Он вернулся: Том III (СИ)

— Здравствуй Кирилл Бумов. Мне представляться смысла нет, ведь так?
— Так… Ох знал я, что по мою душу придут, когда увидел утром новости. Но и бежать смысла особого нет, всё равно нашли бы, да?
— Правильно мыслишь. Только если бы сбежал, то вот эти хлопцы были бы менее добрыми. Поэтому можешь считать, что ты сберёг себе пару десятков костей, которые оказались бы сломанными. Ну и раз понял к чему всё идёт, то зачем вообще продал фото и аудиозапись?
— Этот придурок, владелец «Вестника», давно мечтал о горячем материала связанном с аристо, — улыбнулся кровавой улыбкой. — Но такой, осторожный материал. Без криминала и без упоминания такого грязного бельишка, за которое могут порешить. До этого он лишь освещал всякие мелочи связанные с аристо, но ему хотелось в высшую лигу. Обещал за требуемое ОЧЕНЬ БОЛЬШИЕ деньги. Ну я и полез к тебе в поместье, думал может сниму что. Охраны минимум, тебя хоть и признали наследником Салтыковых, но формально ты ещё не дворянин. А тут я ещё заснял такое! Риски были минимальные! Так какого чёрта вы тут устроили⁈ Ну раскрыл я ваши отношения, что тут такого⁈
Знаете, я ему даже верю. Звучит не только логично, но и просто по-человечески. Один хотел горячую новость, другой денег, плюс стечение обстоятельств. И будь между мною и Екатериной реальные отношения, то все они легко отделались бы. Если бы вообще столкнулись с какими-либо проблемами. А на деле оказалось, что девушка из-за нахлынувшись на неё чувств повела себя опрометчиво и это неверно было истолковано папарацци и владельцем СМИ. Ведь ни о каких отношениях и тем более свадьбы речи не шло.
Сложилась ОЧЕНЬ непростая ситуация для двух родов, но у Салтыковых сейчас и так проблемы. Хотя удивительно, что папашка до сих пор не позвонил. Видимо в роду сейчас всё совсем плохо. Ну, зато Кутузовы отреагировали одновременно со мной. И вот к чему всё пришло.
— Раз ты такой откровенный, то давай я тебе всё же объясню, что именно происходит, — смиловался я. — Понимаешь, между мной и Екатериной Кутузовой нет никаких отношений. Совсем. Мы с ней общались… три раза, причём один из них по телефону. Так что вы своей сенсацией поставили в непростую ситуацию Кутузовых. Я-то со своей семьёй легко отобьёмся от этого скандала, а вот Кутузовы нет. Ладно от свадьбы ещё можно отмежеваться, мол просто обсуждали перспективы. Однако если не подтвердиться сам факт наличия между нами мной и Екатериной близких отношений, репутация девушки очень сильно пострадает. Понял в чём проблема?
О, этот парень всё понял. Аж побледнел. Думал, что словил нас с Катей в момент любовной близости, а оно вон как вышло. Поспешил папарацци, ему бы вместе с бывшим владельцем «Вестника» чуть лучше разобраться в этой ситуации, покопаться в наших с Катей реальных отношениях и всего можно было избежать. А так и на старуху бывает проруха. Печаль-беда.
— Слушайте, виноват, признаю, — затараторил папарацци. — Да. нарушил пару законов, чтобы сделать снимки и короткую аудиозапись. Но я же фотограф, моё дело маленькое. Я сам в шоке, что наш с вами общий знакомый выложит всё с утра пораньше. Он раньше таких фокусов не выкидывал, проверял информацию и всё в том же духе. Видать не удержался, решил опубликовать сразу — вдруг я не удержусь и ещё кому солью фотки.
— А ты бы не удержался? — Поинтересовался я.
— Через дня три всё же продал бы фотки не опубликуй он их, — признался Бумов. — Вполне справедливо, ему бы хватило этого времени на проверку фактов. Да и другие СМИ сделали бы тоже самое, всё же с аристо надо быть поаккуратнее. Короче, ну не виноват я! На моём месте мог оказаться любой, у нас конкуренция высокая. Компенсировал бы неудобства, да что с меня взять? Однушка на окраине Москвы, эта убитая дача, старый мотоцикл, ну и гонорар за материал в сто тысяч. Для вас же это копейки. А вот убить меня не стоит! Я всё же не настолько набезобразничал, что милиция и «АИБ» спустя такое с рук. И это никоим образом не угроза, я лишь озвучил очевидный факт!
— Что, правда его не получится живьём закопать? — Спросил я людей Кутузовых. Папарацци на этих словах нервно сглотнул.
 
— Так как вы официально оставались простолюдином в тот момент, а этот фотограф максимум на административное нарушение себе заработал… Нельзя. К тому же он застал вас целующимися, а не в постели голышом. Вот в этом случае ещё что-то сделать можно было. Например, руки с ногами переломать. А так только аккуратненько побить и только.
— Разочаровывающе. И то, даже вы из-аз Екатерины ничего с ним сделать не можете?
— Нет. Даже если вы официально заявите, что всё это блажь, но только…
— Да не буду я никакие опровержения делать, — махнул я рукой. — Будем считать сам виноват решив поиграть в благодетеля. Но что же нам с тобой делать Кирилл Бумов? Ты ж меня считай женил раньше времени.
— Говорю же, виноват, признаю. Но ничего поделать с этой ситуацией не могу. Ну не предлагать же вам мой гонорар в качестве откупных? Ещё обидитесь.
— Тут ты в принципе прав. Возьму твои гроши и лишь себя опозорю. Вон, твой неофициальный начальник на меня «Вестник» переписывает. Ты-то такое себе позволить не можешь.
— «Вестник» теперь ваш будешь? — Удивился Бумов. А потом быстро взял себя в руки и начал говорить по делу. — Тогда у меня есть то, что можно предложить вам в качестве извинений! Раз вы аристо с личным СМИ, то можете позволить себе куда больше, чем простолюдин. У меня же за всё время работы папарацци скопилось много всякого материала, который нельзя использовать, чтобы потом за мной не пришли крутые люди.
— Однако ты её хранил рискуя, что что-то может просочиться и тогда тебе хана?
— Был такой риск. Но был и риск, что меня могут прижать. Тогда эти материалы могли бы помочь мне как минимум выиграть время, а то и вовсе спасти.
— Допустим. А что сразу не задействовал этот запасной план?
— Так на тебя у меня ничего нет! И на Салтыковых всякая мелочёвка. Твои свободные братья регулярно светились, все знают об их похождениях. Крыть мне нечем!
— И вместо шантажа ты хочешь передать мне уйму информации, которую я могу использовать по своему усмотрению, так?
— Верно. Ещё подкину координаты нужных людей, которые тоже могут чем-нибудь поделиться с вами за умеренную плату. Всегда же полезно иметь компромат на другие семьи. Вдруг с кем у вас возникнет вражда, так вы тут же сольёте всё через «Вестника». Отдам всё. Кроме информации по Кутузовым, — уточнил Бумов после красноречивого взгляда главного из троицы.
Так-то неплохая сделка. Куча компромата за то, что я оставлю этого мужика в покое хотя ничего ему сделать не могу. Но видимо Бумов всё же понимает, что от него так просто не отстанут, поэтому решил пожертвовать своим «чёрным ящичком». Умное решение.
— Ладно, сделка, — сказал я. — А как «Вестник» перейдёт в мою собственность изволь явится туда и устроится на настоящую работу. Что ты глазками хлопаешь? Таких как ты лучше держать под присмотром. Во избежание.
— Как скажете… босс.
На этом история считай и закончилась. Мужчина передал мне несколько флешек и твердотельных накопителей. Один из них он передал людям Кутузовых, как и обещал. Троица предложила подвезти меня до дома, я не стал отказываться.
И вот на полпути домой мне наконец-то позвонил отец. Долго он что-то.
— Я уже думал ты сегодня вовсе не позвонишь, — сказал я вместо приветствия.
— И без того достаточно проблем, — не слишком дружелюбно ответил Николай. — Что за история с Кутузовой?
— Девушку захлестнули эмоции, случился порыв, а тут, как назло, меня караулил один папарацци. Неприятная история, но она почти закрыта. Заехал в офис «Московского Вестника», там пересёкся с людьми Кутузовых и мы вместе с ними задали владельцу издания интересные вопросы. В качестве компенсации очень скоро «Вестник» станет принадлежать мне. Мы и к папарацци заехали, но с ним мало что можно сделать. Исполнитель, да и не нарушил он ничего такого, чтобы с ним можно было без проблем разобраться. Я же не аристократ всё ещё официально.