Аркейн. Трилогия (СИ)

— Ладно, все равно нам еще долго вместе ехать. Я пока присмотрюсь к тебе, девочка. Если будет все хорошо — так и быть, получишь рекомендацию, поселят тебя в анклаве обслугой.
Я удовлетворенно кивнул, поднимаясь из-за стола.
— Тогда в дорогу.
  
Глава 10
 
Из-за присоединения нового едока пришлось изменить маршрут, чтобы не остаться без провизии. В попавшейся по дороге деревушке, куда более мирной и зажиточной, чем в Чернотопье, мы закупились зерном и мясом, но оставаться на ночь не стали и поехали дальше.
Ханна не мешалась под ногами, выполняла легкие поручения и вела себя более чем скромно. Салэм продолжала заниматься со мной, натаскивая на ощущение источника, а мне оставалось только готовить еду на всех, да чувствовать себя конченым дураком — магические упражнения толку не давали.
— Ты думаешь, это так просто? — сказала искоренительница в ответ на мое негодование. — Работа с магией во многом — это навык, который нарабатывается годами. А ты хочешь за пару дней успеха добиться?
В тот раз мне нечего было ей ответить, хотя я и понимал всю правоту слов учительницы. Да и то сказать — ощущение источника получалось полегче, но все равно давалось с трудом. Не так-то просто концентрироваться на внутренних ощущениях, когда бежишь рядом с конем, даже если на нем сидят две женщины.
Местность постепенно сменилась. С севера на запад протянулась широкая река, отделяя земли Катценауге от территории графства Скрайласу. Почему монстры погибшей страны не любили переходить проточную воду, Салэм не знала, однако в этом графстве было намного безопаснее, чем в Огонвеже. Разумеется, пользоваться мостами — старыми и почти разрушенными от времени — им это нисколько не мешало, так что и здесь работы у Аркейна и вольных охотников хватало.
Когда показался Гажч, торговый город на реке Небески, я вздохнул с облегчением. Все-таки цивилизация, даже в усеченном виде анклава Аркейна, куда как приятнее, чем сон на холодной земле, комарье и муравьиные армии в сумках с едой.
Внешняя стена у Гажча имелась, но за давностью лет располагалась только в старой части, а новую представляли те же пряничные домики в два этажа с красной черепицей. Крепость анклава и здесь построили из базальта, хотя по размерам она всерьез превосходила Смолбургскую. Все поселение занимало достаточно приличную территорию и растянулось треугольником вокруг речного берега.
По Небески здесь уже могли ходить суда, но были они небольшими, к тому же — весельными. Однако тут мне оставалось лишь закатывать губу — в судостроительстве я ни черта не смыслил, а потому и прогресса внести бы не смог.
Перед въездом на территорию города Салэм вытряхнула из мешка кости, и оседлала мертвую псину, предоставив нам со спасенной девчонкой своего коня.
Горожан было много и приходилось долго ползти по улицам. Сидящая передо мной Ханна прижималась ко мне, а я вертел головой по сторонам, чтобы не затоптать очередного бегущего по своим делам горожанина.
Одевались здесь тоже богаче и аккуратнее, чем в Смолбурге — и материалы смотрелись новее, и сшито все куда как качественнее. Однозначно, в Скрайласу было куда богаче Огонвежа, и это чувствовалось буквально во всем — даже в домах местами попадалось стекло в окнах.
Но как бы ни был долог путь, а вскоре мы оказались в анклаве, где сдали транспорт конюху и прошли к писарям.
— Что привело вас в Гажч? — спросил мужчина за столом, щелкнув пластиной по нашим с Салэм бляхам.
— Мы здесь проездом, — сообщила искоренительница, а потом кивнула в сторону стоящей позади меня Ханну. — А еще привезли вам грамотную девушку.
— У нее есть дар? — деловито осведомился клерк, окидывая ее взглядом.
— Нет, — покачала головой Салэм, — но она грамотна, умна и достаточно сообразительна. Кроме того, помогала отцу вести дела. А после нападения разбойников, была нами спасена. У вас наверняка найдется место для нее.
Писарь с сомнением смотрел на Ханну, но, тяжело вздохнув, все же вытащил из стола бланк. И вновь, в отличие от смолбургских, напечатанный на станке.
 
— Место у нашего анклава есть, — сообщил он, вручая девушке перо и чернильницу. — Остается только пройти проверку ее знаний.
Ханна быстро заполнила лист, и хотя явно очень нервничала, но, судя по лицу клерка, все написала правильно. С чем он ее тут же и поздравил.
— Остановиться вам, Ханна, очевидно, негде, — с какой-то решимостью проговорил он. — Поэтому мы дадим вам койку на первое время, за постой из вашего жалованья будет вычтена сумма — три гроша в месяц. Сюда также входит питание и одежда. Работать начнете с завтрашнего дня, вас пристроят к другим молодым писарям, обучат нашему делу, и кто знает, может быть, через годик-другой, вам удастся сколотить состояние?
Улыбнулся он достаточно тепло, но тут же спохватился, всплеснув руками.
— Совсем забыл, вам полагается четыре гроша жалованья в месяц. Если решитесь съехать от нас, естественно, вычитывать у вас станут меньше. Но я бы не рекомендовал — хотя бы первые полгода. Гажч — место хорошее, но здесь не самые добрые люди встречаются.
Девчонка стояла, прижав руки к груди, и лишь ресницами хлопала. Оно и понятно — она еще недавно сидела в подвале в одной дерюге. А тут — четыре гроша в месяц! У кого угодно от такого голова кругом пойдет.
— Сейчас к вам направлю человека, он вам все покажет и объяснит. А вы? — обернулся он к нам.
— Мы пока что останемся, — решительно заявила Салэм, с таким видом, будто ее собирались выгонять.
Клерк в ответ пожал плечами.
— Как вам будет угодно, комнат свободных у нас достаточно. Спуск в подвал найдете?
Кивнув ему на прощание, Салэм первой направилась к входу в гостиничные номера искоренителей, а Ханна, коротко схватив меня за рукав, шепнула.
— Спасибо.
Я же улыбнулся ей и, вручив небольшой кошель, последовал за учительницей. О том, что за прошлое было у девчонки, никому рассказывать не собирался. А в будущем, если что, у меня будет не только благодарная работница ордена, но и рычаг влияния. Кто сказал, что связи с низшим звеном Аркейна не могут пригодиться позднее?
Выбросив девчонку из головы, я спустился по лестнице, и, едва не столкнувшись со съезжающим искоренителем, запросил у клерка комнату.
— Киррэл «Чертополох», — считал тот информацию с моего знака. — Ваш учитель уже распорядилась, вы будете в одной комнате. Вот ваш ключ.
Стоявший рядом искоренитель многозначительно хмыкнул, но свое мнение все ж таки решил оставить при себе. А я не стал спорить — расходы на комнату лучше делить на двоих.
Здесь, кстати, их было вдвое больше. Я добрался до нашего двадцать третьего номера и, войдя внутрь, тут же отвел взгляд.
Не теряющая времени Салэм уже успела раздеться, но захватить полотенце не додумалась.
— Что, нравлюсь? — улыбнулась она, обводя руками свое тело.
— Я же не железный, — проворчал я в ответ, занося сумки в номер.
— Так и я тоже, — кивнула та, и, шагая к ванной, улыбнулась. — Захочешь присоединиться, я не против.
В первую секунду я не нашелся с ответом, а потом стал разбирать вещи. Шутки шутками, а особого желания по-прежнему не было. Нет, я понимал, что было бы неплохо, но и рваться в объятия Салэм не спешил. Чтобы скрасить ночь, можно и в город прогуляться — по дороге к анклаву мы как раз проехали мимо борделя, благо деньги на это у меня теперь есть. А портить отношения ученика и учителя — не стоило.
Закончив с вещами, я перетряхнул сумки, перебирая добычу и остатки еды. Ничего скоропортящегося не осталось — доели на последнем перед Гажчем привале. А вот часть крупы следовало переложить в другой шкаф, благо артефакты позволяли сохранить их в сухости. Да и мышей в анклаве не водилось — магия отпугивала.
 
Дверь ванной открылась, и Салэм, завернутая в полотенце, вышла в комнату. На меня она взглянула с легкой усмешкой, но я не стал ничего говорить и просто направился в душевую. А уж под струями воды едва удержался от того, чтобы не растечься самому, как кисель — горячая вода, стекающая по плечам, пар, отмачивающий въевшуюся в кожу пыль.