Аркейн. Трилогия (СИ)
Что сказать? Нежить свое дело знала, но почему-то Салэм не проконтролировала ход боя. Иначе как объяснить, что единственный одетый в кожаную броню был явно убит первым? В отличие от коллег по цеху он даже оружия вытащить не успел, меч так и остался в ножнах.
Недолго думая, я занялся трофеями. Раздеть главаря в коже дело пары минут — главное не запачкать вполне приличную кожанку. На Земле подобные таскали металлисты и байкеры. Но в отличие от тех, эта была сделана из натурального материла, а не из того дерматина, который пафосно зовется кожзамом.
Забрал я и меч с ножнами — изделие само по себе недешевое. На лезвии имелись круглые вмятины от удара молотком, да и ножны — просто деревяшки, обтянутые кожей. Совершенно рядовой комплект, такой можно приобрести на любой баронской ярмарке. Но все равно десять-пятнадцать грошей за продажу выручить можно.
Мешочек, скрывавшийся за поясом, порадовал меня горстью пфеннингов. Не много, но и не так чтобы мало — почти пятьдесят монет. У остальных разбойников, кстати, вообще денег при себе не нашлось, а среди забрызганных кровью не единожды латанных обносков искать было тем более бесполезно. Но разуть трупы и заглянуть под стельку я не поленился.
Увы, поиски оказались напрасными. Так что, закончив со сбором законной добычи, я внимательно огляделся в поисках следов, но лесник из меня просто отвратительный. Я даже и не припомню, когда на Земле последний раз бродил на природе. Как-то все больше ограничивалось шашлыком на дачах с аккуратными садами.
Салэм все еще пребывала в беспамятстве, так что время пока имелось. И я принялся изучать место засады более вдумчивым образом. Ведь если они специально готовились перехватить нас именно в этом месте, выходит, что рядом лежбище, откуда можно прекрасно и видеть дорогу, и не слишком напрягать тело и нервы. Как говорится, вдруг война, а я уставший?
Конечно, будь это дисциплинированные наемники, они могли бы хоть по шейку в болоте стоять, ожидая цель. Но о какой дисциплине может быть речь у банды головорезов, которые еще вчера сеяли и пахали? Правильно, никакой.
Обойдя засаду по широкой дуге, я быстро обнаружил погасшее кострище. Устроено оно было в яме, так что увидеть его с дороги мы бы не смогли. Тем более унюхать дым — ведь запах конского пота после долгой поездки вбивается в ноздри, заглушая все иные ароматы, как крепкий табак.
А вот уже от угольно-черного пятна вела заметная тропинка. Может быть, разбойники и не собирались ее протаптывать, однако пользовались этим путем достаточно часто, чтобы по вдавленной в землю зелени можно было определить направление.
Вообще, нужно признать, что если бы не заранее сообщивший о нашем приближении заказчик, разбойники просто могли бы не явиться на место своей смерти, а найти их — задача не из легких. Это мы выжили, и можем пройти по вражескому следу. А вот если не знаешь о бандитах или не видел, где именно они нападают, придется прочесывать весь лес, надеясь разве что наудачу.
Идти оказалось не так уж и далеко. Через четверть часа, когда у меня окончательно прошли последствия падения, мы с конем и спящей на нем искоренительницей, выбрались на небольшую полянку посреди густых зарослей.
Стоило миновать стены бурьяна и давно рухнувших деревьев, которые никто не убирал явно из расчета на маскировку, я оказался перед шестью шалашами. Ветки обмазали глиной, но даже до громкого названия хижин эти строения недотягивали.
Отдельно стоял небольшой сруб с подпертой толстым дрыном дверью. Единственное окно закрывала мутная пленка, и увидеть, что происходит внутри было нельзя.
Конь тряхнул головой, недовольно фыркнул, призывая меня пошевеливаться. Оставив животное щипать траву, я первым делом вооружился трофейным мечом — магия-то мне до сих пор неподвластна.
Осмотрев шалаши, я был вынужден признать, что разжиться в них нечем. Не считать же добычей лежаки из лапника?
Откинув деревянный кол, осторожно открыл дверь сруба и, отойдя в сторону, всмотрелся в мрак помещения.
Наверное, когда-то это было зимовье. На стене у входа прибиты ветвистые рога, на одном из которых висело простое пальто.
Сразу за порогом лежал старый и порядком испачканный коврик. Рядом стояла пара разношенных сапог самого затрапезного вида.
В дальнем углу имелась каменная печь с небольшим запасом дров. Чуть в стороне от нее, окруженный с двух сторон широкими лавками, разместился добротный стол. С другой стороны стояла здоровая кровать, явно рассчитанная на человека крупного.
Не заметив больше ничего примечательного, я прошелся по срубу, внимательно прислушиваясь к стуку сапог. И был вознагражден, когда добрался до промежутка между столом и печкой. На улице уже было темно, так что искать пришлось практически на ощупь.
Но вот холодное металлическое кольцо обожгло пальцы, и я, кое-как подцепив его, потянул крышку подпола на себя. В лицо тут же ударила волны влажного и холодного воздуха, ноздри затрепетали, уловив аромат копченого мяса. А еще почему-то мочи.
Если бы мои глаза не успели привыкнуть к сумраку, возможно, я бы и не заметил движения. Но то ли металл блеснул в темноте, то ли на глаза упал свет — увернуться от слабого выпада мне удалось без проблем.
Настроение у меня и без того было не слишком радостным, так что зарядил я ногой в запястье с ножом, не жалея сил. Раздался слабый вскрик, оружие выпало из маленькой ладошки, и я успел выдернуть нападавшую наружу.
В одной только грязной сорочке, живо напомнившей мне о тех мешках, что надевали на своих жертв культисты, со спутанными грязными волосами светлого оттенка, худая девчонка смотрела на меня волком и растирала раненое запястье.
Меч блеснул в моей руке, и пленница вздрогнула.
— Не убивай! — взмолилась она, падая передо мной на колени. — Прошу! Только не убивай!
Продолжая стенать и лить слезы, девчушка потянула сорочку за подол, поднимая одеяние все выше, а я не спешил ее останавливать.
Честно говоря, просто растерялся. Не каждый день все-таки сталкиваешься с подобными вещами. Ее ведь здесь ждала смерть, если бы я не додумался поискать логово разбойников. Или, допустим, если бы не нашел следов.
Тем временем сорочка была снята полностью, и бывшая пленница отложила ее в сторону. Прикрывшись руками, девчонка поползла ко мне на коленях, причитая и моля не карать ее за нападение.
— Хватит, — негромко велел я, и пленница сразу же остановилась. — Убивать я тебя не стану. По крайней мере, пока не выясню, кто ты такая и как попала в этот подвал.
Девчонка вылупилась на меня с открытым ртом.
— Ты не из этих?
Уточнять, о ком она говорит, нужды не было. Я лишь решил прояснить пару моментов.
— Если ты о бандитах, то все они мертвы, — сказал я, по-прежнему не спеша убирать клинок в ножны. — А мне захотелось поискать их убежище. Так что ты, похоже, везучая. Пройди я мимо, и сидеть тебе в этом подвале до конца своих дней.
Она растерла ладонями грязь по лицу, позабыв о своем виде.
— Все? — только и спросила девчонка.
— Все, — кивнул я. — Как тебя зовут и как ты тут оказалась?
— На нашу деревню напали, мужчин и детей со стариками убили сразу, женщин сперва изнасиловали, а меня притащили сюда, — всхлипнула та. — Меня зовут Ханна. А тебя? Как зовут моего спасителя?
Я хмыкнул, демонстрируя бляху, и девчонка тут же вскрикнула.
— Киррэл «Чертополох», ученик ордена.
Глава 9
Естественно, от меня не укрылось, как отреагировала Ханна на значок Аркейна. Однако и бросаться спрашивать подробности сразу я не стал.
Во-первых, очевидно, что в ордене не все так гладко. Во-вторых, сперва нужно разобраться с Салэм, до сих пор не пришедшей в себя. В-третьих, прежде чем что-либо делать, нужно подумать.
— Посиди пока здесь, — кивнул я пленнице в сторону стола.
А сам вышел из дома.
Ночь уже скрыла мир за ветвями деревьев, и всматриваться во тьму стало бесполезно. Потому я не спешил, заодно прислушиваясь к тому, что будет делать Ханна.