Голубая кровь (СИ)

— Я могу попытаться ещё раз связаться с Аулентом, — желая подбодрить проводника, предложил Артур.
Тот в ответ безнадёжно покачал головой:
— Это не поможет. Я уверен — связи снова не будет. Эта пустыня проклята, она, словно палач, любит помучить свои жертвы.
Купцы, собрав уцелевших животных и товар, двинулись дальше, оставив позади трупы регетарков. Караван потерял пять человек и треть вьючных животных с грузом, которые были либо загрызены, либо убежали, спасаясь от хищников.
Проводник выглядел расстроенным и вконец упавшим духом. Артур, ехавший бок о бок с ним, ещё питал слабую надежду на спасение, хотя связаться с Аулентом так и не удалось. К ним подъехал Ратмир. Его лошадь тяжело дышала и фыркала, всё ещё разгорячённая прошедшим боем. Сам всадник, с растрёпанной густой шевелюрой и покрасневшим от жары лицом, казался всё же веселее своего дяди, и вообще было похоже, что этот парень не привык унывать. Ратмир выглядел ровесником Артура, но, видимо, ещё не успел разочароваться в жизни.
— Я благодарен тебе за помощь, — обратился Артур к Ратмиру, — если бы не ты, тот зверь раздавил бы меня в лепёшку.
Ратмир просиял от счастья. Он с самого начала тайно восхищался Группой Риска. Эти люди, сдержанные, хладнокровные, учтивые, полные внутреннего достоинства и не сующие нос не в свои дела, вызывали уважение и служили ярким контрастом с вечно суетящимися и болтающими купцами. А услышать благодарность от самого командира, было очень приятно Ратмиру, не видевшему в жизни почти ничего, кроме пустыни, и ни разу не бывавшего на более цивилизованных планетах, чем Тера.
— Ратмир, — продолжал Артур, посмотрев на племянника проводника, ехавшего с ним рядом, — у нас в Группе четыре человека, но формально должно быть семь. Трое из наших погибли и им ещё не нашли замену. Если у тебя есть желание стать одним из нас, то я охотно возьму тебя в свою команду, так как ты имеешь нужные для этого задатки. Пока мы будем на Тере, ты станешь нашим гидом, ведь тебе известны здешние места и нравы населения. Если тебе понравится, то потом я порекомендую тебя на постоянную работу в Центре Межпланетной Безопасности.
— Я согласен, — выпалил Ратмир, едва Артур успел закончить свою речь.
— Не спеши. Ты должен знать, что наша работа иногда довольно опасна, поэтому мы и называемся Группой Риска.
— Всё равно я с радостью буду служить, ведь постоянно видеть пустыню и регетарков уже невыносимо, — признался откровенно Ратмир.
— Господин Артур, — вмешался в разговор проводник, — вы, кажется, интересовались отсутствием в караване чёрных коней?
— Да, мне показалось это странным, — сказал Артур.
— Я вам объясню, в чём здесь дело, — ещё больше помрачнев, продолжал караванщик таким тоном, словно собирался предупредить ничего не ведающего пришельца о страшной опасности, — а оно заключается в том, что с появлением Лэс все чёрные кони стали исчезать по вине этой особы. Она угоняла их днём и ночью, и никто не знает почему. Вы и ваши люди, господин Артур, на Тере чужие, а потому хочу вас предостеречь — что бы ни случилось, держитесь подальше от чёрных коней. Сейчас на Тере существуют миллионы диких и домашних лошадей, но люди стараются не держать вороных, так как рано или поздно, но Лэс к ним наведается. А визит Лэс — не очень приятная штука.
— Да, с Лэс в Ауленте всё больше проблем, — согласился Ратмир, — и, похоже, она не собирается прекращать свои похождения. И кто знает, чего она добивается? По последним сообщениям, Лэс до того дошла, что многие теперь боятся даже собственных домов, так как утверждают, что видели её разгуливающей по ночам в богатых домах и замках. После чего там пропадали люди и важные документы. Но мне кажется, что аулентцы сами во всём виноваты. Во всяком случае, я придерживаюсь этого мнения.
— Вот и держи свое мнение при себе, — хмуро проворчал проводник и отъехал в сторону от племянника.
Артур удивлённо посмотрел на Ратмира, который говорил совершенно серьёзно. У землянина прежде складывалось впечатление, что все жители Аулента боятся и ненавидят Лэс. С того времени, как Группа Риска-III попала на Теру, об этой особе все отзывались только плохо. А тут он слышит собственными ушами, что человек, живущий на Тере не один год и, следовательно, знающий о Лэс довольно много, защищает её. При этом Ратмир держался свободно, и его мнение не зависело от мнения других людей. Артур высказал своё недоумение.
 
— Кто вам сказал, что Лэс все ненавидят? — спросил Ратмир, искренне удивившись. — Если вы слышали это от человека с не чистой совестью, то это не удивительно, но ни один честный человек, которому нечего скрывать, не скажет о Лэс ничего плохого.
— Почему? — вконец растерялся Артур. — Разве Лэс-Тера не ходячая угроза обществу? Разве она не угоняет табуны и отары? Не вытаптывает посевы? Не уничтожает технику, не сжигает дома? А ещё говорят, что по её вине у людей пропадают драгоценности, да и сами люди тоже. Разве это разрешено законом?
— Вам, видимо, сообщили только часть правды, — невозмутимо парировал Ратмир, — и всё, что вам сказали, действительно так. Но вам забыли поведать, что Лэс никогда ничего не отнимет у честного труженика.
— Прямо Робин Гуд какой-то, — с сарказмом усмехнулся Артур.
— Я говорю серьёзно, — нахмурился Ратмир. — А если честно, то Лэс-Тера действительно далеко не святая, не говоря уже о её необъяснимых и порой бессмысленных поступках. Дать ей объективную характеристику весьма затруднительно. Но Лэс не преступница — это точно. Скорее она такая, какой её сделала жизнь. Но верно и то, что вред она приносит только людям, которые со своей стороны сделали всё, чтобы спровоцировать её на разные пакости, и не раз устраивали за ней охоту, будто она дикий зверь. Я бы вам посоветовал, прежде чем заниматься этой особой, достоверно установить, человек ли она вообще.
— А разве такое может быть? — насторожился Артур, его внутренний голос о чём-то тревожно предупреждал.
— И вообще, если бы вы знали легенду о Ласточке и Чайке, то вы бы, возможно, судили о Лэс с другой стороны.
— Легенду? — спросил Дик, подъехавший с Томом и Рэмом. — А какое отношение к Лэс имеет эта легенда?
— Самое прямое, — кратко ответил Ратмир.
 9. Легенда 
Четыре всадника плотнее окружили Ратмира и вопросительно посмотрели на него.
— В таком случае, нам хотелось бы узнать эту легенду, — выразил всеобщее желание Артур.
— Я вам её расскажу, времени, видимо, у нас предостаточно, — согласился Ратмир.
— Слушайте, слушайте его, он вам такого порасскажет, — недовольно проворчал проводник, глядя в сторону.
— Но это же правда! — возразил Ратмир.
— Правда-то правда, но о чёрте лучше зря не поминать, а тем более в таком аду, — пробормотал вполголоса проводник и, пришпорив коня, уехал вперёд.
— О чём это он? — спросил Рэм, кивнув в сторону проводника.
— Не обращайте внимания, — ответил Ратмир, он не придавал значения суевериям людей. — Просто на Тере считается, что если часто говорить о Лэс, то беды не миновать. У нас сейчас трудное положение, вот дядя и разнервничался.
— Ничего, — сказал Артур, — мы не суеверные, рассказывай.
— Всё началось лет десять назад, — начал Ратмир. — В окрестностях Аулента и других городов, ныне уже покинутых, объявились две девочки лет десяти или чуть меньше, точно этого никто не знает.
Одна из них, с длинными золотистыми волосами, была одета во всё белое, усыпанная золотом, белым жемчугом и бриллиантами. Она появлялась на белом, как снег, необыкновенно красивом коне, сверкавшем от золота и бриллиантов.
Вторая являлась полной противоположностью первой. Она носила чёрное одеяние и украшения из золота и чёрных бриллиантов и жемчугов. У этой девочки были чёрные, как ночь, волосы и вороной конь.
Эти дети никогда не появлялись вместе, но они имели общую черту: они носили вуали, скрывая лица, и у них были благие намерения по отношению ко всем и ко всему.