло вытащил себе ровно такой же здоровенный сосуд и, используя лежащее на столешнице ситечко, перелил в него почти весь кофе. Плеснул сливок из фарфорового кувшинчика с собственным изображением (остатки от одной из рекламных компаний), добросил ложку сахара и, недолго помешав, с удовольствием глотнул, подходя к окну.
— Рассказывай, — бросил он в сторону Хорхе, даже не оборачиваясь. Тот убрал недопитую кружку в сторону и встал.
— Подъехали ребята с соседних объектов. У нас теперь тут тридцать восемь бойцов, включая тех, кто в доме напротив. Еще десятеро в четырех машинах ниже по дороге, и восемь в трех тачках выше по дороге. Подадут сигнал, если вдруг пойдет колонна. Полиции пока не наблюдаем. Есть пулеметы, включая пару «Браунингов». Четыре снайперские позиции.
— Мигель?
— Доктора еще возятся, но говорят, что жить будет. Но попозже надо бы его в больницу перевести. У нас, конечно, тут первый класс, но мало ли…
— Пленный?
— Тоже без проблем. Ну, точнее, док сказал, что надо повозиться, но рану заштопают. Кровь уже перелили, так что…
— Моя машина?
— Уже увезли, успели до полиции. Будет в мастерской сеньора Чевейо, пока не решите, что с ней делать.
— Судя по тому, что я не слышу этого в первую очередь, других атак не было? — Эскобар отвернулся от окна и посмотрел Хорхе в глаза. Тот невольно встал по стойке «смирно», увидев тяжелый взгляд босса.
— Не было, Патрон. Ни одной. Видимо, охотились конкретно на вас.
Это радовало. Что ж, теперь надо было позвонить жене, брату и кузену дать знать, что все в порядке — если они еще не в курсе. А затем созвать небольшой сбор. Ну и конечно, нужно подумать над новыми планами и решить, кого он первым из своих нынешних или будущих врагов пустит под нож, используя флаг М-19.
А еще, пришла в голову мысль, пора проникать не только в США, но и в Британию. Деньги там есть, как и почти шестьдесят миллионов человек населения, так что сотня тонн порошка сбыт найдет. Как и четверть миллиарда таблеток экстази. А чтобы всякие там МИ-5 занимались чем-нибудь более интересным, чем бизнес скромного колумбийца, нужно помочь бойцам за правое дело. Так что ребят из Шинн Фейн — Ирландской Республиканской Армии — ожидает денежный дождь (миллионов десять баксов для начала) и помощь от настоящего специалиста по контрабанде. Потому что бомба, убившая Бояну, могла быть и британской. А за своё и своих Пабло будет убивать. Даже если это «свое» было в другой жизни.
Американцы тоже выплатят свой долг с процентами. И канадцы. И остальные… Он до них до всех доберётся…
— Понятно, — Эскобар сделал еще несколько глотков. — Тогда мне нужен телефон.
  
Глава 11
 
Услышав о том, что офис их строительной компании атаковали именно тогда, когда Пабло был внутри, Густаво Гавириа, по факту второй человек в Медельинском картеле, почувствовал себя так, словно его облили ледяной водой. И его очень близкие отношения с кузеном были не единственной причиной для подкатившего к горлу комка.
 
Пабло был сердцем и мозгом организации, настоящей движущей силой. И, с недавних пор, идеологом. Их «просто бизнес» стремительно становился чем-то большим. Густаво не видел всей картины, не видел всего плана, но даже те части, что были ему доступны, вызывали оторопь. Ему было понятно, что если Пабло умрёт — не важно, сегодня, завтра или даже через год — то всё это развалится. Может, не сразу, но быстро…Понятно, что они будут торговать, но кузен четко объяснил — рано или поздно янки за ними придут. И скорее рано. Почему он и начал все эти истории с идеологией и распространением своего влияния среди простого народа Колумбии в частности и Южной Америки в целом…
Поэтому Густаво поднял «в ружье» всех, кого только смог. Более чем приличные силы — вот только непонятно было, куда бить. Конкурентов, на которых Эскобар собирал досье и выстраивал планы по единомоментному уничтожению? Леворадикальные группировки? Правительство? Но Пабло в резких возражениях запрещал воевать с государством. «Мы не готовы и проиграем» — и, в целом, Густаво был готов согласиться.
А делать что-то было надо, и Гавириа опасался, что напортачит.
Звонок кузена стал спасением. Пружина, сжимавшаяся несколько часов все сильнее и сильнее, исчезла. Напряжение спало, появилось понимание, что самого страшного не произошло. Вот только Густаво осознал, что им нужен план «Б» на случай, если с Пабло все-таки что-то случится.
«Надо бы это обсудить… вот только надо верно слова подобрать, чтобы Пабло не понял меня неправильно, — садясь в рубинового цвета бронированный Кадиллак прикидывал Густаво. — Но сначала — месть!»
Впрочем, с последним было сложно — ведь отомстить за себя сумел и сам Эскобар. Практически все нападавшие были мертвы: атаковавшие здание умерли или во время штурма, или сразу после, когда прибыла подмога. Удрать не смог никто — последних добили прибывшие на место полицейские.
А из тех, кто гнался за Пабло, в живых осталось лишь двое — один из боевиков в перевернувшемся Плимуте, и Эмилио Гарсия, главарь. При этом бедолага из машины был серьезно переломан и еще не факт, что выживет.
Ну а главарь… Для всего мира он сбежал. О том, что это не так, знало считанное число людей. И Роберто с Густаво были единственными, с кем Пабло собирался поделиться своим планом по использованию Эмилио: фигура Гарсии как «флаг» для операций, чтобы затем, в нужный момент, на какой-нибудь из «акций» грохнуть его и оставить тело. И тогда все сделанное людьми картеля спишут на «радикалов из М-19». Очень удобно.
Колонна из четырех машин — а после атаки Густаво не рискнул ехать «обычно», с минимум охраны — домчалась до места встречи очень быстро, за какой-то час. Подъезды к вилле и огороженная территория были набиты охраной, которая, к тому же, не стеснялась носить автоматическое оружие. Автоматы (в основном швейцарские SIG 540), несколько немецких пулеметов… У кого-то из бойцов наметанный глаз Густаво заметил гранатомет. И он был уверен, что это не всё, и где-то в округе, если поискать, найдется пара минометов.
Встретили их настороженно, но одного из своих боссов сикарио, конечно, знали, поэтому колонну пропустили к вилле без проблем, а затем запустили на территорию самого Гавириа. Впрочем, в дом ему идти не пришлось — Эскобар, по своему обыкновению, отдыхал в саду, откинувшись в кресле-качалке. Неподалеку на столике лежал длинноствольный артиллерийский «Люгер» вместе с комплектом для чистки.
Роберто уже приехал и молча расположился на скамейке, время от времени закидывая в рот крупные виноградины из стоявшей рядом хрустальной чаши. Он явно был напряжен.
— Привет, hermanos, — поприветствовал Густаво братьев.
— Привет-привет, — меланхолично ответил Роберто.