Аркейн. Трилогия (СИ)

– Отследить можно, кто это сделал? – спросил я, когда Салэм встряхнулась и, поправив косу, стала разглядывать остальные полки.
Да, голод старосте не грозил. Здесь хватало и мешков с зерном – отдельно на посев, и в пищу, и мяса с овощами. Обстоятельно подходил к вопросу питания мужик, я его даже за это еще больше уважаю.
Отдельный стеллаж был отдан под выпивку. Зачем вино хранить в артефакте, не позволяющем продуктам бродить, мне было непонятно, однако хозяин наверняка знал, что делал, когда собирал свою коллекцию.
– Нет, не выйдет, – ответила она. – Тут кто‑то поколдовал, похоже. Во всяком случае, я не вижу вообще никакого магического фона, кроме того возмущения, что создает сам погреб, – пояснила она, заметив мой взгляд. – А так не бывает.
Да, везде должен оставаться хоть какой‑то отпечаток чужого присутствия. Даже обычные люди оставляют после себя следы, а уж наделенные магическими способностями – подавно. В подпол, куда спускались регулярно, нельзя войти так, чтобы пройти мимо полки с трупом и не оставить на ней свою метку астрального тела.
– То есть у меня не только выкрали важного свидетеля, но еще это сделал неизвестный одаренный, которого и я, и Ченгер проморгали, – недовольно пробормотал я.
– Это мог быть артефакт, – пожала плечами Салэм, не разделяя моего недовольства. – Но, насколько я знаю, их никто не делает – слишком дорогие ингредиенты, а работать он будет от силы несколько минут. Куда проще нанять убийцу, который заметет все следы и устранит свидетелей, чем искать мастера, заказывать ему нужное заклинание…
Ну, про само заклинание я знал, оно имело аналоги в каждой из школ. И это был еще один минус в таком Очищении. Если ты хочешь стереть следы астрального тела на земле – тебе нужен соответствующий стихийный дар, но для полного устранения нужно обладать как минимум двумя сразу, а так в природе не бывает. Земля дольше всего хранит следы, воздух разряжается чуть быстрее.
Вот и получается, что в теории все возможно, а на практике ты просто не напасешься артефактов, заменяющих сразу двух специалистов. Делать же такие амулеты наудачу, чтобы в нужный момент они оказались под рукой… Ну, висящая у меня на шее пластинка с этернием стоит как минимум вдвое дешевле.
– Да и в некотором роде это бесполезно, – вставила вдруг Салэм.
– В каком смысле?
– Ты несколько часов тащил труп, а не сразу запихнул в погреб, – чуть наморщив лоб, принялась говорить она своим учительским тоном. – А теперь его вытащили, и еще несколько часов тело подвержено распаду. Но даже если мы найдем того, кто выкрал труп… Киррэл, вот скажи, ты бы стал оставлять тело?
Я хмыкнул, признавая правоту искоренительницы. Это мне маг нужен, а тем, кто работает с его хозяином, важно от облажавшегося чародея избавиться. За то время, что прошло с похищения, можно его спокойно разобрать на части и утопить на глубине – благо возле Большой полно водоемов и помимо бегущей через деревню реки.
– Получается, упырь забрался в дом в качестве отвлекающего маневра, – подвел итог я.
Салэм вскинулась, глядя на меня расширенными от изумления глазами.
– Упырь?
Я кивнул и быстро пересказал ночные события. Искоренительница не перебивала, пока я не закончил, и я видел, насколько она встревожена.
– Киррэл, я всего на день тебя отпустила, а ты уже в такие дела влез! М‑да, – протянула она, кусая нижнюю губу. – Точно упырь?
Я пожал плечами.
– Можешь спросить Ченгера, он тоже определил эту тварь.
– Твоему демону можно доверять в этом вопросе. Судя по твоим рассказам, они с Вагнером убивали этих тварей сотнями.
– Я думал, ты не знаешь о Янисе.
Салэм отмахнулась.
– Когда на твой счет все выяснилось, я сделала запрос в Аркейн, – сказала она. – Ничего конкретного мне, разумеется, не раскрыли, но общую сводку по искоренителю Янису прислали. Я ее как раз перед отъездом сюда прочла.
– Она у тебя с собой? – спросил я, чувствуя, как начинают подрагивать кончики пальцев.
– Конечно, держи. Я же знала, что ты захочешь прочитать.
 
Салэм порылась в своей сумке и извлекла на свет тонкую тетрадь с магистерским тиснением.
«Янис Вагнер. Общая сводка ».
Увы, внутри не имелось никаких особых подробностей, а заказы, которые выполнял одержимый демонолог, обозначались архивными номерами. Любой другой не почерпнул бы из сводки ничего секретного, и тайной тетрадка не была. Но у меня имелся ключ к этому шифру – непосредственный участник событий!
– Значит, говоришь, баронесса Блэкланд знала этого упыря? – вернула меня на землю Салэм, заставив оторваться от сухой статистики моего предшественника.
– Да, – кивнул я, закрывая записи. – Насколько я понял, между ними была влюбленность. По крайней мере, со стороны Агаты.
Салэм вскинула бровь, внимательно глядя на меня.
– Уже зовешь ее по имени? – хмыкнула некромантка. – А ты зря времени не теряешь, Киррэл. Спас девицу от навязанного брака, лично избавился от конкурента. Может, уже и в постель ее затащить успел?
Говорила она в шутку, но мне все равно было неприятно это слышать из ее уст. На несколько секунд почувствовал себя оболганным, но это всего лишь эмоции, умом я прекрасно понимал, что ничего такого Салэм не подразумевала своей речью.
– Я бы с радостью вообще с ней не встречался, – со вздохом признался собеседнице. – Но за неимением горничной имеем дворника. С ее спасением я впутался в политическую игру, и хотя мне это и не по душе, теперь придется выкручиваться.
– Почему просто не заключить брак? – отойдя к полке и облокотившись на нее, спросила она.
– Чтобы стать кем? – усмехнулся я, покачав головой. – Бастард, обладающий нищим баронством, который чудом женится на чистокровной дочери богатого соседа?
– Ну, знаешь ли, многие на твоем месте с радостью бы бросились в объятия богатого рода, – вновь усмехнулась Салэм, после чего прихватила с полки бутылку вина и, прочитав надпись на печати, спрятала ее к себе в сумку.
Возражать и требовать вернуть чужое добро на место я не стал. В конце концов, старосте я все расходы оплачу, если он вообще заметит потерю. А с Салэм, как мы раньше и договаривались, когда я предлагал ей поработать на меня в качестве некроманта, стоимость бутылки вычту из гонорара.
– Ее отец не будет рад нашему браку, – продолжил говорить я, чувствуя, что мне нужно произнести все это вслух тому, кто не станет меня осуждать, – в его глазах я не спаситель любимого ребенка, а фактически насильник, заставивший невинную девочку выйти замуж за бродягу. И ведь я получаюсь еще хуже, чем тот, кто заказал ее похищение, так как в отличие от реального претендента на руку Блэкланд, я и аристократ‑то неполноценный.
Да, меня признали официально. Да, у меня на руках есть все необходимые документы. Вот только менталитет так просто не сломаешь, и для всех аристократов я все равно буду занимать место даже хуже, чем простолюдин – тем хотя бы хватает понимания, что в высшем свете их не ждут. А я, получается, по меркам родов, вылез из канавы и тут же явился на светский прием, даже не удосужившись переодеться, чтобы не вонять дерьмом и помоями, в которых родился.
Салэм слушала меня внимательно, не перебивая. Не так давно точно так же она изливала мне душу, и теперь настала моя очередь. Конечно, разумом я понимал, что член Аркейна – не лучший исповедник, но кому мне еще об этом говорить?
– Да и потом, она мне очень не понравилась, – махнул рукой я. – Люди здесь в Большой уже заметили, что девка – избалованная стерва. Знаешь, что она первым делом уточнила, когда я ее спас и доставил сюда? Понимаю ли я, что Блэкланды не будут рады мне в качестве мужа. А когда я ворвался на крик о помощи в ее комнату и защитил от упыря, она упрекнула меня в том, что я убил ее возлюбленного. После этого не прошло и часа, как Агата уже в открытую пыталась затащить меня к себе в постель, лишь бы папенька не узнал, что напал на нее именно Олаф. Вот и скажи, зачем мне такая жена, которая в любой момент может начать наставлять мне рога, да при этом еще и отравлять мне жизнь, постоянно попрекая моим неблагородным происхождением? Да я ее убью через месяц после заключения брака!