Голубая кровь (СИ)

— И ты отважилась проделать такой путь без оружия, если не считать стилета? — ужаснулась графиня Ронда. — Да ещё верхом на чёрном коне? Неужели ты не могла взять коня другой масти и оставить себе что-нибудь помимо стилета? Ведь на тебя снова могли напасть регетарки или, того хуже, тебе встретилась бы Лэс!
— Мама, — сказала Нейман, устало улыбнувшись с видом человека, исполнившего свой долг, — я не могла оставить табунщиков без дополнительного оружия. У меня был свежий конь, и я без труда ушла бы от регетарков, а Лэс в наших лесах никогда не видели. Ну а что касается масти коня, то я оказалась в том табуне, где собраны только чёрные кони и потому других лошадей там просто не было.
— Если наши леса стали так опасны, то необходимо лучше вооружить людей, — сказала Изабелла.
— Я тоже так думаю, — согласилась Нейман, — особенно после того, как сама убедилась насколько стало везде опасно. Извините, я пойду, переоденусь.
Нейман встала и ушла, а графиня Ронда печально покачала головой.
— Этот конь выглядит весьма сильным, — Том указал на лошадь, на которой приехала Нейман. — У вас они все такие выносливые?
— Да, по крайней мере, теперь, — ответила графиня Ронда. — Мои табуны сейчас на Тере вне конкуренции.
— А разве вы видели лошадей лучше? — спросил Ратмир.
— Видела, много лет назад. У териан были такие лошади, какие нам и не снились: умные, послушные, невероятно быстрые и неутомимые, отличавшиеся высоким ростом и грацией. Они, в отличие от привезённых сюда лошадей, бросались только на тех, кто угрожал их хозяевам. Это были исключительные кони, но и они исчезли вместе со своими хозяевами — терианами.
— Пришельцы многое уничтожили на этой многострадальной планете, — не мог не согласиться Ратмир.
К графине подошёл управляющий, и ей пришлось отвлечься. Она извинилась и отлучилась на четверть часа, чтобы решить неотложные дела. Три сестры Эриндо легко нашли общий язык с гостями и успели задать им массу вопросов о жизни на других планетах. А потом все вернулись к прерванному разговору.
— Ваша дочь Нейман, кажется, сказала, что у вас есть целый табун чёрных коней? — спросил Артур. — Я не ослышался?
— Да, это так, — подтвердила графиня Эриндо. — У нас есть табун в несколько сотен чёрных лошадей.
— И Лэс-Тера ни разу туда не наведывалась?
— Ни разу. Нас самих это безгранично удивляет. Хотя мы, впрочем, прячем в труднодоступных и скрытых горных лугах и ущельях всех наших лошадей. Может, именно поэтому Лэс о нём ничего не знает. Я не раз хотела продать этих лошадей, да только кто их купит, если все знают, что Лэс угоняет всех вороных и купить такую лошадь, это всё равно, что выкинуть деньги на ветер. В Ауленте никто и даром не возьмёт чёрное животное, путь даже этот скакун стоит целое состояние. Впрочем, Лэс уводит всех лошадей, способных быстро бегать. Видимо, она не любит конкуренции.
— Но ведь ваши табуны состоят из лучших коней на Тере. Почему же Лэс их не уводит, но стоит вам продать кому-либо коней, как эти животные в большинстве случаев исчезают? Вам это не кажется странным? — Том прослеживал какую-то нелогичность, уж слишком хорошо шли дела у семьи Эриндо на фоне всеобщего кризиса.
— Это действительно так и я не могу отрицать очевидного, но моя семья здесь ни при чём, уверяю вас. Нам самим не понятны все эти дела, — развела руками графиня и она, похоже, говорила искренне.
— Мы не хотим задерживать вас, госпожа де Эриндо, и отбирать ваше время, — дипломатично вмешался Артур, видя, что тема разговора не нравится семье графини. — Если вы позволите, то мы выберем коней и удалимся.
— Конечно, — графиня по-прежнему на равных держалась с гостями и не сердилась на них за неудобные вопросы. — Если хотите, то я прикажу привести всех коней, имеющихся сейчас в конюшне.
— Нам подойдёт любая порода и масть. Но есть два условия. Во-первых, они должны быть молодыми, выносливыми и быстрыми, громоздкие тяжеловозы нам не подойдут. Во-вторых, один из них должен быть чисто чёрной масти, — произнёс Артур.
 
— Чёрной масти? — услышал в ответ Артур ледяной голос Нейман, не то недовольный, не то удивлённый.
Он посмотрел на Нейман. Она уже переоделась в блестящее золотистое платье. В её незатейливой причёске красовалась множество золотых шпилек с мелкими бриллиантами, сверкавшими в её чёрных волосах, как звёзды. Кроме браслетов и пары серёжек с длинными подвесками, украшений Нейман больше не надела, но она была при своём терианском стилете, а рядом с ней шли два дога весьма внушительных размеров.
Нейман, похоже, была не из тех девушек, что проводят у зеркала часами. Она не казалась излишне изнеженной. Она вернулась довольно быстро и, что нельзя было не заметить, уже не выглядела уставшей и подавленной. В отличие от своих сестёр и матери, Нейман смотрела на нежданных гостей без улыбки и как-то особенно, можно сказать чуть свысока. Она словно не доверяла им, а, может, она была от природы хмурой и немного отчуждённой. Создавалось впечатление, что Нейман более зрячая, и видит то, что не замечают другие. Уж эта-то представительница семьи Эриндо не такая простодушная, как остальные, и выглядела очень серьёзной, как будто была чем-то озабочена. Вот и сейчас её лицо выражало практически открытое недовольство. Видимо то, что Артур изъявил желание купить чёрного коня, ей пришлось не по душе.
— Да, я хотел бы, чтобы одна из лошадей была непременно чёрной, — спокойно повторил Артур и снова отметил в больших глазах Нейман негодование и ещё что-то неудовлетворявшее её, — и та, на которой приехала юная графиня, меня вполне устраивает, если вы согласны её продать.
— О, конечно я вам её продам! — с радостью согласилась графиня Ронда. — Только боюсь, что вы недолго будете на ней ездить, по понятным всем причинам. Я советую вам выбрать другого коня.
— Мне нужен именно чёрный, я не ошибся, — подтвердил Артур. — Дело в том, что нас вызвали сюда не отдыхать, а поймать вашу живую, вернее неуловимую, легенду Лэс-Теру. А чёрный конь будет служить приманкой, и я рассчитываю, что мой план сработает.
— Вы хотите поймать Лэс-Теру? — осведомилась Нейман ещё более странным голосом.
Трудно было определить, что именно она хотела сказать этим вопросом.
Артур посмотрел на неё.
На этот раз в глазах юной графини отразилось нечто большее, чем недовольство — в них горела скрытая ярость. Нейман смотрела на пришельца странным ледяным взглядом. Так, пожалуй, изучают только врага, с которым предстоит схватка на смерть. В нём сквозила ненависть, угроза и ещё что-то неуловимое, но не сулящее ничего хорошего. Глаза Нейман смотрели как-то не по-человечески, жестоко и угрожающе. Это был уничтожающий взгляд чего-то сверхъестественного и безжалостного. Командир Группы Риска не знал почему, но он мог поклясться, что такие же самые глаза могли быть у Лэс. Артур ощущал нечто подобное, когда Лэс-Тера смотрела на полуживой караван там, в пустыне. Нейман стояла возле кресла матери так, что её лицо видел лишь Артур. Он чувствовал, как от взора неподвижно стоявшей Нейман, у него в жилах стынет кровь. От Неры, своей матери, Артур унаследовал кое-что из её неординарных способностей и сейчас он догадался, что в этой девушке заключена какая-то сила. У юной графини была не просто сильная натура и железная воля. А что творилось в её голове — вообще оставалось загадкой.
Это продолжалось секунду, но Артур успел заметить этот огонь, вспыхнувший в глазах Нейман, которые тут же снова стали равнодушными и выражали лишь скуку и благородство, с примесью любезности. Нейман быстро взяла себя в руки, но всё же та сила, на миг вырвавшаяся в ней из-под контроля на волю, не ускользнула от командира Группы Риска-III, и он это запомнил. Она либо умела плохо скрывать свои чувства, либо не боялась открыто заявить о них и потому не прятала злость, а, значит, не опасалась преследований, уверенная в своей неприкосновенности.
— Да, — подтвердил Артур, придя в себя от взгляда Нейман, но, не подавая вида, что только что пережил что-то близкое к шоку, — именно Лэс-Теру. Но ещё, правда, нас неожиданно попросили поймать и Одинокого Убийцу.