Как найти мужа на День всех влюбленных
– Как жаль, что Кристине из-за этих самых университетских лекций пришлось ее пропустить, – заметила тетя Мэйбл, с ожесточением накалывая на вилку ломтик огурца, как если бы он был препятствием, помешавшим мне сегодня присоединиться к семье.
– А вы на ней были? – осведомилась Лиззи, но тут в разговор вступила лиди Луиса.
– Мы с Антонией, – взгляд на мою маменьку, – знаете ли, много лет лелеяли надежду поженить Кристину и Чарли. Так что теперь берегите ее.
– Непременно буду.
В ответ на эти слова мистера Бернарда Чарли очаровательно улыбнулся – это действительно был в высшей степени приятный и достойный молодой человек.
– Я опоздал, а вы оказались здесь вовремя.
– Жаль, Виола сегодня не смогла присутствовать и познакомиться с вами, – заметила Лиззи. – Это подруга Крис.
– Но Чарли на дух ее не переносит, – заметила леди Луиса.
Мистер Бернард не успел ничего ответить, потому что вторую смену блюд уже унесли, а в столовую в этот момент торжественно внесли торт. Присутствующие провожали его взглядами до самого центра стола – кто-то при этом слегка улыбался, а кто-то, как мистер Бернард, был явно удивлен. Сцена смотрелась так, как если бы нас собирались поженить прямо сейчас. Думаю, сестры от этого не отказались бы.
– Мы так ждали вашей встречи с Кристиной, – задумчиво-рассеянно произнесла Шарлотта. – Много лет…
Маменька шикнула на нее, но тут же сама подхватила ее речь:
– Это действительно удивительно, что Кристина так долго обходилась без кавалера, хотя, не подумайте, недостатка в них у нее не было бы, просто она сама ими не интересовалась.
– Но теперь и все мы можем быть свободны! – весело воскликнула Лиззи.
«Так, все, пора заканчивать встречу», – пронеслось у меня в голове.
– Боюсь, Фелицию уже пора идти, – начала я, складывая салфетку.
– Куда же так спешить, дорогая? – заметила маменька, собственноручно накладывая мистеру Бернарду на тарелку огромный кусок торта. – Потом мы можем еще сыграть в вист и побеседовать в гостиной. Фелиций ведь уже почти часть нашей семьи.
– Ему завтра снова улетать.
– То будет только завтра, – строго посмотрела на меня маменька, уступив нож слуге. – А сейчас Фелиций может рассказать, какой он видит вашу свадьбу.
Остальные тоже придвигали тарелки, на которые слуги быстро накладывали куски торта.
– Так на какую дату вы хотите назначить свадьбу? – повернулась к мистеру Бернарду маменька, снова усаживаясь на место и расправляя на коленях салфетку.
– Право, мы пока не обсуждали это с Кристиной.
– Простите, маменька, но нам с Фели-цием действительно пора, – вмешалась я, отодвигая тарелку и вставая.
Тут в прихожей раздался шум, и в столовую влетела Виола, на ходу снимая шляпку.
– Простите, леди Антония, что задержалась. Я…
При виде мистера Бернарда она замерла:
– Орфей?
Я почувствовала, как все внутри окаменело.
– Орфей? – Маменька удивленно посмотрела на мистера Бернарда.
– Что вы здесь делаете? – продолжила Виола, усаживаясь на свободное место. – Пришли как друг Кристины?
– О чем вы? – непонимающе спросила маменька. – Фелиций, объясните, пожалуйста, почему вас так называют?
– Фелиций? – удивилась Виола. – Да нет же…
– Дело в том, что… – начала я, лихорадочно соображая, как можно выпутаться.
– Что я не Фелиций, – спокойно произнес мистер Бернард, откладывая салфетку и вставая.
– Вы Орфей? – прижала к груди руку маменька. – Час от часу не легче!
– Меня зовут мистер Родрик Бернард.
Так я впервые узнала, как зовут мистера Бернарда…
– Так вот почему мне знакомо ваше лицо! – заметил Чарли. – Вы ведь хозяин «Драко и сыновья»? Я видел вас во время поездки в одной из стран Авропы. На выставке.
– Мистер? – пораженно спросила маменька, сделав акцент на другое. – Так вы не лорд?
– Боюсь, нет, леди, и мне неприятно, что я ввел вас в заблуждение, – ответил мистер Бернард, убрав руки за спину.
– Но к чему это? Кристина, почему ты сказала, что мистер Бернард – это Фелиций? Где же Фелиций?
Остальные тоже смотрели с непониманием.
Я подняла на нее глаза, и она, охнув, повернулась к мистеру Бернарду:
– Так, значит, вы…
– Не принадлежу к вашему кругу. И не являюсь женихом Кристины.
На лицах всех была написана растерянность. Виола непонимающе оглядывалась.
– Сегодня я был на выставке драконов вместе с вашей дочерью, – продолжил мистер Бернард. – Она мне очень помогла.
– Но ты ведь была сегодня в университете, Кристина, разве нет? – повернулась ко мне маменька.
– В университете? – удивилась Виола. – Сегодня ведь отменили лекции, об этом писали в газете…
За столом установилась тишина.
– Простите, я сказала что-то не то? – пролепетала Виола.
– Ты сказала все верно, Виола, – ответила я. – Простите меня за этот обман, это я во всем виновата, мистер Бернард тут ни при чем.
– Как ты могла, Кристина? – прошептала маменька.
Я закрыла лицо руками.
– Вы все так много от меня ждали. А Белатриса, Шарлотта, Гертруда и Лиззи хотели выйти замуж, а из-за меня не могли. И я… простите, простите, – выдавила я и, вскочив из-за стола, кинулась прочь из столовой.
Добежав до своей детской комнаты, я бросилась на кровать, зарывшись лицом в подушку. Я не плакала, но в висках стоял гул, заменявший слезы.
Что же я наделала? Как не заметила, что так сильно запуталась? Лгала своей семье, вынудила лгать мистера Бернарда, обманула надежды Виолы и… навсегда потеряла Орфея.
Вскоре за окном послышался звук разъезжающихся экипажей, и я поняла, что леди Луиса и Чарли, мистер Бернард, тетя Мэйбл и Виола уехали.
Я перевернулась на спину, невидяще глядя в потолок. Через какое-то время в дверь постучали.
– Уходите!
Несмотря на это, дверь приоткрылась, и в комнату скользнула Лиззи.
– Пожалуйста, Лиззи, если и ты станешь меня упрекать, я этого не выдержу.
– Не стану, – вздохнула младшая сестра, усаживаясь рядом на край кровати. – Но мне, признаться, жаль, что Фелиция не существует. Хотя мистер Бернард очень похож на тот образ, который я себе нарисовала. Твой – наш – Фелиций был смел, честен, надежен, при этом раним и тонок.
– Вообще-то мистер Бернард обладает всеми этими качествами, – произнесла я, поворачиваясь на бок, так, чтобы оказаться к ней лицом, – и на нем не должно отразиться все то, что я вынудила его сказать. Он искренний и хороший человек.
– Не сомневаюсь, – ответила Лиззи, протягивая мне платок. – Но маменьке сложнее с этим смириться.
– Она в ярости?
– Скорее в расстроенных чувствах. А ты знаешь, что бывает, когда маменька в расстроенных чувствах. Сказала, что ты негодная и неблагодарная девчонка.
– А мистер Бернард? Сказал то же самое?
– Вообще-то он сделал тебе предложение.
– Что?! – Я аж выпрямилась, сев на кровати. – Сделал мне предложение без меня?
– Ну, ты же убежала, – резонно заметила Лиззи, поправляя оборочки на моем платье.
– Как именно все произошло?
– Когда ты убежала, маменька сказала, что ее нервы этого не выдержат и потребовала нюхательную соль. Тогда Фели… то есть мистер Бернард сказал, что все не так, и ты на самом деле прекрасный человек. И он почел бы за счастье видеть тебя своей женой. На это маменька уничтожающе посмотрела и сказала, что никогда не отдаст дочь за того, кто ниже ее по социальному статусу…
– О нет! – вырвалось у меня.
– Но мистер Бернард повел себя очень благородно: сказал, что этого и ожидал, но не мог не предложить руку и сердце. Тогда маменька сказала, что он может покинуть наш дом, забрав с собой и руку, и сердце. И мистер Бернард ушел.
Я снова упала на подушку и застонала:
– Я останусь в этой комнате до конца жизни. Я никогда больше не смогу выйти отсюда и посмотреть кому-то в глаза!
– Это ничего, – похлопала меня по руке Лиззи, – главное, чтобы это «никогда» закончилось не позднее конца недели. Потому что мистер Бернард уезжает.